Страсти у вулкана - Элен Алекс

Тут были представители администрации, счастливые родители и одна шумная городская музыкальная группа, которая много лет подряд пыталась прославиться на весь мир. Были парни с местной телестудии, которые запечатлели для истории, как платья этого года более раскованно подчеркивали достоинства фигур новых выпускниц.

Были представители разных городских клубов и обществ, которым не терпелось напутствовать нас во взрослую жизнь избитыми фразами об ответственности, моральных аспектах и духовных изысканиях. Через некоторое время после начала бала в большом зале школы появился человек немного похожий на Марка Роснана.

Девицы из нашего класса утонченно прогуливались по большому залу в своих воздушных нарядах и обменивались важными последними новостями. Все были в крайнем возбуждении от того, что все эти истории со школьной жизнью вот-вот уже закончатся и завтра нам нужно будет все жизни начинать с чистого листа.

— А вы слышали, что племянник Гельхиадихи по утрам купается в заколдованной заводи Гельхиадихи? — томно спрашивала всех толстая Люси Надсен.

— Конечно, он там купается, ведь он же племянник Гельхиадихи, — вызывающе отвечали ей мы с Миной.

Человек, похожий на Марка Роснана, не давал покоя, нас как магнитом тянуло посмотреть в его сторону. Он разговаривал с представителями администрации города. Представители администрации были рады его видеть.

А этот человек сдержанно отвечал на вопросы, было видно, что он в мыслях где-то очень далеко.

И тут я вспомнила одну теорию. В ней говорится о том, что все знания уже разлиты во вселенной, а заодно и в нашем внутреннем мире, то есть в подсознании. И существует некое число, не помню, как оно называется. Но когда какое-то знание, разлитое во вселенной, достигает этого числа в сознании определенного количества людей, то уже в следующее мгновение об этой новости начинают знать все.

Ученые даже опыты проводили: давали бананы обезьянам, живущим на каких-то там обезьяньих островах, и до какой-то обезьяны через время доходило, что если она помоет эти бананы в океане, то они будут гораздо вкуснее и привлекательнее. Соседние обезьяны наблюдали за этой обезьяной и начинали делать то же самое.

Но дальше — больше. Через какое-то время бананы начинали мыть все обезьяны, даже те, которые не видели, что их надо мыть. И на соседних островах обезьяны тоже начинали мыть свои бананы. И это знание пришло им в головы благодаря тому, что изначальная сумма знаний перевалила за упомянутое число и эти знания открылись у каждой обезьяны.

К чему я все так долго и нудно рассказываю? А к тому, что уже через некоторое время наша школа во все глаза смотрела на человека, похожего на Марка Роснана, и вся наша школа не могла больше ничего ни говорить, ни вообще что-то соображать.

Потому что нашу школу вдруг накрыло как волной одно знание. Знание, что человек, похожий на Марка Роснана, мог быть только Марком Роснаном и никем больше.

Я нашла взглядом Даниэль. В своем белом платье она была бела как смерть. Она смотрела на Марка Роснана и не могла пошевелиться.

Представители администрации не отпустили Марка Роснана просто так раствориться в толпе, а настояли, чтобы он произнес какую-нибудь нравоучительную речь. И Марк Роснан сказал нам, счастливым выпускникам, небольшую речь о том, что жить надо только по велению сердца, все поступки совершать только по совести и наслаждаться каждой секундой существования.

Мы не верили ушам, что слышим опять голос Марка Роснана. Наша школа разразилась оглушительными аплодисментами.

Да, воистину этот день сильно отличался от других дней: в наш город вернулся Марк Роснан.

А Марк Роснан закончил говорить и отошел в сторонку. Он стал искать глазами того человека, ради которого вернулся в город после столь долгого отсутствия и ради которого пришел сейчас в нашу школу.

Но чуть ли не впервые за историю всех школьных балов кто-то покинул свой прощальный школьный бал. Я даже в кино такого никогда не видела.

Так вот, Марк Роснан не нашел Даниэль, потому что она ушла из большого зала нашей школы и со своего прощального школьного бала.

Но Даниэль находилась в таких чувствах и в таком состоянии, что она не могла спокойно идти домой. Она пошла в ближайший бар.

И поэтому Марк Роснан нашел ее чуть позже в ближайшем баре.

В баре Даниэль выпила лишнее. Мир радостно расплывался у нее перед ее глазами, а на душе у нее было легко и пусто, когда к ней подошел Марк Роснан.

Перед Даниэль на стойке стояло несколько пустых бокалов.

— Привет, — просто и буднично сказал Марк Роснан.

— Именно так приходит в нашу жизнь счастье: осторожно, нежданно и неизвестно откуда, — пробормотала Даниэль.

Марк Роснан покачал головой.

— Знаешь, иногда мне кажется, что ты моя рука, которая постоянно болит.

— Вот когда покажется, что я ваше сердце, тогда и приходите, — сказала ему Даниэль.

— Ого, — сказал Марк Роснан, — а ты, оказывается, не такая пьяная.

— Я вообще не пьяная, — сказала Даниэль и чуть не упала со стула.

Марк Роснан помог ей не упасть. Он поймал ее в свои объятия и попытался посадить обратно на высокий стул.

А это было сделать не так-то просто, так как Даниэль находилась в таком состоянии, что абсолютно все было ей безразлично. И даже то, что в данный момент она находилась в объятиях самого Марка Роснана.

В конце концов Марк Роснан оставил попытки посадить Даниэль обратно на стул. Он привлек Даниэль к себе, просто так, по-отечески, и стал думать, что делать с ней дальше. Даниэль еле стояла на ногах, пока он думал. Марк Роснан погладил ее по голове и в задумчивости слегка коснулся ее волос губами. Даниэль ничего не поняла, не почувствовала и тем более не вспомнила об этом на следующий день.

— Я, конечно, тоже люблю тебя, — сказал Марк Роснан Даниэль, — но нам надо отвести тебя домой.

Даниэль держалась за стойку бара.

— Мы идем? — спросил Марк Роснан.

— Я пока не поняла, но сейчас что-то произошло, — сказала Даниэль.

— Что произошло? — не понял Марк Роснан.

— Что-то, чего я пока не поняла, — пояснила Даниэль. — Налейте мне еще мартини, — обратилась она к бармену.

— Этой девушке больше ничего не наливайте, — сказал бармену Марк Роснан.

— Эта девушка сама может решать, сколько ей пить, — ответил Марку Роснану бармен и стал наливать мартини в новый бокал.

Даниэль с вызовом посмотрела на Марка Роснана.

— Ну хорошо, — сказал он, вытащил из кармана брюк деньги и положил их на стойку.

А потом он взял Даниэль на руки и понес ее к выходу. Даниэль ахнула от неожиданности и обхватила руками его шею, чтобы не упасть.

— Отпустите меня немедленно! — спустя время возмутилась Даниэль.