Муж на выпасе - Маргарита Южина

– Оля, а зачем заезжать? Я что, сам не покажу, что ли?

– Покажешь, конечно, но… я бы подняла цену. А то… ты ж у меня такой скромный, а дача… я сама видела – она хороших денег стоит.

– Я не продешевлю, – заверил ее Тимофей. – Отдыхай. После дачи заеду.

Ольга что-то пролепетала про свою любовь и отключила трубку. Она так старалась быть нетребовательной, старалась не давить… но почему же это так раздражало? Тим только сейчас понял, что первая любовь не есть хорошо… как говорила Анюта. Если б не сын… Эх, ч-черт!

Через час он уже прогуливался по своему участку, а за ним делегацией таскалась дотошная семейка покупателей.

– Скажите, а что у вас со светом? – интересовался крепенький мужичок – будущий хозяин. – Я вот никак не вижу, откуда провода-то тянутся?

– А вот это что, рябина? – глупенько интересовалась дородная перезрелая девица, по всей видимости дочурка.

– Это пихта, корейская… – сцепив зубы, пояснял Тимофей.

– Ну да, я это и хотела сказать…

– А что у нее с шишками? Есть шишки-то? – с видом знатока насупилась мамаша.

– Какие шишки? Она ж еще маленькая… – морщился Огрёв. – Вырастет… будут шишки… жена говорила, у нее шишки фиолетовые.

– Ну уж конечно! С чего они фиолетовые-то будут? – фыркал прыщавый подросток, который и вовсе на зелень смотрел, презрительно скривившись. – Па-ап! А вон там можно все на фиг вырубить и забабахать гараж, точно? Па-ап, ну чо молчишь-то?

– Отвянь! Сказал же – машину хрен дам! Сам зарабатывай!.. Пойдемте в дом, – уверенно распоряжался мужичок. – Чего тут на участке смотреть, все равно мы по-своему будем переделывать, а вот в доме…

У Тимофея будто ножом по сердцу резануло. Переделывать они будут! Он сюда столько труда вложил!.. Хотя… ну да… конечно…

– Не, ну дачка неплохая, неплохая… – совался в каждую щель покупатель. – Ремонтик произведем, занавесочки…

– Пусть занавески оставят, – влезла мамаша. – Я видела – сейчас такой материал триста рублей метр! А если в «Тканях» на Мира, так и вообще…

– Вот эту мазню уберем… – все еще мечтал будущий хозяин.

Это была не мазня. Здесь Анютка, будучи совсем крохой, рисовала папу и маму, портрет… а Соня придумала какую-то веселую рамочку, и «портрет» никогда не трогали, даже когда обои переклеивали…

– А это ваш, что ли? – вдруг спросила женщина.

В раскрытые двери по-хозяйски вошел соседский кот Барсик, прыгнул на спинку кресла и уже оттуда разглядывал приезжих. Он ждал Соню, с ее вкусными кошачьими сухариками, но поскольку той не было, котяра внимательно следил, чтобы пришельцы сильно не хозяйничали. Нечего!

– Барсик… иди сюда… – взял его на руки Тимофей. – Я сейчас посмотрю… может быть, Соня где-нибудь оставила корм-то этот…

– Ничего-о-о-о… – довольно усмехнулся подросток. – Папаня привезет сюда нашего Бурана, от этого кошака мокрого места не останется… будет знать, как по чужим дачам шастать!

– Точно, – похлопал наследничка по плечу «папаня» и охотно пояснил Тимофею: – У меня кавказец, сюда перевезу, пусть охраняет.

– Ой, он у нас такой злобный! – с восхищением затараторила женщина. – Знаете, мы его когда…

– Ну так берете? – невежливо перебил ее Тимофей.

Мужичок важно вытянул бычью шею.

– В общем-то… неплохая дачка, неплохая… и от города недалеко, и дорога, опять же, до самых ворот… а за сколько ты ее отдашь?

Как там Ольга говорила? Не продешевить? Ну не-е-ет! Тимофей не продешевит, это уж точно!

– Три миллиона, – простенько сказал он. – Здесь у всех дачи столько стоят.

– Сколько?! – выпучила глаза покупательница. – Миллиона?.. Да вы!.. Да…

– Мужик! Да ты охренел!!! – подал голосок юнец.

– Слышь, пацан, рот закрой, – бросил ему Тимофей. – Я с тобой здесь вообще не веду речи. Я с отцом твоим… Ну так как? Берете?

На семейку напал стойкий столбняк.

– Нет? – добивал Тимофей. – Все. Вопросов нет, у меня еще куча дел, поехали отсюда.

– Нет, ну… да погоди ты! – старался прийти в себя глава семейства. – Ну… надо ж подумать…

– Па, а чего думать-то? У нас таких денег сроду не было! – заканючила девчонка.

– А за что? – таращила глаза матушка. – Здесь же… нет, вы мне скажите – за что?

Но Тимофей уже ничего и никому говорить не собирался. Он теперь точно знал, что ему делать. Продаст квартиру, сколько надо – пусть возьмет Ольга на лечение, а на остальные он забабахает здесь дом и приведет сюда… Соню. Жена давно хотела переехать жить в свой дом. Просила, а он… он никогда это всерьез не воспринимал. И только сейчас подумал – ну и дурак был! Здесь же… Да они здесь с Соней!.. И розочки она будет разводить, и собак, и кошек, и теплицы Тимофей построит, и теннис устроит, и… и Барсик будет приходить когда вздумается, и никто его не тронет, и… рядом будет его любимая Соня. Только простит ли?.. Простит, потому что всегда его понимала. А он, идиот, совсем это не ценил.

А теперь… у них начнется новая жизнь!

Тимофей чмокнул кота в рыжую морду, выпустил его в двери и уже совсем весело заявил:

– Все, господа хорошие, экскурсия по личному владению завершена. Прошу на выход!

Вечером его уже ждала Ольга.

– Ну как, Тимочка? Что там было? Они будут брать?

– Оль, у них столько денег нет, – заявил Тимофей.

– Как это? – оторопела Ольга. – А чего ж они собрались дачу брать? На что? Сколько ты им сказал?

– Три миллиона, – пожал плечами Тимофей. – А у них не было.

– Но… Тимочка… дача столько не стоит! – оторопела Ольга. – Ты зачем это сделал?

– Оля, тебя не поймешь! То – мало, то – много… Стоит эта дача три миллиона. И вообще. Сейчас продаем квартиру, я тебе отдаю деньги, и…

– Все? – вспыхнули глаза у Ольги.

– Зачем же все? Юре ведь только сто тысяч нужно.

– Долларов! – напомнила Ольга. – И потом – не забывай! У него еще послеоперационный период! А на это тоже деньги нужны.

– Но я же буду работать!

– Когда ты еще там работать будешь! А деньги нужны сейчас! И потом, зачем тебе столько денег? Мы же решили – переедем, там у нас начнется новая жизнь… А ты! Что это за выкрутасы?

– Ольга, но ты же сама просила не продешевить! – удивился ее напору Тимофей.

– Что я просила?!! Что я там просила?!! Я просила тебя помочь, только и всего!!! У тебя сын болеет! А ты!!! Ты за всю жизнь ему ни разу конфетки не купил! Рубля не выслал! Я одна тянула, мне жрать нечего не было, а ты жировал!!! Ты же!..

– Да кто ж знал, что у меня сын растет? Ты же ни словом… Ладно, сначала не могла сказать, но потом-то! Столько лет прошло, не могла меня найти?