Я тебя (не) помню - Елена Кутукова

* * *

Уснуть у меня все-таки получилось, и даже удалось сделать почти невозможное – выспаться.

Это было хорошо, учитывая, что начальство с утра неожиданно решило обо мне вспомнить. Я была слишком редким гостем в кабинете Галины Викторовны, чтобы позволить себе зевать во все горло. Иногда мне казалось, что она и вовсе забыла о моем существовании. Нет, я, конечно, получала огромное количество письменных поручений от нее, но все они были в основном связаны с архивом, ничего интересного и важного мне не доверяли. Особых надежд начальница на меня не возлагала. По совету Виталика я уже подыскивала себе другую работу, поскольку предполагала, что на этой долго не задержусь. Марина меня не понимала и отговаривала. С ее точки зрения, было бы глупо увольняться с места, где хорошо платят, хотя я подозревала, что ей попросту будет без меня скучно.

Услышав просьбу подняться к начальнице в кабинет, я грустно вздохнула. Это было ожидаемо. От работников, которые не приносят пользы, быстро избавляются. Обидно только было, что шанса проявить себя мне так и не дали.

Постучавшись, я вошла в кабинет. Сделала несколько шагов вперед и встала возле ковра. Никогда не понимала, зачем ей ковер в кабинете? Дань уважения старине? Или чтобы в прямом смысле вызывать сотрудников на ковер?

Галина Викторовна молчала, лишь окинула меня оценивающим взглядом с ног до головы. Так обычно смотрят на кусок мяса в магазине, прикидывая, стоит ли его брать.

Я уставилась в пол, словно провинившийся ребенок. Увольняли меня впервые, и мне хотелось, чтобы это побыстрее произошло. Чтобы она уже сказала положенные слова и я покинула кабинет. Одно дело, когда ты увольняешься сама, а другое – когда тебя выгоняют. Даже если ты уже давно собирался, это вряд ли изменит гадкое ощущение того, что тебя просто вышвырнули.

– Наташа, завтра ты должна встретиться с важным клиентом для заключения договора, – произнесла она, пока я изучала замысловатый рисунок ковра.

Я удивленно вскинула брови.

– Разве это не работа Маши?

Галина Викторовна недовольно скрестила руки.

– Маша не может. – Она протянула мне толстую красную папку. – Вот, возьми и внимательно изучи. И учти, клиент важный. Завалишь контракт, произведешь плохое впечатление – можешь считать, что ты здесь больше не работаешь.

Интересно, это мне дали шанс перейти из бесполезных работников в перспективные или нашли красивый способ уволить?

– Нам очень нужен этот договор. Твоя задача – уговорить клиента. Любой ценой, – отчетливо выделила она.

Я схватила папку и умчалась к себе в кабинет. Теплыми волнами по телу растекалась радость оттого, что мне наконец поручили что-то важное. Но, листая папку и пытаясь разобраться во всех тонкостях, я начинала нервничать. Работа юриста, конечно, связана с общением с людьми, но у меня был опыт только консультирования граждан по бытовым семейным вопросам, а не заключения сделок на крупные суммы.

Я грустно глянула на пустующий стол своей соседки. Маша, как всегда, отсутствовала на рабочем месте. Ее совет бы мне не помешал. Конечно, можно было позвонить и расспросить по телефону, но я все-таки не решилась просить незнакомого практически человека о помощи.

Пришлось взять себя в руки и продолжить штудировать документы. В конце концов, это же обычный договор на оказание услуг, пусть и с различными дополнениями, пусть и на большую сумму. В университете же я их как орешки щелкала. Главное, внимательно читать. А уж как лучше себя вести, Галина Викторовна подскажет. Но все равно несмотря на это я продолжала нервничать.

Зато Марину новость воодушевила.

– Наташ, ты же понимаешь, это твой шанс… – на секунду подруга замолкла, а потом добавила: – …проявить себя.

Но я отлично понимала, что она знала о моем шатком положении на работе – просто предпочитала об этом не говорить. И сказать она явно хотела совсем другое: "Это твой шанс не вылететь с работы".

И первым делом, придя с работы, подруга потащила меня к шкафу на ревизию гардероба. Ей это казалось гораздо важнее, чем изучение каких-то бумаг, и моей нервозности она не понимала. Поэтому заставила перемерить половину вещей, наконец остановившись на брючном костюме песочного цвета, идеально сидящем по фигуре, а также выбрала обувь с самым высоким каблуком. На мое замечание, что это не самая удобная обувь, она ответила:

– Наташ, ты же завтра будешь общаться с важным богатым клиентом. – Подруга поправила прядь моих волос, уже мысленно прикидывая, что с ними завтра делать. – Ты не думала, что кроме рабочего вопроса можно и личный решить?

Я вздохнула. Марина была в своем репертуаре. На работе она мне постоянно советовала приглядеться к тому или другому сотруднику.

– Иногда мне кажется, что у тебя устойчивое желание поскорее выдать меня замуж и тем самым избавиться.

– У меня устойчивое желание, чтобы ты была счастлива, дуреха! – возразила Марина и швырнула в меня диванной подушкой. – А балетки этому не способствуют.

– А что этому способствует?

– И как ты вообще замуж вышла? – покачала головой подруга.

В этом была вся она. Я решила сдаться и сесть на диван, все равно спорить с ней по поводу вещей – занятие крайне неблагодарное и бесполезное. У Марины вся одежда и обувь делилась на две категории: "идеально" и "нужно выкинуть в урну". Понятие «удобно» ей было незнакомо. Однажды она даже порывалась выкинуть свитер, купленный мне мамой. Аргументы ее были просты: "он тебе не идет" и "занимает слишком много места в шкафу". Тогда я смогла отбить несчастное изделие из грубой шерсти, только раскрыв Марине, что это все-таки памятная вещь.

Несмотря на это, были другие плюсы в совместном проживании на одной территории с Мариной. Например, можно было сэкономить на парикмахере и визажисте, при этом подруга ради безупречного результата могла встать в несусветную рань и промучить меня несколько часов. Но результат того действительно стоил. Вот и в этот раз Марина предложила помощь. И после нескольких часов труда даже она заявила, что я выгляжу безупречно.

К приходу на работу я уже могла наизусть рассказать весь договор по пунктам, но все равно чувствовала мандраж. Быть может, стоило выпить успокоительное? Дома даже был какой-то сбор, который мне как-то заваривала подруга. Правда, в этот раз она отказалась дать мне выпить его, заявив, что меня может