Красивая и непокорная - Сандра Мартон

— Меня воспитывали в строгости, — сказал Салим и неожиданно для самого себя начал рассказывать о своем детстве.

Салим поведал Грейс о мучительной борьбе с самим собой, когда ему приходилось разрываться между чувством долга и желанием вести обычную жизнь. Он рассказал ей о своем побеге в пустыню, суровой жизни в ней, смерти дяди и кузенов, непримиримости отца, своем одиночестве, страхе и сожалении оттого, что пришлось слишком рано окунуться в реальный мир. Салим поведал ей о том, что, приехав в Гарвард, почувствовал себя изгоем в совершенно чужой для него стране. Он рассказал о том, как подружился с двумя молодыми шейхами, которые стали ему как братья, о которых он всегда мечтал. Салим поведал ей о планах получения прибыли от продажи нефти в Сенахдаре, которая потом пойдет на улучшение условий жизни его народа.

Салим умолк, в очередной раз удивляясь тому, как легко ему общаться с Грейс. Она молча выслушала его.

— Салим, — прошептала она, поднялась на цыпочки, обхватила его лицо ладонями и поцеловала в губы.

В этом поцелуе были и страсть, и нежность, и обещание…

— Ты замечательный человек, — сказала она, и на ее глаза навернулись слезы. — Неудивительно… неудивительно, что я так сильно привязалась к тебе.

Грейс прерывисто вздохнула.

— Я ведь была по-настоящему привязана к тебе, так?

Салим взял ее за плечи и притянул к себе.

— Мы оба были небезразличны друг другу, — хрипло сказал он. — Я просто долгое время не хотел признавать очевидного.

Грейс кивнула. Она подозревала, что в их отношениях были свои подводные камни.

— Как мы познакомились? — спросила она. Салим взял ее за руку и повел обратно к дому.

Они уже слишком долго гуляли. На песок легли послеполуденные тени, солнце спускалось все ниже.

— Ты пришла ко мне в компанию, чтобы получить должность.

— Какую должность?

Салим поднес ее руку к губам и поцеловал кончики пальцев.

— Ты была моим помощником по финансовым вопросам, вернее, руководителем финансового…

— Руководителем финансового отдела? — Она нахмурилась. — Я не знаю, откуда мне известно название моей должности. Может, ко мне постепенно возвращается память? Продолжай. Как начался наш роман?

— Это произошло внезапно, — мрачно произнес Салим. — Просто в один из дней мы стали любовниками. Мне кажется, я захотел тебя сразу, как только увидел. — Он улыбнулся. — И мне почему-то кажется, что ты испытывала ко мне те же чувства.

Грейс тихо рассмеялась.

— Я начинаю кое-что вспоминать. Я была скаутом, а также работала в одном местечке, где жарила на гриле гамбургеры…

— Ты жарила на гриле гамбургеры? — спросил Салим.

Грейс посмотрела на него и рассмеялась, увидев удивленное выражение его лица.

— Да, жарила. Разве я тебе об этом не рассказывала?

Салим покачал головой.

— Нет, дорогая, мы не разговаривали об этом… Мы никогда не рассказывали друг другу о себе.

— Разве?

Он снова покачал головой.

— Но мы исправимся, Грейс, обещаю. Как только к тебе вернется память, мы заново начнем узнавать друг друга.

Грейс вздохнула.

— Надеюсь, это произойдет очень скоро.

Салим и ждал, и боялся того момента, когда к Грейс вернется память. Ведь ему еще предстояло признаться ей в своей неправоте и в том, что он всегда считал ее лучшей из женщин.

— Я думаю, ждать осталось недолго, — мягко произнес он. — Но не торопи события, дорогая. Пусть память возвращается к тебе постепенно.

— Да, пусть все будет так, как будет. Я просто очень хочу вспомнить одну деталь… — Она помедлила, потом прибавила: — Куда мы летели, когда наш самолет потерпел крушение?

— Мы летели с острова Бали в Нью-Йорк, — ответил Салим.

— С острова Бали? Это так далеко от Нью-Йорка! Мы летали туда в отпуск или в командировку?

— Это была… Это была деловая поездка, дорогая. Слушай, мне кажется, не стоит больше ворошить прошлое. Мы уже о многом поговорили, и тебе нужно немного отдохнуть.

— Почему ты не хочешь рассказать мне обо всем до конца? — спросила она, пытливо вглядываясь в его лицо.

— Любимая, — быстро ответил Салим, — я обо всем расскажу тебе, но позже. Просто я… — Он мысленно отругал себя за трусость, заключил Грейс в объятия и поцеловал. — Моя жизнь была пустой до того момента, как я встретил тебя, — произнес он и прерывисто вздохнул. Салим знал, что должен признаться ей во всем, но с чего начать: с того, что он любит ее, или с того, что слепо поверил в ее виновность?

— Что произошло, когда я начала на тебя работать? Мы сразу же стали встречаться?

— Мы избегали тесного контакта, поначалу обмениваясь только вежливыми, официальными фразами. — Он улыбнулся. — Мы оба вели себя очень отстраненно. Однако потом нам пришлось несколько раз задержаться на работе допоздна. В один из пятничных вечеров я, к собственному удивлению, пригласил тебя на художественную выставку, которая открывалась в воскресенье.

Грейс кивнула.

— И я, конечно же, ответила согласием.

— Конечно, дорогая, в конце концов, разве может женщина отказать шейху? — спросил он, и она рассмеялась. Салим поцеловал ее. — Я отвез тебя в галерею в Сохо, потому что хотел произвести на тебя впечатление своими познаниями в области изобразительного искусства. Грейс подняла голову.

— И тебе это удалось?

— Я сказал, что выставка удивительная, ты назвала ее невероятной. Несколько часов спустя я признался, что картины художника оказались ужасно невыразительными, а ты заявила, что художник, написавший их, начисто лишен таланта.

Грейс звонко рассмеялась.

— А почему мы с тобой тогда так разоткровенничались?

Салим остановился и развернул ее к себе лицом. Обхватив ладонями лицо Грейс, он жадно припал к ее губам.

— Мы занимались любовью, — хрипло прошептал он, и она улыбнулась.

— Это произошло на первом свидании? — спросила она.

— Да, и после того вечера мы занимались любовью постоянно. В моем пентхаусе, в твоей квартире… Мы занимались любовью на заднем сиденье моего лимузина, в моем кабинете… Мы все время были вместе, — но нам казалось, что мы никак не можем насытиться друг другом.

— Да, — прошептала Грейс. — Я думаю… я думаю, что никогда не смогу насытиться тобой, Салим. Даже сейчас, после того как мы занимались любовью всю, ночь и я провела в твоих объятиях несколько часов, я снова хочу тебя. Я хочу, чтобы ты целовал меня, обнимал, владел мною…

Салим припал к ее губам в страстном и всепоглощающем поцелуе.

Он подхватил Грейс, на руки и отнес в белый павильон, расположенный в тени развесистых пальм. В павильоне стоял широкий шезлонг, на который Салим положил Грейс, потом лег рядом с ней.