Сумасшедшие - Вика Ром

— Как все мои женщины до нее. Она хорошая. Разрешила мне Мишу на картинг водить.

— Это не опасно?!

— Ему восемь, она слишком много с ним возится.

Они оба замолкли.

— Ты тоже хороший, — сказала наконец Вика.

Она подалась в сторону Жени, но он не шевельнулся. Тем не менее она чмокнула его в щеку на прощание.

Драка

Снежная каша уже успела чуть подмерзнуть, так что Вика пошла к подъезду довольно медленно. Раздался шум колес, но не автомобиля Жени. Вика встала, чтобы пропустить черный «Лендкрузер». Машина вдруг затормозила, дверь пассажирского места открылась, и Вика в ужасе застыла, когда увидела Диму. Он стоял и гипнотизировал ее взглядом.

— Сама сдрейфила прийти? Передала кольцо с этой жирной коровой.

По тому как сердито глядел Дима и как обозвал Дашу, Вика поняла, что надо срочно бежать домой. Дима обошел «Лендкрузер» и встал в свете фар в трех шагах.

— А че твой мужик не выйдет сюда? Боится?

Вика обернулась к «Митсубиси», потом снова к Диме. Ощущение злобы накатило на нее при мысли, что Женя подумает, будто она нарочно устроила приезд Димы. За спиной раздался шум закрываемой двери.

— В чем дело? Он пристает к тебе?

Рука Жени легла ей на плечо. Дима набычился.

— Опа. Это кто такой? Где тот махровый лузер? — Дима надменно ухмыляясь, уставился на Вику.

— А ты кто такой? — спросил Женя.

Но Дима проигнорировал вопрос. Он мотнул головой, запустил пятерню в черные волосы, чтобы убрать их со лба. Вика рассердилась.

— Что тебе надо? Кольцо я отдала. Что еще нужно? — Она посмотрела на Диму с опаской, чувствуя, что он все больше заводится.

— Я спрашиваю, кто это?!

Женя сделал шаг вперед, закрыв Вику спиной и пихнул парня в плечо.

— Тебе какое дело! Вали!

В следующее мгновение все случилось так быстро, что Вика не успела опомниться. Со словами «порву обоих» Дима кинулся на Женю, и попытался схватить за грудки. Женя отступил назад и нечаянно толкнул Вику, отчего она упала.

Дима оказался проворней и ловчее. С гулким грохотом он ударил Женю спиной о капот. Схватил за шею, держа на вытянутых руках, и попытался придушить.

— Хватит! — истошно закричала Вика.

Но тут Женя ударил Диму по локтям, освободился от захвата. Он сгреб Диму за куртку, развернул к автомобилю и занес сжатую в кулак правую руку, целясь в лицо, как вдруг Вика повисла у Жени на плече.

— Женя, нет! Его отец мент!

Все трое вдруг замерли, тяжело и быстро дыша.

— Давай! Бей! — с вызовом крикнул Дима Жене в лицо.

Но выражение ярости на лице Жени вдруг сменилось на презрение. Он ослабил хватку, толкнул Диму, и он задницей шлепнулся на тротуар.

— Мажор, — сплюнул Женя.

Дима в бешенстве подскочил на ноги, но Вика перегородила ему путь.

— Хватит! Все кончено!

— Да, Дима, езжай. Не у тебя одного в машине регистратор стоит, — пригрозил Женя.

Сопя в обе ноздри Дима, как бешеный бык, еще несколько секунд нависал над Викой, сверля ее глазами, и наконец сдался. Вика поглядела вслед отъезжающему автомобилю без сожаления. От пережитого испуга две крупные слезы скатились по ее щекам.

— Тише, тише. Все обошлось, — спохватился Женя. — Пойдем, ну же, давай. Какая у тебя квартира?

— Десятая.

В квартире Вика почувствовала боль в колене. Она сняла испачканное слякотью куртку, повесила в шкаф прихожей и оглядела ногу. Капроновые колготки расползлись, а из ссадины сочилась кровь. Женя нагнулся к ней.

— Это ты из-за меня так! Ах ты черт!

— Вообще-то это он тебя толкнул. Да ладно, тут не сильно.

— Ты еще и руку ободрала, — сказал Женя, когда взял ее за запястье.

— Женя! Мне так страшно! Его отец работает в прокуратуре. Он однажды уже разобрался так с каким-то парнем. Не поделили что-то.

Женя обдумал ее слова.

— Ясно. Ну что там, он же первый кинулся. Хорошо, что ты меня остановила. Я бы ему нос точно сломал. — Он ухмыльнулся. — Признаться, на секунду мне показалось, что ты бросилась его защищать.

— Скажешь тоже! — сердитым тоном ответила Вика.

Она закрыла глаза, ее слегка трясло. Женя по-прежнему держал ее за руку.

— Хочешь, я останусь, пока не успокоишься.

Она благодарно кивнула.

Решение Жени

Когда Вика вышла из душа в привычной маечке и шортах, Женя наливал горячий чай на кухне.

— Пойдем в зал? Тут тесно.

— Квартира Дашкиной бабушки, — объяснила Вика. Осторожно ступая, она дошла до дивана и села. — Бабуля в Сочи живет, у Дашкиной старшей сестры в доме. Оставила вот внучке квартиру. Мы ее весь год конфетами задаривали, да денежки совали.

Женя поставил кружки на столик и сел рядом, а Вика почувствовала знакомый аромат его парфюма. Сердце ее сжалось от тоски.

Он облокотился о колени и потер ладони.

— Значит, ты не сняла тогда квартиру?

— Нет. — Вика стыдливо улыбнулась. Ей показалось, что Женя ждет объяснений. — Я у бывшего жила. Сразу, как ушла. Попросила пустить по-дружески. А потом этот психопат стал приезжать, он бы Лешку убил. Я тогда к Даше переехала. А твои деньги на учебу потратила. Я же в мед на заочку поступила.

Женя с любопытством посмотрел на нее. Она заметила и поспешила ухватиться за это.

— Так что я учусь. Вот. А еще меня в «Летуаль» на работу взяли. — Она посмотрела на Женины руки. Ей захотелось сказать, что она по ним тоскует. — Часы новые купил? Классные.

— Сын подарил. — Он поглядел себе на запястье. — Следит, чтобы я не отставал от молодых.

В другой раз Вика засмеялась бы, но теперь насупилась. Она пожалела. что смеялась над их разницей в возрасте.

— Что, кстати, он на кого учится? Мы с ним коллеги будем?

— Он хочет стать хирургом, если есть способности.

Они замолчали. Женя не выдержал и дотронулся до Викиного колена. Это стало для нее сигналом.

— Прости меня, — сказала она. — Ты действительно хорошо относился ко мне. — Она ненадолго умолкла, ведь решиться сказать, что любит Женю, не могла. Равнодушному человеку нет дела до чьих-либо чувств. — Скажи, ты еще любишь меня или уже нет?

Женя вскинул на нее глаза, и быстро отвернулся, посмотрел на руки.

— Мне надо вымыть руки, — сказал он. — А то я до сих пор чувствую запах этого засранца.

Вика взглядом проводила его до двери ванной, затем уткнулась лбом в ладони. Да, она заигралась. Женя это не второй Дима. Все серьезно. Он ее не простит. Допрыгалась, киса…

Часы на стене над телевизором показывали без четверти десять.