Приговоренный жених - Александр Евгениевич Владыкин

Из-за чего и кто бился? Я так и не смог понять до конца все местные расклады. Одно точно — в основном сторонники Изабеллы против пока еще не разбежавшихся окончательно дворян из свиты принца. Ну, а под сурдинку и другие свои личные отношения выяснять начали. В общем, кот (в смысле король) из дома — мыши в пляс!

А про меня на это время все просто забыли. Дамы обсуждали дуэли и старались не пропустить ни одного кровавого зрелища, а для дворян я никакого интереса не представлял. Победа над бароном Бьорном славы мне не принесла — все согласились, что тот сам на шпагу напоролся, а сражаться с убогим (это со мной, если кто не понял) только свою честь ронять. Да и страшновато — как-никак шурин короля. А того пусть сейчас и нет на месте, но скоро вернется. И есть опасения, что в самом скверном настроении.

Да, так вот. Дамы, повторюсь, меня тоже оставили в покое. То ли эта графиня ДеВержи все-таки распустила про меня какие-нибудь слухи, резко уменьшившие мою популярность у противоположного пола, то ли каждая из них билась за право ночью «вознаградить» победителя очередной дуэли. Не последнюю роль сыграло и постоянное мое сопровождение в лице приближенной служанки госпожи герцогини Юмской Мельбы, которая везде следовала за мной, как привязанная. Сказала, что так ей Изабелла перед отъездом приказала. Думаю, что врала. Но я не возражал. Эта милая девушка смогла прекрасно сыграть роль огнедышащего дракона, охраняющего сокровище его госпожи.

Ночью она тоже не отлынивала от своих обязанностей. Охраняла меня со всей страстью, на какую была способна. А она оказалась очень способной. Училась от меня всему с первого же раза. Хорошие две ночи я с ней после той нашей первой провел. Будет возможность, и еще не откажусь.

Что уж теперь… Коготок увяз, всей птичке пропасть. Это я о своей измене моей полужене и потенциальной убийце. Кроме того, каюсь, подумал я и о том, что нежные чувства служанки Изабеллы ко мне очень даже могут пригодиться. Глядишь, предупредит о каких-нибудь коварных замыслах против меня. Или яд в бокале заменит на что-нибудь безвредное. В общем, не помешает мне такая связь.

Если когда-нибудь еще увижу. И женушку мою разлюбезную, и Мельбу. Вот ведь какой неожиданный поворот получился!

На третий день к обеду вернулся король. С королевой, но без принца и Изабеллы. Мрачнее тучи. Придворные прижали уши и попрятались. Я тоже засел в своих покоях, а Мелли усвистела на разведку. Вернулась грустная и едва сдерживая слезы.

Изабеллу король отправил в монастырь — подумать о своем поведении в тишине. Служанке предстоит сегодня же отправиться вслед за ней, так как монастырская тишина — это, конечно, полезно, но без служанки под рукой герцогиня даже этим в полной мере насладиться не сможет. В общем, час на сборы и вперед! Принц пока заперт в своих покоях в загородном дворце. Видимо, чтобы здесь не отсвечивал, пока Конрад Третий будет политический кризис разруливать и вспыхнувшие страсти гасить. При помощи палача. А что? Самый надежный способ.

Вернут ли мне мою полужену, никто не знает. Король на эту тему молчит, как партизан. Предполагаю, что и сам еще не решил, как лучше поступить. Бучу она, тут не поспоришь, устроила изрядную. Но ведь другой дочери у него вроде бы нет, а сын получился не ахти. Тут начнешь репу чесать.

И что меня во всей этой начавшейся катавасии ждет, предсказать невозможно. Первую ночь в этом мире провожу один. Сижу, думаю, спать не хочется.

— Экая же ты все-таки сволочь, Огюст, — нечаянно вслух произнес я, по известной традиции пытаясь найти виновного в собственных проблемах. — Где ты, родоначальник недоделанный? Иди сюда! Подскажи, как быть!

И он пришел. Вышел из стены не тенью, каким я его видел во время нашей первой и до этого момента единственной встречи, а вполне себе таким нормальным (если это, вообще, нормально) призраком. Старикан, невысокий, в камзоле почти похоронной «юмской» расцветки. Морда раздраженная.

— Ну? — сварливо произнес он. — Позвал, так чего теперь вылупился? Прибить бы тебя, да жалко.

Посмотрев на гостя, которого я, сам того не желая, позвал, я прочитал на его лице, что ему меня ни разу не жалко и что он меня, как он выразился, не задумываясь, прибил бы, если бы мог. Но, видимо, не может. И еще, догадался я, каким-то образом он должен мне, если и не подчиняться, то, по крайней мере, являться по моему вызову.

— Не звал я тебя, — ответил я. — И место твое занимать не хотел. Так получилось. Нечаянно.

— Нечаянно, — передразнил меня мерзкий старикашка, но сразу смягчился, сменив тон. — Раз нечаянно, то давай думать, как все это исправить. Это тело ты мне, я так подозреваю, не уступишь, — он хитро глянул на меня. — Так и думал. Тогда предлагаю договор. Я тебе помогаю выжить, стать сильнейшим магом, получить все, что только захочешь. Власть, деньги, женщин. А ты мне подберешь тело. То, на какое я тебе укажу. И без споров. Под клятву.

Чем-то мне его вкрадчивый голос и хитрое выражение лица не понравились. Обмануть, явно, пытается. Так. Стоп. Что там Родрик говорил про ритуал возвращение в этот мир Огюста? Нужно тело, в котором есть его кровь как родоначальника. А кто у нас с этой кровью сейчас есть? Я и Родрик. А еще кто-то есть? И он мне что? Убить дядюшку, который, конечно, та еще тварь, предлагает?

— Нет. Родрик не подойдет, — как будто прочитав мои мысли, произнес призрак. — Он священнослужитель, его благодать защищает. Не примет его оболочка меня. Но есть и другие способы. Только для этого нужно в проклятые земли идти. Впрочем, тебе и так туда дорога. Если, конечно, хочешь великим магом стать.

И тут у меня закралось подозрение, которое тут же переросло в уверенность, что этот Огюст был отнюдь не светлым магом, а самым что ни на есть темным, которых теперь инквизиция по первому же подозрению без лишних разговоров отправляет на очищающий костер. Насколько эта процедура очищает, не знаю, но то, что приводит к смерти очищаемого, — не вызывает никаких сомнений.

— Да, и ты тоже, как только инициируешься, будешь считаться темным магом, — опять угадал мои мысли по выражению моего лица Огюст. Или он еще и менталист? Читал