Анжелика и ее любовь - Анн Голон

Бледный свет брезжущего дня с трудом пробивался сквозь толстые стекла в оконном переплете. Комната по-прежнему была погружена в полумрак, и это придавало их беседе оттенок то таинственный, то зловещий. Теперь, когда Рескатор отошел от нее, Анжелике казалось, что он похож на какой-то мрачный, темный призрак. Единственным светлым пятном были его руки, перебиравшие нить жемчуга, неярко поблескивающую в полутьме.

И тут она неожиданно поняла, почему сегодня он показался ей каким-то другим, не таким, как прежде.

Он сбрил бороду. Это был он и в то же время словно бы и не он.

У Анжелики упало сердце, как в тот вечер после отплытия, когда у нее вдруг мелькнула безумная мысль, что Рескатор — это Жоффрей. И ею вновь овладел безотчетный страх оттого, что она находится здесь, с человеком, которого не понимает и которому дана способность так ее околдовать.

Этот человек принесет ей неимоверные страдания…

Она с видом затравленного зверька посмотрела на дверь.

— Позвольте мне уйти, — произнесла она чуть слышно. Он как будто не расслышал ее, потом поднял голову.

— Анжелика…

Его приглушенный голос показался ей эхом какого-то другого голоса.

— Как вы далеки! Никогда уже мне до вас не достучаться…

Она замерла, широко раскрыв глаза. Почему он заговорил с ней так тихо и печально? Она вдруг ощутила пустоту в груди. Ноги словно приросли к ковру. Ей хотелось бегом броситься к двери, чтобы спастись от колдовских чар, которыми — она это чувствовала — он сейчас опутает ее, но она не могла шелохнуться.

— Прошу вас, позвольте мне уйти, — взмолилась она снова.

— Нет, нам все-таки надо покончить с этим нелепым положением. Для этого я и хотел поговорить с вами нынче утром, но разговор у нас отклонился в сторону. А теперь все стало еще нелепее, чем прежде.

— Я вас не понимаю.., не понимаю, о чем вы говорите.

— А еще толкуют о женской интуиции, о голосе сердца… Что ж, самое меньшее, что тут можно сказать — вы таких качеств начисто лишены. А теперь перейдем к делу. Госпожа дю Плесси, когда вы прибыли в Кандию, одни утверждали, что вы отправились в путешествие для устройства каких-то дел, другие — что вы плыли к любовнику. Были также и третьи — эти говорили, будто вы разыскиваете одного из ваших мужей. Скажите, какая из трех версий верна?

— Почему вы об этом спрашиваете?

— О, отвечайте, — нетерпеливо сказал он. — Я вижу — вы намерены сражаться со мной до последнего. Вы умираете от страха, но полны решимости не сдаваться. Чего же вы боитесь? Какие страшные тайны могут, по-вашему, открыть мои вопросы?

— Я.., сама не знаю.

— Право же, вы с вашим хладнокровием могли бы придумать ответ и получше. Впрочем, с другой стороны, он доказывает, что вы начинаете догадываться, к чему я клоню… Госпожа дю Плесси, ответьте мне: вы нашли мужа, которого искали?

Она отрицательно покачала головой, не в силах выговорить ни слова.

— Нет?.. А между тем я, Рескатор, который на Средиземном море знал все про всех, могу вам поклясться, что однажды он был от вас совсем близко.

Внутри у Анжелики все оборвалось, ноги стали как ватные. Почти не отдавая себе отчета в своих словах, она крикнула:

— Нет, нет, это не правда… Этого не может быть! Если бы он оказался рядом, я узнала бы его среди тысячи!

— А вот тут вы ошибаетесь! Смотрите…