Великолепный выбор - Сьюзен Кросби

— Тебя беспокоит, как совет примет твои новшества?

— Признаюсь, да. Мне бы хотелось, чтобы меня воспринимали всерьез, а не как внука бывшего босса.

— Я бы тоже хотела посмотреть твой проект. — Она наклонилась через стол и угостила его муссом. — Я, наверное, не очень разбираюсь в твоем бизнесе, но могла бы дать совет с точки зрения потребителя.

— Если ты серьезно, пришлю тебе копию.

Он вытянул ногу. После долгого дня колено побаливало.

— Вероятно, нам надо возвращаться. К одиннадцати я должен быть в аэропорту.

— Как? А я думала, ты останешься у меня на ночь.

— Я прилетел с пилотом, Ариэль. Его жена ждет ребенка. Я обещал, что он будет дома вовремя.

Ариэль отвернулась. Куда делись ее гордость, сдержанность, стремление к независимости, наконец? Ей хотелось носить под сердцем его ребенка, хотелось, чтобы Люк был рядом… Всегда!

Откуда возникла подобная фантазия? Не в силах больше думать об этом, она встала.

— Тогда пойдем! Спасибо, Лукас. Сюрприз был прекрасен, — произнесла она, пытаясь казаться веселой.

— С тобой что-то происходит, Ариэль? — Он притянул ее к себе, пока она не прильнула к нему, обвив руками за талию. — Расскажи мне, позволь помочь тебе!

Ариэль крепко закрыла глаза. Она так устала! Кошмары вернулись. Каждый раз, когда звонил телефон или раздавался стук в дверь, она вздрагивала, ожидая какого-нибудь репортера. Сидя в машине, она смотрела в зеркало заднего вида чуть ли не чаще, чем на дорогу. Так не могло продолжаться дольше.

Она не хотела снова копаться в прошлом. Довольно! Этого ей хватило в детстве. Если бы провести с Люком хоть одну ночь. Одну ночь любви, а затем спать спокойно. Если бы она вышла за него замуж…

Нет. Что за глупая причина для замужества!

— Ты мне нужен, Лукас!

Люк сжал ее еще крепче. Он весь вечер боролся со своим желанием. Такое красивое лицо. И такое утомленное.

— Я не хотел, чтобы секс возобладал над нашими чувствами, — сказал он, сдаваясь.

— Я так хочу тебя! — простонала Ариэль, играя его галстуком.

Его рот напал на ее губы со сдержанной силой, которую раньше Люк скрывал и которая ей так нравилась.

— Я хотел бы отнести тебя в спальню, — хрипловато произнес он. — Но мое колено не выдержит.

Она приложила руку к его рту.

— Мне не нужны театральные жесты. Только искренность и честность. Твои глаза говорят мне больше, чем слова.

Ариэль со сладострастным предвкушением смотрела, как он раздевался, открыто восхищаясь его великолепной наготой.

— Теперь я могу к тебе прикоснуться? — спросила она.

— Я хотел этого весь вечер!

Переполненная вновь обретенной уверенностью, Ариэль опустилась над ним на колени, исследуя языком его тело. Ах, какое наслаждение ласкать его, наблюдать, как все больше и больше увеличивается в размерах его возбужденная плоть. Получить удовольствие, подняв его на самую вершину, и в последнюю секунду броситься вместе с ним в пропасть.

Резко вскрикнув, энергичным движением Люк схватил ее за плечи и распластал.

— Довольно, искусительница! Я больше не вынесу этой муки.

Его темные глаза сверкнули безумным блеском. С неистовой страстью Люк прижал руку к ее лону, проникая в жаркие глубины и доводя до экстаза.

— О, Лукас! — задыхалась она.

В исступлении он вошел в нее, потеряв над собой контроль. Комнату разорвал его страстный возглас. Сильные волны удовольствия накатывали, парализуя его…

Люк лежал, изнывая в сладостной неге. Он не предполагал, что секс может быть так всеобъемлющ. Он думал только о том, что хочет снова погрузиться в это безумство.

— Опять? — застонала Ариэль, чувствуя всем телом, как он напрягается.

— Жаль, что у меня нет времени. — Он поцеловал ее в лоб. — Я должен ехать.

Теперь она чувствовала гораздо большую уверенность в их отношениях. Ее тревожило, что в горах Люк занимался с ней любовью из сострадания. Но сегодня он хотел ее.

Одевшись, он сел рядом с ней на постели.

— Я останусь с тобой, пока ты не заснешь.

Ариэль поражалась его самообладанию, восхищалась и ненавидела.

— Поцелуй меня на прощанье!

Это был самый нежный поцелуй, которым он когда-либо удостаивал ее. Мягкое слияние губ возбуждало больше, чем самые откровенные ласки. Что-то другое было связано с этим нежным, прекрасным поцелуем, нечто большее, чем просто физическая потребность.

Откуда Люк знает, что ей сейчас так необходима именно нежность?

— Закрой глаза, дорогая.

Он продолжал гладить ее лоб, пока она не почувствовала, что движется, летит…

Зазвонил телефон. Ариэль, не глядя, взяла трубку.

— Я дома.

Она сонно моргнула.

— Лукас? Ты же только что был здесь.

— Я уехал пару часов назад. Вот видишь, как удобно было бы иметь меня под рукой!

— Спасибо, Лукас! Я никогда не встречала такого человека, как ты!

— Прекрасно, Ариэль! Встретимся после моего доклада. Нам надо кое-что обсудить.

— А вы очень настойчивы, мистер Уокер!

— Спрятав голову в песок, успеха не добьешься. Спокойной ночи, дорогая!