Удали меня из памяти - Екатерина Громова

Кирилл долго и бесцельно слонялся по квартире. В голове то и дело всплывали вопросы: чем он занимался до того, как познакомился с ней, где и с кем проводил выходные?! И ведь не скучал, всегда находил, чем заняться. Всё бы ничего, кроме того, что она была не в сети. Сообщения не доходили, на звонки отвечала женщина, сообщающая противным голосом, что абонент вне зоны действия. Зачем отключать телефон? Могла бы написать: «Привет, у меня всё нормально, буду временно недоступна». Может специально подогревает его интерес? Или старается показать себя не зависящей от него и своей привязанности, которую видно невооруженным глазом. А может что-то случилось?! От невозможности найти верное оправдание такому поведению, парень злился всё сильнее и сильнее. Нет, сидеть дома в ожидании чуда невозможно. Кирилл быстренько оделся, схватил ключи от машины и выскочил за дверь.

Родной дом встретил пустотой и тишиной. Если бы он не располагался в охраняемом коттеджном посёлке, напичканном камерами слежения и охраной по всему периметру, можно было бы волноваться.

— Эй, люди? Есть кто живой? — Кирилл обходил просторные комнаты первого этажа в поисках членов своей семьи.

— Ой, Кирюшенька! А я думаю, кто кричит?! Здравствуй, — пышнотелая женщина преклонных лет остановилась посреди гостиной и подарила парню нежную улыбку.

— Здравствуйте, Анастасия Николаевна, где все? — Кирилл тоже любил эту женщину, она была рядом с самого детства, сколько он себя помнил. Не улыбнуться ей, означало обидеть до глубины души.

— Родители уехали в гости. А Полька не знаю, разве ж за ней уследишь. Кушать будешь?

— Буду. Голодный.

— Я накрою, приходи через пять минут.

Кирилл кивнул и побежал наверх, перепрыгивая через ступеньку. Дверь в комнату сестры он открыл без стука, прошел и с разбега плюхнулся на кровать.

— О! Братиш приперся! Какими судьбами? — девушка ковырялась в вещевом шкафу, перебирая джинсы, нужные никак не находились. Те, которые вынимались, рассматривались, скомкивались и отправлялись обратно в шкаф. — Чо, у здоровых титек и аппетитных задов сегодня выходной?

— А слов-то набралась, противно слушать.

— А тебе всегда противно слушать, если в сказанном есть хоть доля правды. Что явился, спрашиваю? — Полина отвлеклась от своего занятия и снизошла до беглого взгляда для брата.

— Я что уже не могу прийти домой, проведать родителей и сестру? Кстати, где они?

— Ты?! Проведать! Ну-ну. У Сизовых, там мероприятие, я не вникала.

— А ты куда собралась?

— Гулять пойду.

— С кем?

— С Васькой!

— С каким ещё Васькой?

— Да шучу я. С друзьями, Кир. Выходные — это дни, которые люди проводят с дорогими и любимыми людьми. По будням они скучают по ним, думают о них, беспокоятся, перезваниваются, а в свободное время наслаждаются их обществом. И ни за какие коврижки, именно те, которыми у тебя забиты карманы, не откажутся от этой радости. У тебя таких людей нет, да ты и особо не стремишься стать кому-то нужным. Хотя … мама с папой были бы рады тебя видеть, всё-таки ты их сын. Не смотря на то, что пришёл только потому, что некуда больше податься, ты все равно остаешься единственным и неповторимым. На то они и родители.

Кирилл рассматривал разговорившуюся, мудрую не по годам сестру исподлобья. Если бы малявка знала, какую болезненную тему сейчас затронула, как двумя фразами угодила в самое яблочко и всколыхнула неудержимый гнев в душе. Алёна сейчас именно с такими людьми. Веселится и отдыхает. Причем настолько активно, что даже не вспоминает о выключенном телефоне и одном парнишке, который не спал всю ночь с пятницы на субботу, а поутру, как дебил, выбирал ей цветы.

— Ну и сестру я себе воспитал! Недоросль неблагодарная.

Полина скромно рассмеялась.

— Ладно, не парься, я всё равно тебя люблю. Гены пальцем не размажешь.

Полина, совершенно не стесняясь, переоделась у брата на глазах, завязала волосы в хвост, нацепила рюкзак и остановилась на середине комнаты, оглядывая Кирилла. На мгновение ему почудилось, что она похожа на Алёну.

— Дай денег, а? У мамы забыла попросить.

— А ещё беспардонная врунишка.

— Ну ладно тебе, дай, у тебя много. Я же не абы кто, а родная сестрица! Ты же меня любишь … Ну ведь любишь? Ну любишь, скажи? — она подошла к брату, выставила вперед руки ладонями вниз, высунула язычок и, будто верная собачка, повиляла попой.

— В моем словарном запасе нет таких глаголов, — он отвесил ей шуточный подзатыльник, притянул за руку, обнял и поцеловал в макушку. — Если узнаю, что ты у кого-то что-то просишь подобным образом, надаю по заднице.

— Ты что?! Только у тебя и только денег, целовать было необязательно.

Кирилл протянул зеленую бумажку, сестра недовольно скривилась:

— Что на это сейчас купишь?

Брат достал красную, Полина выхватила щедрое подношение из двух купюр, опасаясь, как бы он не передумал и не успел засунуть обратно. Чмокнула брата в щеку и радостно прощебетала:

— Ю май кинг, братиш!

— Поумнее там со всякими Васьками!

— Не суди всех по себе.

На выходе из комнаты она резко остановилась:

— Ты, несомненно, король, Кир. Однако, в большинстве своём, партии играют другими фигурами. Пока.

Несколько секунд с задумчивым выражением лица он слушал громкий топот по лестнице, затем достал телефон, кликнул на имя Алёна. Выслушав уже ставшую родной противную тетку, прошептал:

— Королева слилась, значит, сыграем сегодня пешками.

Следующий абонент всегда отвечал на звонки гудками:

— Здорово, Рыжий! Какие планы на вечер?

***

— Кирюша, а как же ужин?

— Настасья, прости, всё изменилось. Больше не хочу! — кинул он через плечо, уверенным шагом приближаясь к своей глянцевой красотке.