Магическая ярость - Мэг Сюэмэй Икс

И моя божественная часть была такой же кровожадной, как и моя демоническая часть.

Мои глаза вернулись к Богу Войны, который пробирался сквозь кровь, текущую рекой. Яркий солнечный свет отражался от его металлических доспехов и заставлял кровь блестеть.

Мой взгляд пронзал его сущность.

Он не знал ни добра, ни зла. Война была всем, что его волновало.

С древних времен, когда была сформирована первая вселенная, и с тех пор, как он родился, он был на войне.

Он уничтожил бесчисленное множество миров в других вселенных, прежде чем пришел на Землю.

В отличие от Полубогов, которые были верны своей миссии и несли бремя защиты Земли, Бог Войны не заботился о человечестве или любом другом живом существе.

Его природой было разрушать. В разрушении он обрел славу.

На этот раз, когда он вернулся на Землю, он выдавал себя за супергероя, спасителя землян, защитника и правителя своей половины Земли, купающегося в поклонении смертных. Но это именно он был причиной Великого Слияния. Он помог Люциферу сломать печать и перенести Ад на другую половину планеты, чтобы он мог начать войну с дьяволом.

Он глубоко скрывал это от Полубогов. Мне нужно было рассказать им о грязной сделке между Богом и Дьяволом.

Огненные глаза Ареса метнулись ко мне, и сила ударила мне в грудь, выбрасывая меня из его головы, его воспоминаний и его видения.

— Печенька.

— Ягненок.

— Бутончик.

— Лютик.

Полубоги выкрикивали мое имя, когда я покачнулась, из моего носа потекли две струйки крови, но мой шаткий шар малинового света все еще висел над моими друзьями и другими учениками.

— Убери свое Сияние, Арес! — Взревел Гектор.

— Брось это, отец! — Закричал Аксель. — Продолжай причинять боль моей паре, и ты сделаешь из меня врага.

Небесный свет отступил, и воздух вернулся в комнату.

Несколько студентов упали в обморок, но они будут жить.

Мой взгляд нашел Нэта, Елену и Мари, и с моих губ сорвался прерывистый вздох облегчения. Они кивали мне с благодарностью, благоговением и страхом, зная, что я защитила их от резни Бога Войны, но их напряженный язык тела показывал, что они боялись, что безжалостный Бог выкинет еще один трюк.

Мое сердце сжалось от гнева и вины. Если бы не я, они бы вообще не оказались в такой ситуации.

Мари вытащила из-за пояса портативную рацию и вызвала целителей для студентов.

Арес ухмыльнулся разъяренным Полубогам и мне, как будто ничего не случилось, и он только что вернулся с прогулки по парку.

— Мэриголд не твоя пара, поскольку я этого не одобряю, — сказал Бог, безумная одержимость горела в его глазах. — Она не пара ни одному из вас. А вот я только что нашел достойного партнера. В этом скучном столетие наконец-то появились искры.

Он подмигнул мне.

— Увидимся, моя свирепая львица.

Он исчез прежде, чем у Полубогов появился шанс броситься и атаковать его. Вслед за ним в воздухе зазвучала боевая песня.

Я уткнулась лицом в грудь Гектора, когда холод пробрал меня до костей.

Бог Войны отметил меня как объект своего вожделения. Он устранил бы любое препятствие, чтобы заполучить меня, и мои Полубоги стоят у него на пути.

Глава

10

__________________

Нам повезло, что Бог Войны не знал о моей силе, когда мой щит устоял перед его Сиянием. Он разлетелся бы вдребезги за считанные секунды, если бы я не восстановила свою силу.

Полубоги напряглись до предела, чтобы защитить меня. Я чувствовала их истощение. Напряжение не покидало их, даже несмотря на то, что Бог ушел.

Мы не всегда могли рассчитывать на удачу.

Арес скоро придет ко мне.

Я отбросила эту мрачную мысль и поспешила к своим друзьям.

Прибыли целители. Они проверяли учеников, но мне нужно было лично убедиться, что с моими друзьями все в порядке.

Гектор оттащил меня назад.

— Я должна позаботиться о своих друзьях, — прорычала я.

— Сначала ты, — сказал Полубог Смерти. — Сначала нам нужно тебя осмотреть.

— Я ценю это, — сказала я, — но ты не можешь всегда относиться ко мне как к хрупкому стеклу.

Гектор достал носовой платок и вытер кровь у меня из под носа.

— Это было просто кровотечение из носа, — проворчала я.

Полубоги проигнорировали мои протесты и начали осматривать меня, ощупывая руками мое тело. Это было неподходящее место, чтобы испытывать удовольствие, когда они прикасались ко мне, но мое тело, казалось, было их инструментом в любой обстановке. Их прикосновения были подобны песне огня в моих венах, воспламеняющей меня.

Я выгнула спину и подавила стоны.

— Тебе скоро нужно будет покормиться, Лютик, — сказал Пакстон, как будто он был самым мудрым.

— Я не буду кормиться от всех вас сегодня, — пробормотала я. — Вы все измотаны, а я не гребаный вампир.

— У нас все будет хорошо, Печенька, — сказал Аксель, пытаясь скрыть усталость и затаенный гнев в своем голосе.

— Урок закончен, — объявил Зак ученикам, прежде чем устремить на меня обеспокоенный взгляд, в его серебристых глазах метались молнии.

Отчужденный Полубог Неба исчез с тех пор, как встретил меня, его заменил этот теплый, внимательный и уравновешенный Полубог.

— Давайте заберем отсюда Бутончик, — приказал он.

— Подождите! — Я закричала.

Я оттолкнула их, прежде чем они схватили меня и телепортировали. — Я сказала, что мне нужно увидеть своих друзей. Это не займет много времени.

— Позвольте ей, — сказал Пакстон. — Нам нужно перестать навязывать ей свою волю, думая, что мы знаем лучше. Позвольте ей заниматься своими делами и относитесь к ней как к равной. К этому нужно привыкнуть, но если мы быстро не адаптируемся, мы просто оттолкнем ее.

— Ты последний мужчина на Земле, который должен давать советы по отношениям, — фыркнул Аксель, но отпустил меня.

Все Полубоги отступили, чтобы дать мне пространство и позволить мне заниматься своими делами, как предложил Пакстон.

— Поторопись, Ягненок, — крикнул мне вслед Гектор. — Нам нужно отвести тебя в безопасное место.

Я вздохнула. Им потребовалось бы много времени, чтобы избавиться от некоторых своих сверхзащитных и собственнических черт и привычек.

Я подскочила к Нэту и Елене. Они дрожали, как и другие ученики. Два целителя использовали магию, чтобы исцелить студентов, которые пострадали больше всего. Первокурсница, которая делила общежитие со мной и Еленой, не двигалась, а один из членов компании Деметры плакал.

Плач считался фатальной слабостью в рядах Доминионов. Они могли бы выгнать девушку из Академии после такого эпизода, несмотря на то, что это была вина Бога. Я не знала, завидовать мне или жалеть ее.

Я обняла Нэта и Елену.