Под знаком Близнецов - Розамунда Пилчер

Таппи посмотрела на Розу и вспомнила ее. Пожалуй, пять лет, прошедшие между семнадцатью и двадцатью двумя годами, превратили хорошенькую, но капризную девочку в очень симпатичную девушку. Загорелая, чистая, сияющая здоровьем кожа, густые каштановые волосы, темно-карие глаза. Таппи забыла, какие они темные. Девушка была одета так, как одевается сейчас молодежь: линялые джинсы, свитер-водолазка и темно-синий плащ на клетчатой подкладке.

— Боюсь, у меня несколько помятый вид, — смущенно сказала Роза.

— О, моя дорогая! А какой еще у тебя должен быть вид после такого утомительного ночного путешествия? В любом случае, ты выглядишь очаровательно. Подойди и поцелуй меня.

Темные волосы упали и коснулись щеки Таппи. Щека девушки была гладкой и прохладной на ощупь, как только что сорванное с дерева яблоко.

— Я думала, ты никогда не приедешь навестить меня!

Роза присела на край кровати.

— Извините.

— Ты была в Америке?

— Да.

— Как поживает твоя мама?

— Хорошо.

— А отец?

— Тоже хорошо. Мы путешествовали. — Она заметила в уголке кровати дремлющую Сасси. — О, это ваша собака?

— Роза, ты ведь помнишь Сасси! Она ходила с нами на пикник на берегу.

— Она… она постарела.

— Сейчас ей десять лет. По человеческим меркам это семьдесят. И даже в этом случае она моложе меня. У меня больше зубов, чем у нее, но зато Сасси не настолько глупа, чтобы так болеть, как я. Энтони, ты сказал, вы позавтракали?

— Да, — подтвердил он. — В Тарболе.

— Какой ужас! Миссис Уотти специально для тебя жарит бекон. Тебе придется съесть хотя бы немного и выпить кофе.

Таппи, любуясь, смотрела на Розу. Как это чудесно, что Энтони женится на ней, и как приятно, что она приехала в Фернриг.

— Покажи мне свое кольцо, — сказала она.

Девушка послушно протянула загорелую руку с тонкими длинными пальцами. Блеснули сапфир и бриллианты.

— Какое красивое! Я всегда знала, что у Энтони хороший вкус.

Роза улыбнулась. У нее была широкая улыбка. Два чуть выступающих вперед зуба придавали ей по-детски беззащитный вид.

— Сколько вы здесь пробудете? — спросила Таппи.

— До завтрашнего вечера, — сказал Энтони. — Нам обоим надо возвращаться.

— Два дня. Как мало. — Она легонько похлопала Розу по руке. — Но ничего, этого достаточно, чтобы отдохнуть. Кстати, сегодня у нас званый ужин по случаю вашего приезда, будет несколько гостей. — Поймав выражение лица Энтони, она решительно пресекла любые возражения: — Не беспокойся, приготовлениями занимается Изабель, а за мной ухаживает сиделка. Ее зовут миссис Маклеод, она из Форт-Уильяма. По правде говоря, она очень похожа на лошадь, — понизив голос до шепота, добавила Таппи, и Роза невольно рассмеялась.

— Эта затея с ужином совсем ни к чему, — не удержался Энтони.

— Не волнуйся, разумеется, я не стану спускаться вниз. Буду сидеть здесь с подносом и слушать, как вы там веселитесь. — Она повернулась к Розе. — Я пригласила Анну и Брайана — ты ведь их помнишь? Конечно, помнишь. Тебе будет интересно встретиться с ними снова.

— Жаль, что вас не будет за столом, — сказала Роза.

— Какая ты милая, — растрогалась Таппи. — Но мне надо отлежаться, чтобы окончательно поправиться к вашей свадьбе. Это самое главное. — Она снова улыбнулась, переводя взгляд с одного лица на другое, с бледного на смуглое. Заметив усталость в темных глазах, Таппи спросила: — Роза, тебе удалось вздремнуть в машине?

Девушка покачала головой:

— Нет, не удалось.

— Наверное, ты очень утомилась.

— Да, немного клонит в сон.

— Почему бы тебе не лечь в постель? Поспи до обеда. Может быть, и Энтони…

— Я не хочу спать, — торопливо возразил он. — Прилягу позже.

— А ты, Роза, ложись и отдохни. Миссис Уотти даст тебе грелку с горячей водой. А потом можешь принять ванну, если хочешь.

— С удовольствием, — призналась Роза.

— Вот и отлично. А теперь идите и съешьте по кусочку бекона, чтобы ублажить миссис Уотти, и скажите сестре Маклеод, что я готова завтракать. Еще раз спасибо вам обоим, что приехали, — сказала она им вслед.

Пробуждение было странным, кровать незнакомой, хотя и замечательно мягкой и удобной, карниз потолка тоже неузнаваемым, как и темно-розовый цвет задернутых штор. Еще не сориентировавшись в обстановке, Флора вытащила руку из-под одеяла и посмотрела на часы. Одиннадцать. Она проспала три часа. Она вспомнила, где она — в Фернриге, в Шотландии. Она — Флора, но сейчас она — Роза, невеста Энтони Армстронга.

Она познакомилась со всеми — с Изабель, с маленьким Джейсоном, с миссис Уотти, пышной, как свежеиспеченная булочка, и с ее мужем, садовником Уотти. Казалось, все рады ее видеть, и вовсе не потому, что она невеста Энтони. Разговоры были полны воспоминаний.

— А как поживает миссис Шустер? — спросила миссис Уотти. — Я помню, в то лето она каждый день приходила сюда за свежими яйцами, и Уотти давал ей пучок салата, потому что она говорила, что ни дня не может прожить без свежего салата.

А Изабель вспомнила о каком-то пикнике, когда было так жарко, что Таппи решила искупаться и одолжила у Памелы Шустер один из ее роскошных купальников.

— Она запретила нам смотреть на нее. Сказала, что в купальнике у нее неприличный вид, но на самом деле он ей очень шел, потому что Таппи всегда была стройной.

Энтони стал поддразнивать Изабель:

— Если Таппи запретила смотреть на нее, как ты узнала, что она хорошо выглядит? Ты что, подглядывала?

— Я следила, как бы ей не свело ногу судорогой.

Один Джейсон, к своему огромному разочарованию, не мог ничего вспомнить.

— Жаль, что меня здесь не было, когда ты приезжала в прошлый раз, — сказал он Флоре, глядя на нее с нескрываемым обожанием. — Кажется, я был где-то в другом месте.

— Ты был в Бейруте, — напомнила ему Изабель. — И даже если бы ты был здесь, ты мало что смог бы вспомнить, потому что пять лет назад тебе было всего два года.

— Я помню, когда мне было два года. Я много чего помню.

— Например? — скептически спросил Энтони.

— Ну, например… рождественскую елку!

Флора обратила внимание, что все улыбнулись, но никто не засмеялся над мальчиком. И хотя Джейсон понял, что ему не поверили, его достоинство не пострадало.

— Розу я обязательно бы запомнил, — добавил он.

Флора поняла, что теплый прием не был напрямую связан с тем, что Роза должна стать женой Энтони. Просто она попала в радушный теплый дом, где всегда рады гостям.