Магическая ярость - Мэг Сюэмэй Икс

Мерфи наблюдал за происходящим ничего не выражающими глазами. Другие ученики прекратили парировать, чтобы понаблюдать за драмой, разворачивающейся между мной и Деметрой, их рьяные взгляды говорили о том, что они жаждут пролить мою кровь.

Нэт и Елена стиснули зубы, но они уважали то, что я могу справиться с этим.

Мари покачала головой и скрестила руки на груди, ожидая, неизбежного хаоса.

— Мусор, дорогая? — Спросила я, насмешливая улыбка появилась на моих губах и заплясала в глазах. — Тебя бесконечно раздражает, что ты пыталась вцепиться своими грязными богатыми когтями в Полубогов, но этот мусор стоит у тебя на пути и не дает тебе забраться в их постели и завести от них тайно детей? Неплохая попытка броситься на них, но даже мальчик-пловец не поднимал на тебя взгляда больше чем на полсекунды. Мне жаль, что тебе придется остаться Одной — восьмой.

Нэт громко усмехнулся, Елена захихикала, и некоторые студенты присоединились к хихиканью. Не все были на стороне Деметры, даже если никто не хотел перечить ей и ее компании, кроме моего отряда и меня.

Мерфи не остановил нас, даже после его заявлений о том, что он был сторонником дисциплины. Он, вероятно, давно так не веселился, и эта мыльная опера, казалось, очаровала его. Но он бросил быстрый взгляд на Акселя, который все еще стоял в углу, мысленно разговаривая со своими кузенами, спиной к нам.

— Пошла ты, грязная шлюха! — Закричала Деметра и замахнулась мечом на мою шею.

Одна — восьмая была злой до мозга костей, но обычно она не ругалась. Возможно, я задела за живое.

— Спасибо, но нет, — сказала я, пригибаясь и поднимая меч, чтобы блокировать ее. — Меня не интересуют цыпочки, и уж точно не претенциозные стервы вроде тебя.

Патриция направила свой меч в мою сторону. Они поняла, что меня лучше не зажимать в сэндвич, поэтому атаковала со стороны. Ни одна из них не видела, как я владею оружием. Они думали, что я та самая Мэриголд, с которой их друг Джек однажды жестоко обошелся и избил почти до смерти.

Я развернулась и нырнула влево, чтобы избежать удара Патриции. Прежде чем ее меч успел последовать за мной, я ударила ее ногой в челюсть. Кости хрустнули, и брюнетка упала ничком.

— Упс, — сказала я. — Виновата. Я не ожидала, что нокаутирую тебя так быстро, но я устала, поэтому в данный момент не полностью контролирую ситуацию. Я действительно предлагаю тебе дать имя Патриция кому-нибудь другому. Патриция — благородное имя, но оно тебе не подходит. Последний человек, который не прислушался к моему совету, в итоге умер.

Я повернулась обратно к Деметре.

— Эта дрянь слишком устала, чтобы флиртовать, так что мне придется прервать наше веселье, — Я дружелюбно оглядела толпу. — Если все не против.

— Я совершенно не против, — сказал Нэт, повторив мою улыбку.

— Вынеси настоящий мусор, Мэриголд, — крикнула Елена. — Здесь воняет.

Я указала на них двумя пальцами.

— Нам нужно больше таких хороших солдат, как ты.

Я взмахнула мечом в сторону Деметры, и она заблокировала удар именно так, как я и ожидала. Я повернула свое оружие и проскользила по ее, и, прежде чем она успела моргнуть, я обезоружила ее. Она нырнула за своим мечом, но я наступила на него. Она замахнулась на меня ногой, и я пнула ее прямо в лицо. Она откинула голову назад и упала навзничь.

Руны Крови богов усиливали силу каждого посвященного. Со мной этого не произошло. Но это сломало печать, сдерживающую мои истинные способности.

Теперь я была сильна, как Полубог.

У Одной — восьмой не было ни единого шанса.

Я поставила ногу ей на грудь и приставила кончик своего деревянного меча к ее мягкому горлу.

Елена прыгала вверх-вниз, хлопая в ладоши, что не подобало будущему солдату Доминиона, но в тот момент она была вне себя.

— У меня к тебе вопрос, Одна — восьмая, — сказала я. — Возможно, они и выпустили тебя из камеры, но я не думаю, что у тебя настолько чистые руки. Ты отправила свою мертвую подругу Бритни делать за тебя грязную работу?

— Ты заплатишь, — сказала она с черной ненавистью. — Я бы хотела, чтобы ты умерла вместо нее.

— Хватит, — сказал Мерфи. — Мой класс — не цирк.

Верно, он пришел на шоу и ему все понравилось.

Внезапно ядовитые лозы вырвались из Деметры быстрее молнии и обвились вокруг моей шеи. Они сомкнулись вокруг моего горла, шипы вонзились в мою плоть.

Мои глаза закатились, когда воздух перестал поступать в мои легкие, а яд парализовал меня.

— Чертова сука! — Закричала Елена, швыряя свой ледяной поток в Деметру, игнорируя предупреждение инструктора о том, чтобы она отступила.

Руки Нэта превратились в лезвия, когда он отчаянно перерубал протянутые лианы.

— Деметра, убери их прямо сейчас! — Закричала Мари, подбегая к нам.

Я упала на колени, из моей шеи сочилась кровь.

Деметра убрала свою силу, но лианы не отпускали меня.

Она широко раскрыла глаза.

— Я не могу. Это вне моего контроля.

Все бросились ко мне одновременно, в то время как виноградные лозы, не похожие ни на какие растения, с которыми я сталкивалась, продолжали душить меня, как будто у них была собственная воля и они пометили меня как врага.

Я поняла. Я не была Олимпийцем. Я была Титаном, одним из бессмертных врагов Олимпийцев, так что каким-то образом сила, унаследованная Деметрой от богини Деметры, распознала, кто я такая.

Но тогда как Полубогов могло привлечь ко мне, когда я была наполовину Титаном, наполовину демоницей? Может быть, наша связь была за пределами замыслов Вселенной, за пределами нашего рождения?

Я беззвучно зашипела.

Нахуй все.

У меня было больше силы, чем у любого Олимпийца. Вероятно, мне пришло время признать свое Титаническое наследие, если я когда-нибудь хочу дать отпор всем своим врагам.

Я призвала свою силу, и из меня вырвалось невидимое пламя.

Я чуть не заплакала от радости. Мне удалось скрыть свое пламя, так что никто не смог обнаружить источник моей силы. Мое пламя испепелило виноградные лозы вокруг моей шеи, и они превратились в пепел и осыпались с моей кожи.

Деметра закричала, когда я сожгла ее источник энергии.

— Остановись, Мэриголд! — Мерфи уставился на меня в шоке. Он не ожидал, что я так изменю ситуацию. — Какую силу ты использовала?

Все произошло так быстро. Но теперь Аксель добрался до нас.

— Что за хрень? — Он взревел. —