Одиночка - Алайна Салах

День рождения Сеня привык отмечать в шумных местах вроде клубов и караоке-ресторанов, и его двадцатидевятилетие не стало исключением. Местом празднования выбран недавно открывшийся бар, зарекомендовавший себя пристанищем для самой модной молодежи. Ценник на еду и напитки здесь выше среднего, но и обстановка соответствующая: приятная музыка, доброжелательные официанты и кухня выше всяких похвал.

—Платье сидит нормально?— Вопросительно глядя на Диму, я делаю полуоборот, чтобы дать ему возможность оценить.— Нигде не собралось?

—Красавица,— улыбается он, выразительно посмотрев на мои бедра.— Все у тебя отлично.

—Ты даже не посмотрел нормально.—В шутку надуваю губы, зная, что после этого он подойдет ко мне и обнимет.— Не стыдно?

Как и всегда, угадываю. Через пару секунд лицо Димы оказывается напротив моего, а его руки опускаются на талию. Он очень мил в своей предсказуемости.

—Супер сидит, говорю же.—Дима мягко целует меня в губы и заглядывает в глаза, следя за реакцией.— Точно будешь самая красивая.

Переплетя наши пальцы, я с довольной улыбкой тяну его вперед. Несмотря на тяжелые ночные смены, всю неделю пребываю в отличном настроении. Та застарелая рана в груди, вскрывшаяся с появлением Адиля, перестала так сильно ныть, и мне наконец удалось обрести подобие умиротворения. Хотя это и не умиротворение даже. Скорее, отсутствие нервозности и фантомного[N1]беспокойства.

—А подарок Сене кто должен был привезти? Роберт? Вы же вроде акустику собирались дарить?

—Да,— подтверждает Дима и, отпустив мою ладонь, салютует Андрею, выходящему из туалетной комнаты.

Я ограничиваюсь вежливым кивком. Пусть в нашу последнюю встречу я и была с ним резка, все сказанное было чистой правдой. Для человека, который безбедным существованием обязан исключительно своей матери,Андрей слишком снисходительно разглагольствует о чужих достижениях.

—Надеюсь, сегодня вы помиритесь.— Дима снова берет меня за руку и слегка сжимает.— Из-за ерунды же вспылили.

Я тут же хочу огрызнуться, заметив, что тема классового неравенства — вещь отнюдь не ерундовая, но вовремя себя останавливаю. Всю неделю мы с Димой прожили без единой ссоры, и день рождения общего друга не самое удачное время, чтобы нарушать идиллию.

—Разберемся,— говорю я и, завидев именинника, натягиваю на лицо улыбку.

Ухмыляющийся Сеня, держа под мышкой коробку с изображением автомобильных динамиков, идет нам навстречу.

—От души, бро!— Он пожимает руку Диме и быстро касается щекой моего лица, имитируя поцелуй.— Спасибо за подарок. Решил сразу в машину отнести, чтобы, как в прошлую днюху, половину подарков не проебать.

—Ты давай уж не проеби,— весело посмеивается Дима.— Они дорогие. Артур лично выбирал.

—Ага, Робсон сказал. Я уже на установку записался.

—Куда? Мне саб в«Данлопе»ставили. Толковые пацаны.

Решив не мешать парням обсуждать неинтересные мне темы, ищу глазами Ксюшу и, когда нахожу, тереблю Диму за руку.

—Вы разговаривайте, а я пойду к девчонкам, ладно?

Увлеченный разговором, он не глядя гладит меня по плечу.

—Иди, зай. Скоро подойду.

Ксюша и Аня тоже успели меня заметить и теперь с улыбками обмахиваются руками, делая вид, что им внезапно стало жарко. Мол, ох, как же ты горяча, Даш.

—Ну хватит, хватит,— шутливо ворчу я, по очереди целуя их в щеки.— Вы тоже ничего такие красотки.

Меньше чем через минуту в руках оказывается бокал с шампанским, и мы с девчонками, чокнувшись, пьем за встречу и здоровье именинника. Праздник быстро набирает обороты.

—А ты Сене, как обычно, туалетную воду подарила?— со смехом спрашиваю я у Ксюши.

Она с наигранным пафосом передергивает плечами.

—Слушай, ну а кто, если не я?

На последнем курсе у нее и Арсения, знавших друг друга еще со школы, случился роман. Спустя полгода они полюбовно расстались, но обязанность выбора его парфюма плотно закрепилась за Ксюшей. Ребята — редкий пример того, что и после разрыва можно остаться друзьями. Не уверена, что мне такое под силу.

—Роберт как сквозь землю провалился,— недовольно фыркает Аня, оглядывая зал.— Наверное, акустику с парнями опять обсуждает. Я уже мечтаю, когда мы наконец одни уедем отдыхать. Вот у тебя Димас совсем другой, Даш. Цени. Он к тебе и дому привязан.УРобсона друзья на первом месте, а уже потом я. Думаете, дом этот он для нас снимал?— Она раздраженно закатывает глаза.— Ага, как бы не так. Это чтобы к нему в любое время друзья могли приезжать.

—Ань, он тебя очень любит,— успокаиваю я, хотя и не могу не признать, что в чем-то она права.

Роберт почти каждый вечер видится с кем-то из ребят, при этом оставляя Аню сидеть дома. Меня бы такое сильно угнетало.

—Любит, да. Но друзей своих любит больше.

Аня подносит бокал ко рту, и в этот момент ее взгляд неуловимо меняется, фокусируясь на точке за моей спиной. Невидимая рука заставляет меня обернуться, чтобы выяснить, кудаАня смотрит, и сердце моментально пропускает удар, а затем, напротив, начинает стучать быстрее.