Молодая няня - Эмма Дарси

- Зеленые помидоры? - переспросила Мэгги.

- Да, именно. Ломтики помидоров, покрытые золотистой корочкой, с чесноком и луком.

Меньше всего Мэгги хотелось сейчас чеснока.

- Передайте Джеффри, что мы ожидаем с нетерпением, - сказал Бью, явно предвкушая наслаждение от еды. Глаза его блестели, несмотря на усталое выражение лица. Его радостный вид был абсолютно непостижимым для Мэгги.

Седжуик подал ей фруктовый коктейль и прошествовал на кухню. Мэгги взяла ложку и посмотрела на фрукты - ломтики персика, груши и манго. «Как соблазнительно погрузить туда ложку», - подумала она. Но, может, лучше оставить их на потом, чтобы заесть жареные зеленые помидоры. Фрукты, возможно, помогут заглушить вкус чеснока и справиться с тошнотой.

- Это желтое платье очень тебе идет, - с теплотой в голосе заметил Бью.

Комплимент ошеломил ее. Мэгги посмотрела на Бью, не понимая, куда он клонит.

Бью, обаятельно улыбнулся.

- Надеюсь, наряд означает, что я прощен. Мне так не хотелось, чтобы ты вновь появилась в своих джинсах, словно готовая к отъезду, - объяснил он.

Наконец до нее дошло. Он вспоминал их встречу в библиотеке на следующее утро после… Когда она хотела уехать и согласилась остаться до тех пор, пока не станут известны результаты теста.

- Ты не хочешь, чтобы я уезжала в любом случае? - недоверчиво спросила она.

- Нет, не хочу, - решительно заявил он.

Сердце Мэгги, казалось, подпрыгнуло, потом на мгновенье остановилось и бешено забилось вновь. Его доброта, возможно, была непритворной. Зачем ему притворяться дольше, чем необходимо? Может, Бью, действительно питает к ней симпатию? Или… он все еще испытывал чувство вины, что обращался с ней не так, как хотел дед?…

Неожиданно вошел садовник с корзиной роз.

- Извините, мистер Бью.

- Входите, Полли.

- Няня Стоу, я принес вам цветы. Они называются «двойное восхищение», - почти пел мистер Полли, вынимая одну из роз с красными и белыми лепестками и давая возможность полюбоваться ею.

- Как любезно с вашей стороны! Прекрасные цветы, - сердечно отозвалась Мэгги.

- И да будет мне позволено сказать, вы всегда вызывали у нас такое же восхищение, няня Стоу. - Он многозначительно посмотрел на Бью.

Мэгги почувствовала, что сама окрасилась в красно-белые тона, получив столь «тонкий» комплимент. Она надеялась, что Бью не обратил внимания на слова садовника. Все это выглядело слишком очевидно и свидетельствовало о желании окружающих, чтобы ее взаимоотношения с внуком Вивиана вылились в счастливое и безопасное будущее для всех.

- Вот видишь? Моя жизнь превратится в ад, если ты уедешь, Мэгги, - насмешливо бросил Бью.

Она нерешительно встретилась с ним взглядом, а он с улыбкой продолжал:

- Седжуик отдаст распоряжение Джеффри подавать какую-нибудь бурду. Миссис Фезерфидд объявит бойкот, Уоллас, несомненно, разобьет «ролле», а мистер Полли станет выращивать одни репейники.

Мэгги не улыбнулась в ответ. Не смешно.

- Они очень долго прожили с твоим дедом, Бью, - напомнила она ему, - и боятся перемен. Ты должен понять это, прежде чем решишься на какие-то серьезные изменения.

- Ты беспокоишься о них.

- Конечно. Они хорошие люди с добрыми сердцами, благодаря им, я провела здесь лучшие годы моей жизни.

- Тем больше оснований, чтобы ты осталась.

Мэгги не была уверена. Это означало бы продлить несбыточные надежды, затмевавшие реальность, с которой предстояло столкнуться.

- Посмотрим, - уклончиво сказала она.

Аргументы, приводимые Бью, касались только его самого, его удобств и не отражали никаких чувств по отношению к ней. Надежда, вспыхнувшая в ее душе несколько минут назад, мгновенно угасла.

После завтрака Мэгги извинилась и направилась к выходу.

- Я буду в библиотеке, - многозначительно сообщил Бью.

Она не захотела присоединяться к Бью. Ей просто невыносимо было бы находиться с ним. Поднявшись к себе, она принялась ходить по комнате, которая когда-то казалась ей достойной принцессы. Прекрасная старинная мебель палисандрового дерева была богато декорирована медью. Розовый шелковый полог спускался на кровать, прикрытую роскошным покрывалом с узором из роз. Обрамляющие французские двери розовые занавески ниспадали мягкими складками на пол, покрытый толстым бледно-зеленым ковром. Она была счастлива здесь, но теперь все в прошлом.

Девушка остановилась перед высоким зеркалом. На нее смотрела Мэгги Стоу, созданная Вивианом Прескоттом. Странно, как внешняя оболочка может изменить человека.

Неожиданно перед ней возникла молодая женщина, с которой познакомился Вивиан. Жизнь без документов была нелегкой. Мэгги с трудом добывала свой хлеб.

Зеркало замерцало, ее взгляд проник в прошлое, и пред ней предстала испуганная девушка, нашедшая убежище в цирке Забини. Невозможно описать, с чем ей пришлось столкнуться с тех пор, как она убежала из лагеря.

В мозгу Мэгги словно что-то щелкнуло, и в памяти всплыли воспоминания детства… Дисциплина, нотации, постоянные придирки и тайно созревавшее сопротивление.

Ты, рыжая, чего уставилась?

Мэгги увидела себя шестилетней худенькой девочкой - только глаза и копна волос. Она заплела волосы в косу, делая их менее заметными. И навсегда усвоила мудрость совета своей первой воспитательницы, возможно, почувствовавшей ее мятежный дух… Лучше опустить голову, лучше подчиниться, не привлекать к себе внимания. Тогда можно жить своей жизнью, в своем выдуманном мирке.

Она не помнила, когда именно стала задумываться о том, что где-то рядом должна быть другая, лучшая жизнь. Взрослые говорили, что ограда лагеря защитит их от зла. Когда она вырастет, то уйдет и проверит сама.

Так Мэгги и сделала.

Тогда ей стало ясно, что лагерь походил на тюрьму, хотя затевался с благотворительными целями. Она никогда больше не допустит, чтобы вновь оказаться в тюрьме. Свобода стала важнейшей ценностью в ее жизни. Но как ей быть теперь?…

Зеркало молчало.

Ее воспоминания сквозь пласты прошлого медленно поплыли назад к ее отражению… к Мэгги Стоу. Вивиан вылепил ее из ничего, создал тот образ, который стал неотделим от нее. А может, был присущей с рождения - только она этого не знала?…

Бью, не верил в нее. Он не видел того, что видел дед, и Мэгги Стоу Вивиана постепенно стала утрачивать свою реальность.

Мэгги отошла от зеркала и села на край кровати с таким ощущением, словно находится в зияющей пустоте. Она ждала новостей, которые помогут принять решение, укажут новые пути.

Раздался стук в дверь, и голос Бью окликнул ее.

Ноги дрожали. Ее тошнило, и кружилась голова. Мэгги глубоко вздохнула, пытаясь облегчить напряжение, сдавившее грудь, и с усилием произнесла: