Шах вам, королева! - Арина Ларина

– Вполне. – Она пыталась ласково улыбаться, но в успех затеи верила уже слабо.

– А удобно?

– Андрей, я живу одна! Почему неудобно? Я тебя просто приглашаю попить чаю. Что в этом такого?

– Так как же? – засуетился кавалер. – Ты одинокая, незамужняя девушка. Я могу скомпрометировать тебя перед соседями.

– Пусть это тебя не волнует!

– Я с пустыми руками…

– Андрей, если ты боишься меня объесть, то не налегай на продукты. – Она потянула Плюхина за локоть. – А воды и заварки мне не жаль.

– Ну, если ты настаиваешь, – промямлил Андрей и нехотя отцепился от дверцы своего драндулета.

Резко выпустив добычу, Таня нахмурилась. Формулировка «настаиваешь» ей категорически не понравилась. Чего она настаивает? Ничего себе заявочки!

– Я боюсь, что ты потом пожалеешь, – торопливо начал оправдываться кавалер.

– Ты сделай так, чтобы я не пожалела, – с угрозой в голосе предложила Татьяна. Фраза получилась неприлично двусмысленной, поэтому она тоже смягчила формулировку: – Ты же интеллигентный человек и не воспользуешься моей слабостью.

Получилось еще хуже, поскольку интеллигентный человек пошел пятнами и снова вцепился в дверцу машины. Наверное, заподозрил, что слабая девушка сама может им воспользоваться.

«Надоел мне этот паноптикум», – обозлилась Татьяна, решительно застегнув третью сверху пуговку на блузке. Заметив маячившую в окне бабу Шуру, она застегнула и вторую.

Странно, но уменьшение зоны декольте подействовало на Андрея отрезвляюще. Он решительно шагнул к Тане и, дыхнув на нее мятным освежителем, прошептал:

– Ты не пожалеешь.

– Валька, и чего мне так не везет? – ныла на следующее утро Татьяна, дозвонившись до Фуфаевой.

– Всем не везет, – философски отозвалась подруга. – Кому-то больше, кому-то меньше, а кто-то привык стоически это невезение переносить. Вот я, например, вышла замуж за любимого мужчину, а он постоянно налево косит. И это косоглазие ничем не лечится. Даже граблями по хребту – не поможет. А еще у него есть мама. Когда соберешься замуж, первым делом устрой смотрины будущей свекрови. Потому что это самый главный минус любого мужика. Или плюс. Но мне не повезло. У меня Мальвина Игоревна, чтобы ей пусто было. И, главное, она уже в таком маразме, что ничего не боится.

– Это она там орет так? – с благоговейным трепетом в голосе поинтересовалась Татьяна.

Ее проблемы меркли на фоне закадрового визга Валюшкиной родственницы. А еще Татьяна подумала, что совет про свекровь очень правильный. Необходимо проверять мам будущих кавалеров.

– Она, – флегматично подтвердила Валя.

– А что случилось?

– Не знаю. Она все время орет. Если вслушиваться, то с ума сойдешь. Я как на аэродроме живу: к шуму привыкла и даже умудряюсь его не слышать. Вот ты сейчас напомнила, я сразу услышала, а так даже не реагирую.

– Валь, там что-то серьезное случилось, – заволновалась Таня. – Не может человек так орать на ровном месте.

– Ща, развлеку тебя, – вздохнула Валя и затихла. Визг стал слышен отчетливее.

– Ее придавило, наверное, или змея ужалила, – пробормотала Татьяна.

– Ха. У нас с участка все змеи сбежали, Мальвина сама кого хочешь ужалит. Короче, не переживай за старушку. Это я вчера редиску плохо прополола. Она там сорняки нашла. Сейчас, видимо, пытается уничтожить две травинки ультразвуком. Ну, и ты все еще считаешь, что тебе не повезло сильнее, чем мне?

– Ой, Валь, у меня из другой оперы, – вздохнула Караваева. – Слушай, вот ты, если бы была возможность, вышла бы замуж за другого, не за Романа? В смысле, ты своим браком довольна?

– Ты застукала его? – напряглась Валентина. – Так я и знала!

– Не-не-не, – испугалась Таня. – Ничего такого.

– А чего звонишь тогда?

– Елки-палки! Валя! Вот других бед в стране, кроме твоего Ромы, нет! Твой муж пьет пиво с каким-то мужиком. Мужик приличный, но не красавец.

– Ну и ладно. Но ты бди!

– Конечно! Так ты мне не ответила. Ты бы хотела мужа поменять?

– Зачем?

– Ну, чтобы жить спокойно. Вот он у тебя красивый, молодой, всем завидно…

– Ты это к чему? На моего мужа претендуешь? – насторожилась Валентина.

– Тьфу на тебя, Фуфаева! Лечиться тебе надо. Я к тебе, как к человеку, посоветоваться, а ты все про мужика своего! У меня горе, а ты – эгоистка!

– Ладно, не ори. Не эгоистка я. У меня жизнь тяжелая. Нервы сплошные. Лучше бы я там с мужем сидела, чем тут – с его мамой. Совершенно неравноценные варианты. Давай, выкладывай свое горе.

– Валь, вот если бы ты переспала с некрасивым мужиком…

– Зачем?

– Помолчи, а?! Так вот. Переспала бы с некрасивым. Фигуры нет. Прически почти нет. Возраст пограничный…

– Пограничный? Это как?

– Когда за сорок, но сохранился плохо! – крикнула Татьяна. – Не в этом проблема! Дальше дослушай!

– Все-все, молчу!

– Так вот: ни кожи ни рожи, как говорится. Но перспективный. В смысле, домашний, с деньгами. Спокойный, но вредный. И скуповатый. И, самое главное, когда ты понимаешь утром, что лучше бы ничего у вас не было! Что бы ты сделала: попробовала опять или искала другого? При этом не факт, что другой найдется!

– Таня, – осторожно поинтересовалась Валентина, – а зачем опять пробовать, если тебя уже от него тошнит?

– Не тошнит меня. Просто я ждала большего. Должны же у человека быть скрытые плюсы. Я думала, что он хотя бы в этом выше среднего. А тут сплошные разочарования.

– Пошли его в сад, – легкомысленно предложила Валя.

– Не могу. Это мой начальник.

– Ты идиотка! Зачем с начальством спишь?! Тебе что, больше не с кем?

– Не с кем! Валь, ну что, бросать его, да? Или, может, попробовать?

– А он сам как?

Сформулировать, как оценил эту ночь Андрей, было сложно. Да и ночи-то никакой не было.

Сначала они долго пили чай. Татьяна старалась пить меньше, чтобы в ответственный момент в животе не начало булькать, а Плюхин, вероятно, в надежде отодвинуть момент близости, высосал почти весь чайник. Они вели какие-то невнятные разговоры о погоде и политике, во время которых Таня пыталась подъехать к шефу поближе. Он не возражал, но и не поощрял. Через час барышня заскучала и стала соображать, как бы спровадить кавалера домой. Романтического вечера не получилось. Тем более что Плюхин начал разглагольствовать о новой рекламной кампании, а это совершенно не вписывалось в Татьянины планы.

Перебив заливавшегося соловьем директора, она шумно вздохнула и хлопнула в ладоши: