Ослепленные страстью - Бертрис Смолл

Ясным сентябрьским днем дорожный экипаж леди Люсинды Харрингтон остановился перед чисто выметенным мраморным крыльцом дома номер три по Трейли-сквер. Едва лошади замерли, как дверь отворилась и на улицу высыпали лакеи в темно-синих с серебром ливреях. Джон, восседавший на козлах рядом с кучером, вопросительно поднял брови, поскольку до этого слышал, что леди Люсинда собирается сама нанимать прислугу.

Дверца кареты открылась, лесенку спустили, и леди Люсинда, опираясь на руку лакея, величественно спустилась вниз.

— Кто вы? — сухо осведомилась она, расправляя юбки.

— Джеймс, миледи. Его преосвященство епископ и его супруга ждут вас в доме.

Вот как! Значит, Джордж со своей половиной поспешили сюда! Остается надеяться, что они не намереваются поселиться тут!

Леди Люсинда еще не была готова принять посетителей, не говоря уже о родственниках, тем более что ей еще предстоит развлекать пылких поклонников!

Она поспешно взбежала по белым ступенькам и почти ворвалась в переднюю.

— Люси, дорогая! — приветствовал брат. — Как там Ирландия и наша милая Джулия?

Его круглое лицо так и сияло одобрительной улыбкой.

— Лето, можно сказать, было вполне поучительным, Джорджи, — сухо отрезала Люсинда и, словно не заметив протянутых рук брата, протиснулась мимо и обняла невестку. — Каро, ты просто цветешь, дорогая. Как мило с твоей стороны покинуть Уэллингтон, чтобы повидать меня! Где вы остановились? У твоей сестры? Не опасно ли путешествовать в твоем положении?

— Но, Люси, мы думали пожить здесь, — нервно пробормотала невестка.

— Невозможно! — вздохнула Люсинда. — Здесь еще нет слуг, кроме Полли и ее жениха Джона, который пока выполняет обязанности лакея. Кстати, Джорджи, не согласишься ли ты добыть разрешение на брак для Полли и Джона, чтобы они могли сразу же пожениться? После бала Уитли они едут в деревню. Джон займет место отца в кузнице. Ну не повезло ли нашей Полли?!

Она ослепительно улыбнулась брату, которому явно становилось не по себе.

— Но, дражайшая Люси, — пролепетал он, — герцог уже прислал слуг. Нет никакой необходимости тратить время, опрашивая и отбирая людей.

— Джордж, я поражена твоей невоспитанностью. Мало того, шокирована! Как можно принимать столь щедрые подарки от Рексфорда?! Что подумают Харгрейв и Бертрам? Вообразят, будто я уже сделала выбор, не потрудившись выслушать их доводы! Нет! Нет и нет! Слуги Рексфорда должны сегодня же покинуть мой дом и вернуться к хозяину.

Обернувшись, она пронзила недовольным взглядом несчастного лакея.

— Джеймс, немедленно соберите всех слуг и отправляйтесь к милорду Рексфорду.

— О, Люсинда! — заныла сестра. — Ты не должна так оскорблять герцога!

— Это он оскорбил меня, предположив, что я стану принимать от него подобные подарки. Я, как и всегда, сама принимаю решения.

— Ты, похоже, очень изменилась, Люси, — с подозрением заметил брат.

— Каким это образом лето, проведенное у Джулии, могло вдруг повлиять на мой характер?! — с невинным видом парировала Люсинда. — Я все та же, что и всегда.

Она ехидно усмехнулась, при виде побледневшего брата.

— Твое обещание, Люси. Ты ведь сдержишь его, — бормотал тот в совершенном отчаянии.

— Какое обещание? — вмешалась невестка.

— Перед отъездом я заверила Джорджи, что подумаю о замужестве. Так и быть, я согласна. Джордж объявит о моей помолвке на балу графини Уитли, в ноябре. Я и не подумала бы нарушить слово, данное своему любимому братцу.

— О, как волнующе! — ахнула невестка. — Кого ты выбрала, Люсинда? Рексфорда? Или Харгрейва? А может, Бертрама? Умоляю, открой тайну.

Люсинда со смехом покачала, головой.

— Узнаете в ночь бала. Кроме того, я еще не решила. Вы с Джорджи можете переночевать, но прошу вас завтра же вернуться в Уэллингтон. Я респектабельная вдова, которую должны навещать искатели руки. Не желаю, чтобы их смущали мои родственники.

— Люсинда, ты просто невыносима! — хихикнула Кэролайн. — Перепробуешь каждого, чтобы решить, кто больше подходит?

— Господи, Каро, о чем это ты? — ответила Люсинда, чопорно поджимая губки, хотя глаза искрились весельем.

— Если ты отошлешь слуг, кто будет готовить ужин? — возмутился епископ.

— Скорее всего он уже готов. Полли и Джон будут подавать на стол. Кроме того, вы наверняка привезли с собой своих слуг, так что мы вполне обойдемся. Я немедленно напишу записку Рексфорду с благодарностью за великодушие и объясню, почему не могу принять столь щедрого дара. Джон, вещи внесли в дом?

— Да, миледи.

— Полли, принеси мою шкатулку с письменными принадлежностями и попроси Джеймса не уходить, пока я не отдам письмо.

Полли почтительно поклонилась и вышла.

— А теперь можно пока посидеть в салоне, — решила Люсинда.

Утром, к ее невероятному облегчению, брат с женой убрались восвояси.

— Нам нужны слуги, — объявила она Джону. — Не слишком много, но люди с опытом и надежные.

— Кто именно потребуется? — осведомился Джон, шесть лет прослуживший в лондонском доме лорда Боуэна, пока не перебрался в Оксфордшир.

— Хозяйство у нас небольшое, — размышляла Люсинда. — Дворецкий, предпочтительно умеющий читать, писать и вести счетные книги. Шесть лакеев, два пажа, кухарка, экономка, пять служанок для уборки и наведения порядка, прачка, две судомойки. Где же их найти?

— Я знаю многих слуг в благородных домах. Каждому хочется продвинуться повыше, кое-кто просто недоволен своим местом. Через несколько дней у нас будет полный штат, миледи. Я выберу лучших и приведу к вам.

Верный слову, Джон отыскал подходящих людей, но первую неделю пришлось обходиться без слуг, что дало Люсинде предлог лишний раз избежать встречи с обожателями, хотя все трое заявились прямо в день отъезда епископа. Джон провел всех троих в утреннюю гостиную, так как они прибыли одновременно и экипажи выстроились гуськом перед входом. Люсинда вышла к ним в элегантном вышитом розовом платье, отделанном по вырезу кружевом, и с треном, начинавшимся от плеч. Мужчины ввалились в комнату, как стая невоспитанных щенят, в единодушном порыве поскорее увидеть ее и добиться благосклонности.