Няня для олигарха - Элен Блио

Как и то, что почти всё его святое семейство сегодня утром лицезрело наш поцелуй!

Или… Это тоже было совсем не случайно?

— Ба?

— Что? Ну… меня выбесила эта его так называемая родня! Сначала пристали с расспросами, кто я такая! Да еще в таком тоне! Какая-то продавщица из магазина косметики будет у меня спрашивать кто я такая!

— Бабуль, она не продавщица, она…

— Знаю, это сейчас она мачеха Дюжева! Но помяни моё слово, если покопаться в прошлом… кандидатской там и не пахнет, докторской — если только колбасой! А у меня, слава Богу и то и другое в анамнезе. И докторская, как ты понимаешь, диссертация, а не изделие из мясных продуктов.

— Бабушка, ну ты же никогда не была снобом!

— Ты меня плохо знаешь! Когда надо я не то еще могу! И учти, я тебя тут в обиду не дам! Давай-ка, беги собирайся, за кольцом.

— За каким кольцом? — от шока я совсем позабыла, куда меня хотел отвести Дюжев! Чуть не прокололась!

— За таким! Помолвочным! И меньше чем на три карата не соглашайся! Утри нос этим куклам Барби!

Надежда Мефодьевна — глаз-алмаз! Тоже сразу усмотрела на чьи роли метят эти дамочки.

Три так три! Я была уверена, что Серкан Данилович меньше и не предложит.

Эх… жаль потом будет расставаться с такой красотой.

Ну, ничего, переживу. Главное, чтобы вопрос с моей дочуркой решился!

Чего я не ожидаю так это того, что помимо ювелирного Дюжев решит совершить рейд по всем остальным магазинам.

О, да. Шоппинг я, конечно, люблю, но это…

Глава 31

— Вот это кольцо мы возьмём, спасибо!

— Нет, подождите, Иван Данилович, я…

Я с ужасом смотрю на переливающегося монстра, хлопая глазами.

Мы не в обычном ювелирном магазине масс-маркета, естественно! Мы в закрытом кабинете в офисе владельца какого-то мегапопулярного ювелирного бренда для богатеньких, честно, я о таком и не слышала, да мне и не надо было.

Сам хозяин нас встретил и передал в руки своего лучшего менеджера — это он сам так сказал — элегантной дамы неопределенного возраста, то есть от двадцати пяти до пятидесяти. Косметология сейчас творит чудеса. Глядя на таких женщин, я с одной стороны с ужасом понимаю, что когда-то придётся пройти через всё это, с другой, надеюсь, что всё-таки моя генетика позволит сохранить мозги и не дать превратить себя в чудо-утку с пухлыми губами и втянутыми, острыми скулами.

— Оставите нас на минутку? — просит мой псевдо-жених богиню пластики и ювелирки. Она, улыбаясь удаляется, бросая нас наедине с сотней мерцающих бриллиантов, цену которых я даже представить не могу.

Не боится оставлять, потому что это же Дюжев! Неужели же он будет тырить камушки? Да и камеры тут везде.

Дюжев берет меня за плечи, поворачивая к себе. Говорит не громко.

— Так, во-первых, просто Иван или Ваня, запоминай! Можно и Ванечка, хотя лучше не нужно, ну и Ваня меня не сильно радует, Иван было бы оптимально.

— Еще инструкции будут?

— Что? — удивленно смотрит, потому что я ответила чересчур резким тоном.

— То! Инструкции, говорю, будут? Может, вообще выпустите документ, с должностными? Что бы глупая нянька, не дай боже чего-то не попутала?

Говорю с вызовом, гляжу так же. Ничего, Серкан Данилович, привыкай! Легче не будет.

Вообще, тяжело в учении — легко в бою!

— Марья…

— Что Ванечка, дорогой?

— Переигрываешь.

Точно. Уже эребор*.

— Простите.

Ладно, не буду сильно ёрничать, но обидно! Жениха не дали выбрать, так хоть кольцо!

— Подожди, скажи, что тебя не устраивает?

— Это! — говорю, протягивая руку, кажется пальцев не видно из-за несуразного, огромного камня. И я даже представить не могу сколько это стоит! Может, кому-то и нравится вот такой булыжник, но не мне точно!

— А что не так? Он… большой!

— И что? Вы хотите сразу спалиться?

— В смысле?

— Такой треш любимой женщине никто не подарит! Таким… я не знаю… от любовницы откупаются!

— Не знаю, к счастью, не приходилось откупаться от… не важно. И… что ты предлагаешь? Не покупать?

— Не покупать это недоразумение. А купить нормальное, красивое кольцо.

— Да? А как его найти?

Боже, не понимаю, что с ним? Его инопланетяне что ли похитили? Был же разумный мужчина. С чувством юмора, умный.

Видимо мой красноречивый взгляд заставляет Серкана Болатовича слегка зашевелить извилинами.

— Марусь, я идиот. Прости. Ты… ты можешь выбрать то, что тебе нравится? Ну… то, которое выбрала бы ты сама, если бы… если бы всё было по-настоящему?

— Если бы всё было по-настоящему мой жених сделал бы мне сюрприз.

— Какой?

— Ну… сначала бы, наверное, пытался узнать, что именно я люблю, что мне нравится, может, как-то через подруг бы поспрашивал, через бабушку.

— Так я же и пытался! — неожиданно выпаливает он. — Через… бабушку.

— И что она сказала?

— Сказала, что нормальная девушка меньше чем за четыре карата не пойдёт.

Ну, Надежда Мефодьевна! Ну, звезда! Неужели так и сказала? И зачем? Реально нос утереть куклам Барби? Так мы, вроде, и так утерли. Хотя цели себе такой не ставили.

Я же вообще няня! Какая из меня невеста олигарха? Я и не думала кому-то там что-то утирать…

Ох, блин! Во что же я всё-таки вляпалась?

— Иван Да… — снова пытаюсь произнести отчество, но вовремя торможу. — Иван, послушайте… послушай. Блин… я не смогу! Это так… непривычно, и вообще.

— Уж постарайся! Пожалуйста. Ну… на самом деле я понимаю, сначала будет сложно, просто… надо больше общаться, больше времени проводить вместе, гулять, разговаривать. И ты привыкнешь.

Ага! Легко ему говорить. Мы одновременно вздыхаем, смотрим друг на друга, улыбаемся.

— Марья, так что? Что с кольцом будем делать? Сама выберешь?

— А вашей Даше вы дарили кольцо? Ой… простите.

Понимаю, что допустила жуткую бестактность. Так не спрашивают, и вообще, зачем я лезу.

— Дарил, да… кстати, ей тоже не понравилось, пришлось поменять. — Он улыбается, словно вспоминает о чём-то светлом, хорошем. — Ты в этом на неё похожа. Она тоже ругала меня за размер. Сказала, что я как ворона, притянул самое огромное и блестящее.

— Ну вот… видите…

— Видишь, — он смотрит на меня как-то странно, с таким выражением лица… как будто я не фиктивная невеста, а самая настоящая, и он… он влюблен.

Нет, это… это, наверное, просто свет так падает. Или блеск бриллиантов меня вводит в заблуждение.

— Марусь, помоги мне, а? Я, правда, ничего в этом не понимаю.

— Давай попробуем вместе? А?

— Хорошо.

Мы склоняемся над столом, на