Гормон счастья и прочие глупости - Екатерина Вильмонт

— Почему? Эй, девушка! — махнул официантке. —Принесите нам, пожалуйста, еще виски и стакан для дамы. Или ты хочешь что-тодругое?

— Да нет, символически можно и виски выпить. Хотя питьна брудершафт виски как-то бесстильно.

— Да какая разница? — улыбнулся он.

От этой улыбки у меня задрожали коленки. Мы выпили набрудершафт по всем правилам, с переплетением рук и с поцелуем. Как ни странно,поцелуй был никакой. От улыбки я больше взволновалась. Ну и слава богу. Нехватало мне только влюбиться в этого женатого, замотанного популярностьюгрубияна и психа.

Кто-то как-то вскользь упомянул, что Дружинин лечился впсихушке, правда в санаторном отделении, но это все равно… Да и не нужна я ему,он со мной, потому что Лариска неизвестно где… Но в обаянии ему не откажешь.

— Слушай, а кто тот мужик?

— Какой?

— Ну вчерашний, белобрысый?

— Бывший жених, я уже говорила.

— С ума сошла? Он тебе не подходит.

— Сейчас это уже не важно.

В этот момент у него зазвонил мобильник.

— Ларка. Алло! Да. Хорошо. Твое дело. Пока, —убийственно холодным тоном проговорил он и раздраженно сунул телефон в карман.

— Все в порядке? — осторожно спросила я, видя, каку него дрожит рука с зажигалкой.

— Мне мило сообщили, что после спектакля она никак немогла меня найти. Можно в это поверить, а? И потом ее буквально умыкнуликакие-то старые школьные приятели, которые, оказывается, здесь живут. Я недолжен волноваться, она скоро приедет. Блядь, какая беспардонная блядь!

— Андрей, мне не нравится…

— А мне, думаешь, нравится?

— Думаю, да. Иначе зачем?

Он внимательно на меня посмотрел:

— Я и сам удивляюсь — зачем? Но в ней есть что-то..,что меня иногда завораживает.., я ее любил…

— О, я так и знал! — раздался совсем рядом голосВеньки. — Смотрите, тут, кроме вас, уже никого не осталось, поздно, чертпобери!

— Веня, друг, сядь, хочешь с нами выпить? Мы с Бронейвыпили на брудершафт, а то она мне все «вы» да «вы», как будто я старый какмир, а мне всего только сорок лет… Выпьешь?

— Нет. И тебе не советую! Хватит, ты и так набрался. Мыже договаривались, Андрюха!

Я была рада появлению Веньки, мне не нравился разговор сАндреем, а еще больше не нравилось то, что у меня сердце кровью обливалось отжалости к нему. Жалость — опасное для меня чувство.

Проводив Андрея до его номера, Венька поднялся ко мне:

— Буська, не шути с огнем. Он тебе не пара. Да инаживать врага в лице Ларки не советую. Можно такой грязи и мерзостинахлебаться…

— Венечка, это не то… Просто вы все куда-то разбрелись,я осталась одна, пришла в гостиницу, а тут Андрей. Мы оба хотели есть, вот онменя и позвал. Ты ничего такого не думай, он просто жаловался на Ларису…

— Такие жалобы иногда черт-те к чему приводят.

— Ладно, моралист хренов. А ты сам куда делся?

— Да понимаешь ли.., случилась одна знакомая…

— С кем она случилась? С тобой?

— Не понял?

— У вас случка была?

Он громко расхохотался:

— Как ты все опошлила, Буська. У нас было романтическоесвидание.

— Без случки?

— Ну почему же…

— Тогда иди спать и не читай мне мораль.

— Ладно, не буду. Только все равно… Андрюха — совсем нето, что тебе нужно.

— Сама знаю!