Предатель. Вернуть любимую - Мила Дали

Он шумно выдыхает и опускает руку под стол.

— Я шесть месяцев ждал этого дня…

— Какого? — удивленно приподнимаю бровь.

— Подходящего. Но, видимо, так и не дождусь. Сегодня вот хотел, но сначала мать твоя явилась, всю малину испортила. Потом батя…

— Что ты хотел? — уточняю, видя, как у Мирона заметался взгляд. — Есть повод нервничать?

Он напрягается и неожиданно достает из кармана брюк красную бархатную коробочку и кладет ее на стол.

— Можно всю жизнь прожить и так и не дождаться удобного момента. А нужен ли он нам, этот момент? Мне — нет. Я для себя уже все давно решил. А повод нервничать есть. Мне, — и, слегка улыбнувшись, открывает крышечку. — Рита, любимая, ты станешь моей женой?

Я изумленно округляю глаза, смотря на чудесное кольцо с небесно-голубым камнем в обрамлении сияющих бриллиантов.

— Ты… предлагаешь мне?..

— Да. Я хочу стать для тебя самым охуенным мужем. Слово даю, ты не пожалеешь ни об одном дне, прожитом со мной. Я очень сильно люблю тебя и хочу, чтобы наши отношения только крепли. Я семью с тобой хочу, Рит. Просыпаться и засыпать только с тобой…

Я впадаю в ступор от неожиданности. В глазах защипало от нахлынувших слез, но это слезы счастья.

— Да, я буду твоей женой…

***

5 лет спустя

Это субботнее утро в нашем доме на удивление тихое и спокойное.

Скидываю на ходу с себя сорочку и трусики. Крадусь на шум воды в ванную.

Осторожно вхожу и вижу силуэт мужа за запотевшими стеклянными створками. Раздвигаю их, перешагиваю низкий бортик и вхожу к Мирону.

Обнимаю его со спины и прижимаюсь щекой к его горячей мокрой коже.

— Доброе утро, любимая, — замирает он.

На нас сверх падают теплые струи воды, и я, разомлев, наслаждаюсь этим гармоничным моментом.

— У нас есть полчаса, пока папа везет Сашу и Варю… — напоминаю мужу и скатываюсь пальцами по его животу вниз.

Быть родителями погодок — тот еще квест. Нашему старшему сыночку Саше четыре, а милой Варюшке три. Что еще я могу сказать? Что невозможность забеременеть в первые месяцы после родов — миф…

— Тогда не будем терять время, — муж выключает тропический душ.

Столько времени прошло, а у нас с Мироном как будто каждый месяц медовый. Конечно, с появлением детей многое изменилось, но мы продолжаем испытывать друг к другу нежные чувства.

Муж разворачивается, прикасается ладонями к моим щекам и, склонившись, сливает наши губы в глубоком поцелуе. Я жарко выдыхаю, подчиняясь ему, нащупываю рукой его член и ласкаю его, ощущая, как он становится тверже и больше. Мирон толкается им в мою ладонь, а когда довожу его почти до пика — резко отстраняется. Подхватывает меня под бедра на руки, прижимает спиной к кафельной стене и заполняет собой.

Мирон трахает меня, а я, запрокинув голову, наслаждаюсь им и тем, как он губами ласкает мой сосок. Мне так хорошо уже просто от того, что он любит меня по-настоящему, окружает теплом и заботой, дарит ощущение защищенности уверенности, что всегда придет на помощь, что бы ни случилось.

У меня перед глазами и внизу живота словно искрит от возбуждения, от каждого удара плоти о плоть, от того, как жарко муж меня целует и шепчет милые пошлости. Оргазм накрывает стремительно и неотвратимо, я вытягиваюсь в руках мужа стрункой и захлёбываюсь стонами от наслаждения.

С Мироном каждый секс — полет в космос…

За пять лет грязные сплетни о нас окончательно забылись. Суворов открыл второй филиал своей фирмы, где его самые лучшие ученики под чутким контролем самого Суворова проводят бизнес-консультации.

Мой приют процветает. За эти годы сотни животных обрели дом и любящих хозяев. Я успешно окончила вуз и получила профессию ветеринара.

С Кирияновой мы до сих пор поддерживаем дружеские отношения. Иногда я участвую в ее фотоссесиях, но теперь в качестве хобби.

С появлением у нас с Мироном детей жизнь изменилась. Несмотря на тотальную занятость, мы не спихиваем заботу о них их на нянь. Иногда нам помогает мой папа или Захар с Лилей. Я помню свою мать и хочу подарить своим детям счастливое детство, которого, к сожалению, не было не только у меня, но и у Мирона.

Пока муж переодевается наверху, я заканчиваю готовить завтрак — сегодня это манник по фирменному рецепту моего папы. Это лакомство обожают все. Под ногами вьется Люська — еще один важный и всеми любимый член нашей семьи.

«А вот и он», — думаю, когда слышу трель звонка.

Спешу открыть дверь.

— Мамусь-сь-ка! Мамуська! — пищит малышка Веренька, наряженная в пестрый сарафанчик, и тянет ко мне ручонки. — Моя мамуська!

— Твоя-твоя, а чья же еще?! — смеюсь я и беру ее на ручки.

Если сравнивать мои детские фотографии и Варины — мы как две капли воды.

— Привет, мам! — слышу следом бойкий голос Саши, который, брутально похлопав меня по ноге в знак приветствия, шагает мимо в дом. Сынок тоже похож на меня — такой же кареглазый брюнет. Но повадки он копирует исключительно с сильной половины нашего семейства. — А я сегодня из пистолета по охранникам стрелял, а Варька была смотрящей! — радостно заявляет он.

— Чего?! — ахаю я и оборачиваюсь к моему папе.

— Во-первых, не по охранникам, а по банкам, — отвечает в своей «железной» манере отец, — и из моих рук. Все было культурно и безопасно. А во-вторых, тебя, Санька, я бы с собой в разведку не взял. Всех сдашь с потрохами.

— Ох уж эти твои увлечения, пап. Саша и так ядерная смесь тебя и Суворова. Ты кого из него сделать хочешь?

— Нормальный парень растет, — улыбается мой авторитетный папа.

А я качаю головой.

— Останешься на завтрак? — спрашиваю его.

— Нет, у меня дела.

— Знаю я твои «дела», — приподнимаю уголки губ. — К ней спешишь. Да?

— Да. Но вечером приезжайте в гости. Будем жарить мясо.

Попрощавшись, отец уезжает. Я рассаживаю ребятишек за стол. К этому времени спускается и Мирон.

— Папуська! — пищит Варя и машет ему ручкой.

— Привет, моя маленькая принцесса, — подойдя к дочери, Мирон целует ее в щечку, затем по-мужски жмет руку сыну.

Я разрезаю манник и угощаю всех, не забывая и о Люсе.

Все хорошо, что хорошо кончается. Искрометная история о проданной девочке осталась в прошлом. А нашу настоящую историю мы с Мироном пишем сами.