Предатель. Вернуть любимую - Мила Дали

Доберман садится возле кровати и закидывает на нее переднюю лапу.

— Р-р.

— Ты ко мне пришел? Вот уж от кого, а от тебя я такого не ожидала, — искренне удивляюсь. Рустам всегда относился ко мне как к низшему звену в иерархической цепочке, а в трудную минуту, как его хозяйка, пришел поддержать. Отодвигаюсь на другую половину кровати. — Ложись на тепленькое, дружок.

Глава 21

Я сижу на заднем сиденье белоснежного «Роллс-Ройса».

Рядом со мной, приоткрыв тонированное окно, задумчиво курит Эльвира Леопольдовна, сжимая пальцами тонкий мундштук. Обычно меня тошнит от табачного дыма, но у Кирияновой даже сигареты пахнут вкусно. Горьким шоколадом.

— Как же хочется не упустить шанс, который вы мне любезно дали, — вздыхаю я. — Но страшно, что у меня не получится.

Кириянова, сделав очередную затяжку, бросает мне на колени какой-то документ.

— Это тебе для мотивации.

Я беру его и вчитываюсь в строчки. В моих руках образец контракта, который заключает Кириянова со своими моделями.

В горле пересыхает мгновенно, когда нахожу строку с авансом. У меня уже при виде суммы расширяются глаза. Я таких денег никогда в руках не держала. А уж итоговая цифра вообще за гранью фантастики.

— Так много? — удивленно поворачиваюсь к Эльвире.

— Не трусы же дерматиновые от ноунейма представляешь, — ухмыляется она. — Это обычная оплата работы моделей в моем Модном доме…

Показ Кирияновой будет совмещен с презентацией новой коллекции немецких автомобилей в автосалоне. Нам нужно демонстрировать наряды и позировать рядом с машинами. На репетицию приезжаем в автосалон.

— …Ангелы, — громко обращается к девушкам Эльвира, заведя меня в комнату, отведенную под гримерку, — принимайте новенькую. Ее зовут Марго. Она будет вместо нашей пострадавшей Катрин.

В комнате с зеркалами я вижу красивых ухоженных высоких девушек. На их фоне я больше не кажусь себе Каланчой, Штепселем или Дылдой. Мы все примерно одинакового роста.

Теперь Кириянова кажется маленькой.

Я волнуюсь, опасаюсь, что девушки меня не примут. Меня вообще в новые компании никогда не принимали. Тем более эти девушки уже давно сотрудничают с Кирияновой, некоторых я видела на обложках журналов, билбордах и на экране телевизора. Они такие успешные и классные, а я — никто.

— Привет, — вдруг отзывается зеленоглазая девушка с длинными светло-русыми волосами, — очень приятно познакомиться. Вливайся к нам и будь как дома!

— Спасибо, — охотно отзываюсь на ее доброту, но все еще чувствую себя скованно.

Кириянова, ободряюще похлопав меня по плечу, уходит по своим делам. Девчонки общаются со мной на равных, знакомятся.

— Вот твое платье, примерь, — передает наряд симпатичная брюнетка.

В моих руках оказывается дивное темно-фиолетовое, почти черное, коктейльное платье с лифом, расшитым будто зеркальными осколочками. Оно идеально садится по моей фигуре, выгодно подчеркивает грудь и невероятно красиво переливается.

— Что же ты такая зажатая? Не сутулься, — подсказывает все та же брюнетка. — Втяни живот, и тогда осанка выпрямится. Не забывай о плечах, пока не войдет в привычку.

— Буду стараться вырабатывать в себе новые привычки, — репетирую осанку перед зеркалом. — Девочки, а как вы перебороли страх перед людьми? Мне так страшно. Вдруг я плохо пройду, запнусь, упаду и опозорюсь? И все надо мной посмеются…

— Не думай о людях, — встает у меня за спиной и давит пальцем мне между лопаток, отчего я еще больше выпрямляюсь. — К черту их всех. О себе думай. Представляй, что ты красотка, излучающая свет, успех и счастье. Думай, как ты всем нравишься, какая ты очаровательная и интересная, а люди… — подмигивает, — они подстроятся. Красота и уверенность начинаются в нашей голове.

— Большое спасибо за совет. Я обязательно им воспользуюсь.

И действительно, что мне мешает хотя бы тайком подумать о себе как об успешной, богатой и красивой девушке? Такой, что не хуже Лактионовой, а лучше в тысячу раз. Это же мои мысли, их никто не узнает.

Я по привычке считала себя неудачницей, гадким утенком и нищенкой. Это подходящие описания меня. Я и сейчас не поменяла мнение как по щелчку пальцев, но в качестве эксперимента думать о себе иначе попробовать стоит. Да и советчик не абы кто, а топ-модель Эльвиры Кирияновой!

— Давай-ка я еще тебе скину ссылку одного крутого психолога, — предлагает она. — Он ведет интересный блог, лекции у него очень полезные. Послушаешь на досуге.

— Давай, — киваю я.

Глава 22

Мирон

— Вот так встреча, дружище! Сколько лет сколько зим! — растекшись в улыбке, встает из-за стола Баринов и, на ходу вытянув руку, шагает ко мне. — Как сам?

— Нормально, — коротко отвечаю. — Вижу, твой новый филиал только процветает…

— А то! — жмет мне руку. — Проходи-проходи, присаживайся!

Дмитрий выглядит обрадованным, а вот у меня нет поводов для счастья. Совсем.

Рита меня знать не хочет. Власов, мразь, предал. Чтобы добиться расположения Риты, я должен разобраться в этой истории с банкетом.

Да, все указывает на то, что я крупно влип, нажрался и выебал бывшую. Но, блядь, я не могу с этим смириться. А после подставы Власова у меня появились сомнения. Ведь я поручал Антону расследование той ночи. Поэтому отнес запись на экспертизу…

И получил заключение…

Монтаж.

Грамотный, качественный. Обычным глазом и не заметить. Так что теперь я здесь — в отеле Баринова.

— У меня к тебе дело.

— Все потом, — хохочет он, — сначала отметим нашу встречу, — хватается за трубку стационарного телефона, — один звонок — и нам все организуют. Ледяной вискарь, закуски…

— Нет, — категорично отрезаю. — Я за рулем.

Баринов выгибает бровь:

— Ты же всегда с водителем.

— Отправил его в командировку.

Такую двуличную тварь я даже в одном со мной и Ритой городе терпеть не намерен. И просто с позором его прогнать тоже не мог: отпустить на вольные поля — слишком мягкое для него наказание. Поэтому передал Власова в услужение одному из своих постоянных клиентов.

Серьезный мужик, и дела у него серьезные. Он обеспечит постоянный контроль над Власовым. Чтобы не натворил дел.

Дай Антон хотя бы намек на возвращение в город — и это станет последним днем его жизни. Я его убью. И Власов это отлично понимает.

— Вот как? — хмыкает Баринов. — Жаль, хороший пацан был. Сговорчивый.

Из-за натянутых в последнее время нервов стучу пальцами по столу.

— Я, собственно, зачем приехал… Дай мне запись с банкета еще раз.

Радостная улыбка исчезает с лица Дмитрия.

— Зачем? Я же отдавал ее твоему водителю.

— Теперь мне нужен оригинал.

Баринов опускает голову, облокачивается на стол и хмуро смотрит на меня исподлобья.

— Я и предоставил оригинал.

Он шумно выдыхает