Моя любой ценой - Дина Данич

— Ты правда уверен, что Феликс устроил тебе проблемы? Или дело в том, что он кажется тебе ненадежным и опасным?

Брат тяжело вздыхает.

— Скажи мне, если бы не эти неприятности, ты был бы против наших отношений? Только честно, Леш. Пожалуйста.

Он хмурится, стискивает зубы.

— Был бы, конечно. Потому что ты достойна лучшего. — Я вздыхаю, понимая, что ответ, в общем-то, меня не удивил. — Но мешать бы не стал. Пойми, я правда считаю, что он опасен. И что для него это просто игра. Не хочу, чтобы тебе снова было больно, сестренка. Одного мудака я уже пропустил. Не хочу облажаться снова. Прости, что нагрубил, потерял берега немного.

Осторожно подхожу к брату, прижимаюсь и обнимаю его. Он отвечает тем же, и какое-то время мы так и стоим молча.

Верю ли я в то, что узнала? Отчасти. Но чтобы сделать свой выбор, мне надо знать больше. Надо выяснить правду.

А еще… Еще я понимаю, что если выяснится, что Багров действительно таким образом решил заполучить желаемое, передо мной встанет выбор. И я должна буду определиться, готова ли ради брата наступить на горло своей гордости.

Леша все же соглашается, чтобы я обработала его губу. В остальном следов их короткой драки не осталось.

Утром следующего дня он, как примерный брат, повторяет все то же самое и просит не делать глупостей, пока его не будет — из-за тех же проблем, о которых он так и не рассказал, Леше придется уехать на день за город.

— Обещаю, — отвечаю на его просьбу. — Езжай спокойно и решай свои вопросы. Я тебя вчера услышала.

Брат недоверчиво смотрит, затем обнимает и целует в лоб.

— Ты — моя семья, Злата. Помни, что я хочу тебе только добра.

Он уезжает, а я… Я полдня провожу в раздумьях, чтобы в итоге все же набрать тот самый номер. Память у меня всегда была хорошая, так что последовательность цифр воспроизвести несложно.

Ответ я получаю сразу после второго гудка.

— Привет, Золотинка.

— Здравствуй. Мы можем встретиться?

— Конечно, красота. Пришлю за тобой водителя. Через два часа. Успеешь?

Меня слегка задевают его самоуверенный тон и вопрос, который будто говорит, что Багров и не сомневался в том, что я позвоню. Это говорит в пользу того, что Леша прав. Но я все же хочу убедиться сама.

— Успею, — сдержанно отвечаю.

— Буду ждать, — многозначительно добавляет Феликс и отключается. Я же испытываю странное чувство, будто только что перешла незримую черту, за которой нет пути назад.

22. Злата

Я оказываюсь в шикарном отеле. Уже одно это должно настораживать. Но я ведь не настолько наивна, чтобы не понимать, чем все может закончиться.

Каждый шаг до конечной цели дается нелегко.

Я банально боюсь. Боюсь, что слова брата подтвердятся, и окажется, что я просто трофей, который захотел себе господин Багров. Казалось бы, какое мне дело? Но вот ведь какая штука — себе-то уже глупо врать, что мне не льстило его внимание и не хотелось, чтобы были какие-то чувства, а не просто мужской азарт заполучить сложную цель.

Пульс достигает какой-то запредельной отметки, когда, наконец, оказываюсь перед нужной дверью.

Пентхаус. Хотя чего было ожидать от Багрова? Он, кажется, все делает с размахом.

Робко стучу два раза, жду с замиранием сердца, отсчитывая последние секунды, перед тем как сделать шаг в пропасть.

В тот момент, когда дверь открывается, и передо мной оказывается Феликс, мне кажется, жизнь замедляется. Будто секунды персонально для нас превращаются даже не в минуты, в часы.

Багров в белой рубашке, рукава небрежно закатаны, и его крепкие мышцы отлично видны, давая представление о том, насколько мужчина силен. Хотя мне и не надо это доказывать. Я все прекрасно помню.

Мы стоим напротив друг друга. Смотрим. И если я от волнения готова осесть на пол, то вот мужчина напротив, кажется, наоборот. Его жадный взгляд скользит по мне без малейшего стеснения.

Собираясь на встречу с Феликсом, я выбрала белое платье. Сначала даже не придала этому значения. Просто увидела его, когда открывала шкаф, и поняла — вот он, тот самый момент. Когда-то отхватила его на суперраспродаже и все никак не могла выбрать повод, чтобы впервые надеть.

А сегодня внутри что-то щелкнуло.

Если так подумать, это даже в чем-то символично — в первый раз мы тоже встретились, когда я была в белом. Невеста…

— Проходи, — наконец, произносит Багров. Его голос звучит чуть ниже, чем обычно. И я понимаю, что он возбужден. Уже.

А я ведь только пришла.

— Выпьешь?

Вздрагиваю, когда он оказывается слишком близко. Буквально подкрадывается со спины.

— Нет, я…

— Такая красивая сегодня, — шепчет Феликс. Его голос мягко обволакивает, ломает волю, притупляет бдительность.

— Я приехала поговорить, — резко оборачиваюсь и делаю шаг назад.

— О чем же?

На его лице довольная полуулыбка. Словно Багров и не сомневается в своей победе сегодня.

— Это правда, что ты устроил Леше проблемы с контрактом?

Он насмешливо ухмыляется.

— Вот, значит, как твой брат все выставил. Что это я его засадил в кабальный контракт? Так?

— Я не знаю. Он отказывается рассказывать. Поэтому я спрашиваю тебя.

— Скажем так, то, о чем он говорит, я не делал. А то, что Алексей дерьмово выбирает партнеров, не моя вина.

Чувство облегчения прокатывается по мне, и внутреннее напряжение чуть отпускает.

— То есть ты не подстраивал это, чтобы я сдалась и пришла к тебе? — спрашиваю, скорее просто чтобы поставить окончательную точку. Но вот Феликс подозрительно молчит. И смотрит так многозначительно.

— Я ведь говорил, что ты станешь моей, Золотинка, — вкрадчиво произносит и делает первый шаг ко мне. Я же замираю на месте, пытаясь понять — шутит он или же…

— Говорил, что нет смысла бегать. Я хочу тебя, красота. Всегда получаю то, что хочу. Я всего лишь использую обстоятельства, чтобы получить то, что и так будет моим.

Багров приближается, а у меня нет даже слов, чтобы хоть как-то возразить. Его взгляд давит, не дает даже возможности хоть что-то ответить. Помимо этого самодовольства я вижу в глазах мужчины еще и желание.

Бешеное. Откровенное. А еще восторг. Восхищение.

— Ты такая красивая. Как невеста, — шепчет он, обходит со спины. Нежно прикасается к открытым плечам. — Помнишь, как мы познакомились? Ты сейчас еще прекраснее, моя чистая девочка.

— Дело только в этом? — спрашиваю дрожащим голосом, едва дыша. Это так будоражит — когда за спиной у тебя хищник, способный растерзать