Ретроградный меркурий - Янка Рам

— Может быть.

— А я всё намекал-намекал… Что со мной надёжнее.

— Так что там с Зольниковыми?

— Был у меня однофамилец, генерал Мансуров. Ну ты в курсе… В целом, рядовой был генерал, но была у него слабость, девка одна. Жила в роскоши, в задницу ее целовал, на косы ее надрачивал… Но угораздило эту шлюшку мелкую залезть на одного Зольникова.

— Не в роскоши, а в плену, — перебиваю я, сжимая челюсти.

— Ой, да перестань! В плену… За такой плен каждая вторая баба душу продаст. Суть не в этом.

— Я очень внимательно слушаю, в чем же суть.

— Суть в том, что когда началось расследование по делу генерала Мансурова, полковник Зольников затеял охоту на ведьм, вычищая всех в организации, кто мог обеспечить ему отдачу за генерала. И я попал под раздачу… Просто за фамилию. Ну и “ложечки потом конечно нашлись, а осадочек остался”. Если бы не эти проволочки со службой, я бы был уже подполковником. Да и много он мне карт и комбинаций спутал! Согласись, справедливо теперь получить подполковника, утопив именно Зольниковых! Тем более, есть за что… Я очень внимательно следил за вашей жизнью.

— Ааа… Обиделись? — дёргаю бровями. — Мстите?

— Могу и не топить. Я же добрый бог! Но тогда я хочу жертвоприношений от него… Постоянных. А он, неумный человек, в позу неправильную встал. Вот ты — в правильную, а он — в неправильную. Может, подскажешь ему, как правильно отдаваться?

— Юбочку положите…

— Как трофей на память возьму. Голову же полковника на стену не повесить. Не поймут. А к балету я тяготею…

Вообще, зажился мужик. Пора ему… К своим. К богам.

— Так Владо ты или Зольникова? — сзади на ухо.

— Владо…

Прижимаясь щекой к моей, как доминошки выкладывает передо мной три трекера.

Черт! Как он их обнаружил?!

- “Если у тебя нет паранойи, значит, у кого-то их две”, - отвечает он шепотом на мой незаданный вопрос. — Тебе меня не выебать. Но за попытку, я тебя накажу…

Глава 22 — только убить

Перебираю на столе трекеры. Их приказал поставить Полкан, чтобы вычислить маршрут и местоположение нашей златовласки.

— А почему Вы решили, что это Зольниковых?

— А чьи же еще?

— Может… Лазарева? — иду я на ощупь ва-банк. — Девочка кстати очень красивая… Волосы, ммм! Тоже подрачиваете на косы? Или Вы по юбочкам?

Тишина. Застыв, Мансуров словно выпадает из реальности.

Молча отходит от меня, смотрит в окно, сложив руки за спиной, в одной зажата пачка.

Рука в запястье специфически подрагивает. Словно у него нервный тик. Но это другое. Это автоматизмы, когда при слишком высоком психическом напряжении, человек пытается удерживать контроль.

Менталист ты? Так я тоже не с улицы пришла. У меня академия ФСБ с отличием. И дрочу я не на чужие косы, а на компетенции опера. И постоянно учусь… Последнее время — криминальной психиатрии. И чем больше я туда погружаюсь, тем больше мне хочется целовать светлый, не обременённый уёбищными конструктами мозг мужа. Зольников, ты прекрасен. Я твой фанат.

— Вы считаете себя вершиной пищевой цепочки, Алишер? Ах, да… Излишняя самоуверенность это же слабая сторона любого психопата. Потому что Вы не социопат. Вы — психопат.

Вытаскивает телефон. Убирает в карман, вытаскивает другой.

— Уверены, что хотите ими воспользоваться? Я бы не советовала… — блефую я.

Убирает в карман и второй.

— Читала на досуге слабые стороны психопатов… Не умеют работать в команде… Страх разоблачения и страх утери контроля над своей сетью влияния. У вас большая… Одно неловкое движение и паук запутается в паутине.

— Ты понимаешь, Диляра, по какому краю ты ходишь?

Понимаю. Теперь меня тоже только убить. Без вариантов.

— Юбочку положите.

Разжимает кисть, юбка летит вниз. Идёт в мою сторону, наступая нее.

— А ты оказывается у нас гораздо умнее, чем я думал. Я впечатлён!

— Лесть не сработает.

Я действительно умнее, чем он думает.

— Продолжай…

— У нас Цунгцванг. Взаимный.

— Продолжай…

— Я не менталист, но намерения ваши сейчас могу прочитать легко. Первое, и самое важное — перепрятать девочку. Иначе Вам пиздец…

Потому что Мансуров первый раз так триггернул! И это точно не любовь всей его жизни, ни дочь, ни жена, ни сестра. Психопату похеру на всех, кроме себя. Ее ценность в другом. Она его гарант. Гарант чего? Или свободы, или жизни.

— Второе, выяснить, кто кроме меня про нее знает. Третье, ну это уже потом, выбить из меня — как я узнала. Это самое интересное для Вас, да, майор? Это покажет слабые места, которые надо доработать. Даст больше контроля. Дальше… Дальше убрать всех, кто угрожает “разоблачению”.

— Коль уж разоблачения после ареста не состоялось, то ты не стала делиться информацией со своей стаей, да? И хочешь торговаться сама.

Разоблачение не состоялось, потому что мы тупо не успели докрутить комбинацию и вычислить место.

Но ему то об этом знать не обязательно.

— Хочу…

Действительно хочу!

— Для себя просить будешь или за них?

Перебираю неопределенно в воздухе пальцами.

— Просить — не совсем верное слово.

Сухо смеется.

— А всё-таки я в тебе не ошибся. Ты не часть стаи. Ты такая же как я. Амбициозная эгоистичная хищница. Которой Зольниковы надели ошейник.

— Может быть…

— Зачем тебе этот собрёнок? Хотела продвинуться за счёт его дядьки? И просчиталась… Бывает.

Обходит меня снова склоняясь к моему уху.

— Я могу дать тебе всё. Ты возглавишь отдел. Я подарю тебе роту бравых собрят, трахай пачками! Я могу дать тебе панель управления от моей сети. Туда входят очень влиятельные персоны страны… У тебя будет власть… У тебя будет безнаказанность… У тебя буду я! Просто, играй на моей стороне. Я даже спущу на тормозах дело твоих Зольниковых. Выведу из структуры, но никого не посажу. Ты хотя бы осознаешь масштаб, на который я могу тебя вывести? Мы наденем генералов на пальцы как перчатки… Не Зольников будет приказывать тебе, а ты ему! Как я сейчас приказываю вашему генералу, не отвечать на его запросы.

Ах, как бомбезно!

Знал бы ты Ванечка, от каких высот я отказываюсь ради тебя, — хочется истерично постебаться мне.

— Сколько людей хотят Вас убить?

— Ха… Это не важно. Убить меня, это — убить себя. Они будут меня защищать, чтобы после моей смерти не всплыли обличающие их факты. Я заряжен… Они молятся, чтобы я жил.

— Вы — “Чарльз Магнуссен”.[2]

— О, да.

Но на Лазарева компромата ты не нашел. И создать его не получилось, да? Честный был подполковник. И ты похитил его… дочь?