Мы сделаны из слов - Эльвира Смелик

Ну реально, хватит страдать без повода. Подумаешь – влюбилась! Словно такого раньше не было, чтобы безответно, чтобы с ясным пониманием – всё равно ничего не получится. Да каждая через такое проходит и не раз. Без летального исхода, если уж совсем мозги не в раскоряку.

Дана тоже переживёт. Даже так: заставит себя пережить, и чем быстрее, тем лучше. Потому что – утомило уже. Потому что – да пошёл он. Был бы ещё кто, а то…

Дана поморщилась, вздохнула, и как только оказалась дома, как только увидела Риту, сразу напомнила с праведным негодованием:

– Между прочим, ты мне обещала узнать номер Пашиного телефона.

– Ой, – пискнула та, нервно дёрнулась в одну сторону, в другую, словно надеялась сбежать, поняла, что не получится и забормотала с поддельным раскаянием: – Я совсем забыла. Из головы вылетело.

Врала. Рассчитывала, что это у Даны случилось временное помутнение, что та сама забудет. А она очень даже помнит.

– И?

– Я завтра. Обязательно, – пообещала Рита с очень честным выражением на лице.

Ну да. За ночь Дана перебесится, успокоится, передумает.

Как бы ни так!

– А сейчас совсем не получится?

– Сейчас? – Рита замялась. – Ну, можно, конечно.

Только вот при Дане звонить она не стала, смылась в комнату и долго не появлялась. Не иначе проводила со своим Серёженькой стратегическое совещание на тему: «Что делать? Похоже подруга опять или головой ударилась, или её бешеная собака покусала».

Да ничего такого с Даной не случилось. Но действительно же надо что-то делать, избавляться от странной одержимости. Любовь должна радость приносить, удовольствие. Страдания, конечно, тоже допускаются, но ведь не настолько, что кроме них ничего нет и всё впустую. Страдать можно, когда со смыслом, с перспективой, а тут – ни того, ни другого. Просто больно. Почти постоянно.

Рита выплыла из комнаты, доложилась со всей серьёзностью:

– Он чуть позже сообщением сбросит.

– Позже – это когда?

– Данк, ну чего ты занудствуешь? – надулась Рябинина, но с осторожностью, не желая переиграть. – Я же сказала: всё будет. Разве пять минут что-нибудь решат?

Но никаких сообщений через пять минут не пришло, зато раздался звонок. Не на Ритином телефоне, на Данином.

Номер незнакомый. Дана почему-то разволновалась.

Фантазия – такая фантазия. Разумное и логичное – это потом, а для начала вот вам самое невероятное, самое бредовое, причём такое, что пальцы начнут дрожать, и попасть в нужный значок удастся не с первой попытки.

– Да?

– Привет. Серёга сказал, ты мой номер телефона узнать хотела.

Паша. Не захотел долгих обходных путей через посторонних, решил напрямую, сам. Так даже лучше, и ей заморачиваться не надо, как позвонить, с чего начать разговор и вообще – захочет ли он с ней разговаривать после неудачного прощания. Судя по всему, не настолько он и обижен, и на его реплику можно ответить искренне:

– Ага.

– Ну вот, – откликнулся Паша. – Теперь знаешь.

Наверное, сейчас он спросит «Зачем?», а Дана не очень-то представляла, что ответить. Так далеко она в своих мыслях не заходила. А, возможно, вообще надеялась, что, узнав номер, немного остынет, отчасти почувствовав себя освобождённой только из-за осознания «Теперь я могу позвонить ему в любой момент и… что-нибудь сказать. И даже предложить увидеться».

Полумера, конечно, но это ведь только для начала. А тут всё сложилось без неё. Паша даже решил не уточнять, что вдруг случилось, не напоминать о прошлом, будто только познакомились и всё, больше ничего не было, и потому можно запросто спросить:

– Хочешь встретиться?

Дана на мгновенье замерла, даже дышать перестала.

Хочет. Не хочет.

– Да!