Укрощение строптивой, или Роковая ночь, изменившая жизнь - Юлия Шилова

До травмпункта доехали молча. Мне вообще было намногоспокойнее, когда он молчал. Все равно ничего умного сказать не мог. В кабинетемне вкололи в ногу новокаин и зашили рану. Выпив обезболивающее, я почувствоваласебя немного лучше. Валентин ждал в коридоре. Я открыла дверь и пристальнопосмотрела на него.

– Ты скоро? – спросил он.

– Минут через пятнадцать. Еще рентген хотят сделать.

– А это зачем?

– Говорят, что очень сильно повреждены какие-то ткани.В общем, надо выяснить все сразу, чтобы не было никаких последствий.

Валентин сделал озадаченное лицо и произнес:

– Ты давай не шути, делай все как положено.

– Спасибо за отеческую заботу.

– Может, я там нужен?

– Нет, здесь уж как-нибудь без тебя.

– Валя, смотри, может, там заплатить надо, у меня баксыс собой. Предложи им, чтобы все по уму сделали.

– Пока не надо. Короче, ты здесь сиди и жди меня.Только не вздумай никуда уходить. Пять утра, кругом ни души. Не вздумай менябросать на произвол судьбы. Я в такое время одна по улицам шарахаться непривыкла.

– Да куда я без тебя поеду? Скажешь тоже! Вместеприехали, вместе и уедем. Тем более что ты из-за меня пострадала. Приедем,Себастьяна похороним… – тоскливым голосом произнес Валентин. Было видно,что он очень страдает из-за смерти своей собаки. От этой потери ему тяжелодержать себя в руках.

– Ладно, я пошла на рентген. Не убивайся так сильно,твой Себастьян еще тот сукин сын. Собаке собачья смерть, – улыбнулась я изакрыла дверь в кабинет.

Дальше все шло по четко продуманной схеме, которая возниклав моей голове по дороге сюда. Я пожаловалась врачу, что боль нисколько неутихает, и попросила сделать мне укол от бешенства, так как собака, скореевсего, бешеная, и если мне вовремя не провести лечение, исход может быть несамый положительный. Врач озадаченно на меня посмотрел и отправился будитьмедсестру. Как только за ним закрылась дверь, я открыла окно и выпрыгнула наулицу. Боли не чувствовала, правда, ходить было трудновато, не разбежишься,придется хромать. Прохромав мимо машины Валентина, я перешла на другую сторонудороги и стала ловить попутку. Только бы кто проехал, иначе вернется врач, иВалентин выбежит меня искать. К моему счастью, приближался пустой автобус. Явыскочила на дорогу и стала махать рукой.

Автобус резко затормозил. Из окна на меня смотрел пожилоймужичок в какой-то нелепой кепке.

– Я в парк, – улыбнулся он.

– Поехали, – махнула рукой я. Автобус тронулся, ия наконец смогла спокойно вздохнуть.

– Что с ногой? – спросил мужичок.

– Рваная рана, собака набросилась.

– Во дела! – присвистнул водитель. – А собакеза это хоть что-нибудь было?

– Убили.

– Правильно. А то совсем оборзели…

Я почувствовала прилив энергии. Как здорово, что я все-такиотделалась от этого придурка. Жизнь сразу показалась не такой уж плохой. Воттолько домой ехать нельзя, там могут быть гости. К Златке тоже не подашься,потому что она ночует у Грача. Нет, все-таки нужно ехать домой. Пугатького-нибудь из своих знакомых не хочется. Выгляжу я не самым лучшим образом, даеще с такой ногой. Единственное желание – это крепко уснуть. Закроюсь навнутренний замок, тогда уж точно никто не откроет. А вообще, по-хорошему, нужнобудет заняться дверями, чтобы больше не было никаких непрошеных гостей.

– Послушай, довези до дома, а после в парк поедешь.Нельзя мне с такой ногой много ходить.

– Не могу. Я всю ночь пахал. Домой пора.

Я полезла в карман, достала сторублевую купюру и протянулаее водиле. Он с интересом посмотрел на деньги, затем сунул в карман и радостнопроизнес:

– С этого и надо было начинать. Сама знаешь, времясейчас тяжелое, за бесплатно никто ничего не делает.

– Знаю.

Через полчаса я уже зашла в квартиру и, не включая света,закрылась на все внутренние запоры. Затем доплелась до кровати и упала. Думатьи вспоминать события вчерашнего дня просто не было сил.