Ядовитые цветы - Анна Берсенева

– Что это? – спросила Лиза.

– Для вас я заказал кампари с апельсиновым соком. Попробуйте, по-моему, вам должно понравиться.

Ему официант налил рюмку водки из маленького хрустального графина. Лизе понравилась приятная горчинка кампари, и она с удовольствием помешивала трубочкой звенящие в бокале льдинки.

Меню она, конечно, начала читать справа налево; цены ее просто потрясли. Ее мама, например, на всю свою зарплату могла бы заказать разве что скромную закуску.

Уловив ее замешательство, Виктор попросил:

– Лиза, пожалуйста, выбирайте то, что вам кажется вкусным. Как вы понимаете, раз уж мы здесь, цены не имеют особенного значения.

– Но я… Виктор, я просто не знаю, что здесь вкусно, а что нет, – слукавила Лиза. – Выберите лучше вы!

– Да? Ну, хорошо. Тогда, – обернулся он к официанту, – авокадо с креветками, моцареллу с помидорами, русские какие-нибудь закуски – что у вас свежее? Шашлык из осетрины – на горячее, кофе с большим мороженым, фрукты – потом. Пить – мне водку, девушке – белое вино.

«Ну конечно, он здесь завсегдатай – вон, даже меню не открыл», – подумала Лиза.

Она не могла понять: старается ли Виктор удивить ее или просто ведет себя так, как привык; в его поведении проскальзывало и то, и другое. А как едят авокадо?

Авокадо, как выяснилось, надо было есть просто маленькими ложечками. В сочетании с креветками и соусом этот овощ – или фрукт? – оказался так вкусен, что Лиза забыла легкое смущение собственной неумелостью. От прохладного белого вина, которое официант налил в сияющий, необычной формы бокал, Лиза почувствовала себя веселее. Лицо ее раскраснелось, прозрачные бисеринки пота выступили на лбу. Ей стало жарко, и она замешкалась: что делать, обмахиваться салфеткой?

– А вы снимите пиджак, Лиза, – посоветовал Виктор. – И вообще, делайте то, что вам удобно. Уверяю вас, это в любом случае будет выглядеть естественно.

Повесив пиджак на спинку кресла, она почувствовала себя совсем легко. Виктор ел неторопливо, с удовольствием и вместе с тем как-то незаметно. Видно было, что ему хочется поговорить с Лизой. И точно: едва она доела авокадо, он тут же отложил вилку и нож.

– Давно вы в Москве, Лиза? – спросил он.

Она посмотрела с удивлением.

– А откуда вы вообще знаете, что я не москвичка?

– Ну, это угадать еще проще, чем ваш возраст. По вашей провинциальности – поверьте, очаровательной, в самом лучшем смысле этого слова.

– Месяц уже.

– Вы здесь работаете или учитесь?

– Нет…

И Лиза рассказала ему историю своего появления в столице.

Виктор выслушал ее с интересом.

– Значит, в Новополоцк вы больше не вернетесь?

– Ну-у, этого я не говорила…

– Не вернетесь, тут и сомнений нет, – уверенно сказал он. – И правильно сделаете.

– Почему – правильно?

– А вы сами не понимаете? – Виктор, прищурившись, смотрел на нее.

– Я понимаю… – медленно произнесла Лиза. – Я понимаю, но объяснить не могу.

– Ничего, со временем разберетесь получше, спешить вам некуда, – успокоил ее Виктор. – И надо же было мне вас встретить, да еще при таких романтических обстоятельствах! Ведь я вас почти что спас от собаки, помните?

– Разве вы меня спасли? – удивилась Лиза. – По-моему, она ничего такого мне не сделала.

– А уж вам и жалко согласиться! Или вы хотели бы, чтобы я сражался ради вас с драконом, извлек вас из бурного потока? Вообще-то, по вашему виду – похоже…

– Нет-нет, – покачала головой Лиза. – Зачем же из потока?

– А потанцевать вы не хотите? – вдруг спросил Виктор.

Конечно, она хотела потанцевать! Она вообще любила танцевать, а сейчас голова у нее чуть-чуть кружилась от вина, и ей было весело, она чувствовала себя почти невесомой.

– Давайте потанцуем перед горячим. – Виктор уже вставал из-за стола.

Оказывается, в зале уже давно звучала музыка, а Лиза и не замечала! Они прошли между столиками – туда, где мелькали танцующие пары. Лиза только сейчас заметила, что Виктор чуть-чуть полноват; отлично сидящий костюм очень стройнил его. Но танцевал он прекрасно, она сразу это поняла.

– Как хорошо вы танцуете, Лиза! – сказал Виктор, не отпуская ее талии, хотя музыка уже закончилась. – Еще один танец?

Она кивнула, музыка тут же зазвучала снова, словно в ответ на ее согласие, и Виктор повел свою даму легко и ритмично.

– Вы просто блещете разнообразными дарованиями, – сказал он, пробираясь с нею обратно к столику.

– Да какие же мои дарования вы успели увидать? – смеясь, поймала его на слове Лиза.

– И правда – значит, я просто предвосхищаю события! – засмеялся он в ответ. – Не сомневаюсь, что у вас масса всевозможных дарований. А сейчас – горячее! Люблю, грешный человек, вкусно поесть! Здесь еще помнят старую кухню.

Шашлык из осетрины принесли прямо на маленькой жаровне, и аромат от него шел такой, что у Лизы потекли слюнки, хотя минуту назад ей казалось: она так наелась, что больше и крошки не сможет проглотить. Шашлык таял во рту, истекал прозрачным соком, угольки под ним шипели и потрескивали, и все это было так красиво, что переставало быть просто едой – для сытости, а становилось настоящим праздником. Наверное, это и имел в виду Виктор, когда говорил о своей любви ко вкусной еде.

Они с аппетитом принялись за горячее. Безмолвный официант подливал то вина Лизе, то водки – Виктору. Тот, если и пьянел, то совершенно иначе, чем привыкла видеть Лиза. Он не расплывался в кресле, не краснел как помидор, не начинал говорить сальные комплименты…

– А где вы работаете, Виктор? – вдруг спросила Лиза.

В ответ он засмеялся:

– Вот и видно, что вы не испорчены условностями! Лучше дождаться, пока собеседник сам об этом скажет. Я занимаюсь нефтяным бизнесом. Представляете себе, что это?

– Ну-у, примерно…

– Разумеется, и примерно не представляете. Но вам это и ни к чему.

– А это трудно?

– А сейчас, Лизонька, все трудно, даже сигареты продавать у метро. Во всем свои трудности, и в нефтяном бизнесе тоже. Хотя есть и приятные моменты.

Когда принесли мороженое, Лиза едва не захлопала в ладоши. В огромной вазе, переливающейся всеми цветами радуги, помещалось целое сооружение – тоже всех цветов радуги, украшенное свежими ягодами и ломтиками фруктов. На самом верхнем ломтике банана лежал кусочек мокрого сахара. Официант поднес к нему зажигалку, и над вазой взметнулось синее пламя.

Виктор любовался Лизиным восторгом.

– Честное слово, чувствуешь себя человеком, когда видишь, какую радость вам доставляют эти невинные удовольствия!