Призрачный рай - Mila Moon

Он говорил какую-то чушь о парнях, а я думала, если попрошу у него помощи, поможет ли он или просто выставит за дверь и унизит? У него ведь есть деньги, он просто их выкидывает, будто они ненужные бумажки, а для меня это теперь большая ценность. Я больше склонялась ко второму варианту. Он не обязан помогать незнакомой девушке, которая на дух его не переносит.

Я не могла уснуть. Лежала и смотрела в потолок, какие-то мысли посещали голову и быстро убегали, не оставляя следа. Если бы это был только кошмар. Я закрою глаза, проснусь завтра, позвоню Розе, и она скажет, что с Коди все в порядке, Виджэй приходит со школы и слушает свою ужасную музыку, а Бенджамин читает утреннюю газету «Нью-Йорк таймс», пьет кофе и едет на завод. Как бы я хотела, чтобы все наладилось. Жаль, что наши желания и мечты не сбываются по взмаху волшебной палочки, по мановению щелчка.

Я так и не смогла сомкнуть глаз. Серый бездушный рассвет заполз в комнату, напоминая, что это не кошмар и не сон. Утро — это реальность, ночь — наша маска.

Моя реальность была слишком жестока, но я напомнила себе, что не могу сдаваться и должна бороться до конца.

«Все в твоих руках, Лив, и пока ты их не опустишь, выход найдется всегда».

***

Оззи

Бабы странные существа. Убеждаюсь в который раз. Понимать их логику бессмысленно, а разгадывать разные ребусы — тем более. Это целый Лабиринт Минотавра, выбраться из которого не под силу даже Тесею.

Ливия молчит уже несколько дней. Дерзкая колючка, превратилась в молчаливого и послушного ангела. В ручного зверька, который готов выполнять разные команды. Говорила, как механическая кукла, одни и те же фразы бесцветным голосом с безжизненным пустым взглядом, навевая на меня уныние. Честно говоря, это бесило. Лучше пусть спорит и скандалит, выпускает иголки, чем молчит. Резкий переход от дерзкой выскочки с острым язычком, до молчуньи, очень настораживал. Она не вписывалась в рамки моего понимания. Это какая-то новая тактика? Она объявила мне молчаливую войну?

«Бля, такой проблемной бабы еще не встречал. Кто она такая, что я сижу, как идиот, и думаю о ней?» Действительно, какого хрена я сижу в этом дурацком номере? Завтра у нас саундчек, потом внеплановое выступление в клубе на Бродвее, можно будет хорошенько оттянуться и расслабиться в компании парочки крошек. Но сегодняшний вечер не может пройти напрасно…

Я лениво потянулся к тумбочке и нажал на кнопку.

— Да…

— Чтобы была через десять минут, — рявкнул в трубку и бросил ее, довольно ухмыляясь.

Прошлепал к мини-бару и достал джек, отпивая пару глотков из горла. Подключил телефон к колонкам, и помещение заполнила одна из любимых старых песен «I Love Rock N Roll». Я начал покачивать головой в такт, размахивая бутылкой с виски.

— Я видела, как он танцевал там, у музыкального автомата. Я знала, что ему около семнадцати лет. Звучал мощный ритм, играла моя любимая песня. И я точно могу сказать, что очень скоро он будет моим, да, моим, напевая…

В этот момент в номере появилась как раз оторопевшая проблемка по имени Ливия и замерла, удивленно пялясь на меня.

— Я люблю рок-н-ролл, так брось ещё одну монетку в музыкальный автомат, малыш. Я люблю рок-н-ролл, так воспользуйся моментом и потанцуй со мной. Е-е-е-е! — начал орать я и ритмично двигаться, кивая ей. — Давай, чего застыла? Сегодня праздник!

— Какой?

— Какой, какой… Какой-нибудь! Нельзя повод найти что ли? — продолжал я танцевать под заводную и всеми любимую песню Джоаны Джетт. Девушка смотрела на меня, как на умалишенного, пока я весело дрыгался под слова «Дальше мы уже не останавливались, он был со мной, да, со мной».

— Чего стоишь, зануда? — я, пританцовывая, подошел к ней и плеснул в бокал вискаря. — Давай, расслабься, сегодня твой господин добрый.

Даже самому смешно стало от этих слов, но я сделал серьезное лицо. Она с сомнением посмотрела на янтарную жидкость и поставила на стол.

— Вы всех разбудите.

Снова «выкает».

— Тут звукоизоляция, дорогуша, — сверкнул веселой улыбочкой и включил следующую песню группы Kiss «I Was Made For Lovin' You». — Не переживай, я туда ничего не подсыпал, поэтому можешь пить.

— Спасибо, очень любезно с вашей стороны, но я не пью. Вам еще нужно что-то? — спросила она, глядя, как я выделываю разные па и подпеваю.

Бля, с таким же успехом можно было звать Эванса, он хотя бы поматерился для приличия. Что за девка странная, даже повеселиться с ней нельзя. Я убавил громкость и сел на диван, широко расставляя ноги и закидывая руки на спинку.

— У него волшебный член, что ты страдаешь? — задумчиво протянул, покачивая бутылкой, и зыркнул на нее исподлобья. Весь вечер мне пересрала, заноза в заднице.

— Что? — удивленно переспросила Ливия.

— Слушай, не тупи, а? Хотя, ты же блондинка, — отмахнулся я, видя, как она заводится, и удовлетворенно хмыкнул. Так-то лучше. — Козел, из-за которого ты ревела на крыше и отморозила себе мозги. Он лишил тебя плотских утех, и теперь ты решила вывести меня своим тупым настроением? Типа месть всем мужикам?

— У меня нет парня, — отчеканила девушка, складывая руки на груди.

— Конечно, нет, он же тебя киданул…

— Не в парне дело! — перебила она, повышая голос.

— Тогда в чем? В сексе? — я достал сигарету и подпалил, затягиваясь никотином.

— Боже, — она подняла глаза в потолок и качнула головой. — Тебе не понять, окей? Можно я пойду?

— Нет, нельзя, дорогуша, — выдохнул я дым и ухмыльнулся. «Если все упирается в бабки, милая, у меня есть к тебе выгодное предложение. Почему бы и нет?» — Как насчет новой услуги «горничная в постель»?

Ливию так перекосило, ее выражение надо было запечатлеть на камеру. Я чуть не подавился, пока громко ржал. Бля, злить ее — это высшая мера наслаждения.

— Аморальный подонок, — с вызовом бросила девушка, тяжело дыша. Карие глаза загорелись, метая искры. Смех медленно стих, я прищурился и провел пальцами по губам, чувствуя, как внутри просыпается вулкан под названием «страсть». Если он взорвется, этой крошке не повезет… или повезет.

— М-м-м… как грубо, милая, но я… — наклонился и оскалился, — хуже.

— Так нравится издеваться над людьми и унижать их, долбаный фетишист? — крикнула Ливия, сдвигая брови к переносице.

— Долбаный фетишист, — посмаковал слово, заправляя его