Во власти теней: омуты прошлого - Вера Эпингер

— Как пожелаешь, — вызвал такси до дома и взял девушку под локоток. Удивительно, но она не отшатнулась, а вполне доверительно прижалась к моему плечу.

Не зря я купил участок, вплотную примыкающий к хвойному лесу. В кои-то веки он пригодился — не везти же отчаянно пожелавшую прогуляться под соснами в настоящую чащобу.

Едва мы сели на заднее сиденье чёрной «Тойоты», Кристина отодвинулась практически вплотную к двери. Почти всю поездку она смотрела в окно и много-много говорила: эмоционально, чувственно. Улыбалась и рассказывала, как заканчивала последний год учёбы на заочном, чтобы иметь возможность работать; как попала на собеседование к Маргарите не захотела даже искать другое место.

Я слушал внимательно и с удовольствием — мне в принципе нравилось слушать её голос.

Когда автомобиль остановился напротив моих ворот и мы вышли наружу, Кристина замерла, так и не сделав шаг вперёд.

— Я помню это место, — произнесла тихо.

— Тебе не холодно? — спросил, заметив, что она чуть ёжится на ветру.

— Нет, — замотала головой. — Наоборот, хорошо, отрезвляет, — усмехнулась. — Не думала, что снова здесь окажусь.

— Жизнь непредсказуема, — кивнул. — Всё ещё хочешь прогуляться? — нажал кнопку на пульте и территория вокруг дома осветилась десятками фонарей. Удобная опция. Света оказалось достаточно, чтобы не переломать ноги в темноте.

— Конечно. Я очень скучаю по лесу… Помню, как любила гулять в нём, когда была совсем маленькой. Мы все так гуляли — зря что ли до леска за садами пара шагов. Я до сих пор сожалею, что место, которое я так любила, сравняли с землёй.

Я позволил себе приобнять её, пока мы шли по тропинке вдоль забора.

— Здесь так… свободно.

— Именно поэтому я выбрал это место. Уединение с природой и с собой.

— Знаете, Евгений Александрович, я не жалею, что между нами что-то было. — Она остановилась и повернулась ко мне лицом. Смотрела прямо в глаза проникновенно и открыто.

— Но ты влюбилась… как я и говорил, — сказал спокойно, словно констатировал факт. Не заметить влюблённый взгляд, которым одаряет тебя девушка при встрече, как нежны и чувственны её прикосновения, невозможно.

— А вы дали мне уйти! — усмехнулась с болью.

— Потому что так было лучше для тебя.

— Конечно, вы же несравненный Градов! Вы всегда всё знаете лучше всех! — выпалила жарко. Её губы так маняще приоткрылись. Сладкие нежные губы, которые я так любил целовать.

Я не солгал — ей действительно было лучше без этих чувств, которые не могли привести ни к чему хорошему. Я не мог дать её то, что она хотела; начиная эту связь, я знал, что всё закончится болезненным разрывом. Но был слишком эгоистичен, чтобы отказаться от маячащей сладости, удовольствия, от молодого невероятно чувственного тела, от осознания, что эта прекрасная девочка, призывно заглядывающая в глаза, — моя.

— Кристина, — я с усмешкой покачал головой и поцеловал её.

Она замерла, на краткое мгновение; провёл языком по её губе, чуть прикусил… ну же, девочка, не бойся, и… она сдалась. Рьяно ответила мне, вцепилась ладонями в мои плечи, сминая пиджак, словно боялась, что я исчезну. Умница.

Я смаковал её, наслаждался ею, как тогда; чувствуя обжигающую горячность возбуждения, вспоминал, почему решил отойти от своих правил, почему девочка-студентка смогла стать объектом моего вожделения.

Руки сами потянулись к резинке, туго стягивающей её волосы на затылке. Аккуратно стянул её, на мгновение отстранившись, чтобы насладиться тем, как её прекрасные длинные волосы рассыпаются по плечам. Прижался к её шее, вдохнул едва уловимый, сладковатый аромат, быть может, шампунь или ещё какое средство из женских штучек — но, господи, насколько он был соблазнительным.

— Это ничего не значит, Градов, — прошептала Кристина.

— Конечно, — хмыкнул. — И всё же. Я скучал, девочка моя.

Глава 8

Рука моя так и не поднялась удалить крамольные снимки с телефона. Каюсь, порой я даже пересматривала их. Исключительно, чтобы понять: что мне теперь делать со своей жизнью. Нет, она текла своим чередом, форс-мажора не случилось, мир не перевернулся с ног на голову, и всё же что-то было не так. Я чувствовала это нутром.

Я бы почти пожалела о том, что приняла предложение Градова о подработке, но меркантильный интерес перевешивал все опасения. Как никак, мне хотелось побыстрее закрыть кредит за машину и встать на ноги ещё прочнее, чем сейчас.

Потому на встречу, посвящённую новому делу, в офис «Градов, Реутов и партнёры» я явилась вовремя, с боевым настроением и при полном «марафете». «Чем раньше выиграю дело, тем быстрее получу деньги» — говорила я себе, распахивая двери в мир, в котором зародилось моё желание стать светилом юриспруденции.

За годы ничего не поменялось. Разве что теперь в приёмной сидела не роскошная красотка Светлана, а молоденькая и миловидная брюнетка Оля.

— Добрый вечер, вам назначено? — она растянула губы в дежурной улыбке.

— Здравствуйте, Кристина Беляева. Евгений Александрович должен меня ожидать.

— Да-да, — она вновь улыбнулась. Хорошо её вымуштровали, тут ничего не скажешь. — Пройдёмте со мной.

На всякий случай отключила звук на телефоне, во избежание неловких ситуаций, которые, впрочем, могли и не случиться. Единственным человеком, который мог позвонить мне вечерами, был Беккер, но от него уже недели полторы как ни привета-ни ответа.

— Евгений Александрович, к вам подошли, — Ольга, постучавшись, первой вошла в кабинет Градова и только после его молчаливого кивка отошла в сторону, пропуская меня в святая-святых. — Может быть, чай, кофе?

— Нет, спасибо, ничего не нужно, — покачала головой я и совершенно бесцеремонно уселась в удобное кресло у окна.

— Оленька, вы свободны, можете идти домой, — отправил восвояси секретаря Градов и с усмешкой посмотрел на меня, закинувшую ногу на ногу, так, что подол юбки задрался чуточку выше приличного. Меня это волновало куда меньше, чем стоило.

— Я думал, ты не приедешь, — он задержал взгляд на лодыжках и медленно, будто оглядывая всю меня, поднял его на моё лицо. Неужели. Я уже испугалась, что он будет разговаривать исключительно с моими ногами… или с бежевыми лодочками на шпильке.

— Я не смешиваю работу и личную жизнь, — язвительно улыбнулась, умудрившись практически повторить любимую интонацию Градова.

— Я рад, — хмыкнул, — итак, приступим? Тебе будет удобнее за моим столом.

— Мне и тут неплохо.

Что это я так осмелела? Я бы ответила, что этому нет причин, но… за выходные я частично вспомнила события пятничной ночи — в частности, сцены в ванной и то, чем они были вызваны. Евгений Александрович сам разрушил остатки стены между нами.

Он хмыкнул