Ядовитые цветы - Анна Берсенева

Лиза тут же смутилась. Действительно, ведет себя, как девчонка!

– Ну вот, – расстроился Виктор, – вы и принялись себя сдерживать. Зачем, Лизонька? Ведь вы Бога должны благодарить за то, что он дал вам способность радоваться. Уверяю вас, в этом зале не найдется ни одной женщины, которая удивилась бы или обрадовалась, если бы ей принесли хоть слона на блюдечке.

Вечер подходил к концу – хотя, конечно, Виктор не торопил ее. Они еще раз потанцевали, выпили кофе. Лиза сняла со спинки кресла свой пиджак.

– Лиза, мы можем еще остаться, если вы хотите, – предложил Виктор.

– Нет, зачем же? Уже поздно, Коля волнуется. Да и вообще, нельзя же делать вид, что праздник может продолжаться вечно…

Виктор промолчал. Официант положил на стол готовый счет; подписав что-то, Виктор протянул ему карточку и зачем-то – банкноту, достоинства которой Лиза не разглядела. Тот благодарно кивнул, на минуту исчез, потом появился снова и вернул Виктору карточку. Лиза с любопытством наблюдала за этими манипуляциями. Она поняла, что Виктор расплачивается кредиткой, но никогда не видела, как это происходит.

– Всего доброго, Виктор Станиславович, всегда вам рады! – произнес официант на прощание, и Виктор кивнул ему в ответ.

Машина стояла прямо у входа, как будто и не уезжала отсюда. Швейцар захлопнул дверцу, замелькали ярко освещенные зеркальные окна Тверской.

Лизе стало грустно, как будто сейчас часы пробьют полночь и хрустальная туфелька упадет с ее ноги. Виктор время от времени бросал на нее короткие взгляды, его глаза поблескивали в полумраке машины. Ей показалось, что до Крылатского они домчались в одно мгновение.

Провожая Лизу от машины до подъезда, он дотронулся до ее руки:

– Спасибо, Лиза, вы подарили мне чудесный вечер.

– По-моему, это вас надо благодарить за него.

Наверное, лицо у нее было такое расстроенное, что Виктор добавил:

– Я надеюсь встретиться с вами в самое ближайшее время. И непременно вам позвоню. А кстати, вот моя визитка, звоните и вы. Спокойной ночи, Лизонька!

Одновременно со стуком подъездной двери она услышала звук отъезжающего автомобиля и только в это мгновение подумала: а ведь он даже не попытался ее поцеловать – простился, как будто все, что он сделал сегодня для нее, само собою разумеется! Эта мысль так удивила Лизу, что она остановилась у открывшегося лифта. Сегодняшний вечер заставил ее забыть о том, что на самом деле в жизни все бывает иначе. Виктор мало походил на сказочного принца, но вел он себя именно так – свободно, великодушно и внимательно.

«А почему я удивляюсь этому? – спросила она себя. – Может, так оно и должно быть, и я напрасно думаю, будто знаю, как оно бывает по-настоящему?»

Ей было весело и легко. Даже грусть, возникшая в конце вечера, улетучилась после прощальных слов Виктора.

Она взглянула на визитку, которую так и держала в руке. На ней было вытеснено: Третьяков Виктор Станиславович, нефтяная корпорация «РосОйл», президент.

Лиза тихо открыла дверь квартиры, вошла, стараясь не стучать каблуками. Но Николай, конечно, не спал и тут же вышел ей навстречу.

– Ну ты и гуляешь! И ведь не знаешь, куда бежать, где тебя искать! – Он старался казаться спокойным, но видно было, что он волновался.

– Коля, не волнуйся, правда! Все было так прекрасно, ты себе просто не представляешь! – Лицо Лизы светилось, ее тщательно уложенные волосы слегка растрепались и в приглушенном вечернем свете сияли серебристым облаком.

Николай невольно залюбовался сестрой – такой юной и прелестной выглядела она сейчас.

– Чай пить будешь?

– Да ну, какой чай! Знаешь, где я была?

Подробный Лизин рассказ совсем не привел Николая в восторг. Наоборот, он встревожился.

– Говоришь, он президент нефтяной компании?

– Да. Хочешь, посмотри визитку.

– Да визитка-то ладно. Просто я неплохо знаю, что такое нефть. Это такое опасное дело, Лиза, что лучше держаться от него подальше! И от нефтяных королей – тоже, особенно тебе.

– Почему же мне особенно?

– Почему-почему! Да потому что ты доверчивая, а эти люди – совсем другие, и доверять им нельзя.

Лиза обиделась на брата.

– Ты меня, видно, совсем дурочкой считаешь! Думаешь, я вообще ничего не понимаю в людях?

– Может быть, и понимаешь, только не в этих. Они ведь другие, Лиза, понимаешь? Ну как тебе объяснить! – Николай с трудом подбирал слова, чтобы не напугать ее и вместе с тем объяснить то, что знал сам. – Они постоянно играют в такие жестокие игры, что этого даже святой не выдержит. А святых среди них вообще-то не много.

– И что же ты мне предлагаешь делать? – спросила Лиза расстроенным голосом. – Скрываться от него, когда он позвонит?

– А ты уверена, что он позвонит?

– Ну, он обещал…

– Скрываться, конечно, не надо, но, если он не позвонит, я бы на твоем месте не очень расстроился. И на своем тоже…