Вдова поневоле - Джорджет Хейер

– Хорошо, – прервал его Карлион. – Миссис Чевиот, вы уже видели библиотеку. Столовая здесь. – Он открыл дверь слева от входа. – К сожалению, она не очень удобная… все комнаты в Хайнунсе довольно маленькие и низкие… но я видел этот дом, когда он был совсем другим.

– Да, милорд, – мечтательно согласился Барроу и печально вздохнул.

– Барроу, будьте добры, пойдите к миссис Барроу и попросите ее принести в библиотеку кофе для миссис Чевиот.

Избавившись таким способом от назойливого дворецкого, Эдуард Карлион провел Элинор по остальным комнатам дома. Миссис Чевиот с удивлением отметила, что Хайнунс состоит из множества маленьких комнатушек и очень длинных коридоров. Стены большинства комнат до самого потолка были отделаны деревянными панелями. Старомодную мебель покрывал толстый слой пыли.

– Большая часть этих комнат не использовалась после смерти моей тети, – объяснил Карлион.

– О Господи, почему никто не догадался надеть на стулья чехлы? – возмутилась Элинор, в которой проснулась домохозяйка. – Ну и задачу вы передо мной поставили, милорд!

– Я очень слабо разбираюсь в подобных делах, но думаю, что теперь у вас не будет времени скучать. – После короткой паузы лорд Карлион добавил: – Домашние дела помогут вам отвлечься от обезглавленных привидений.

Элинор бросила на его светлость выразительный взгляд и вошла в приготовленную для нее комнату. По крайней мере здесь были заметны хоть какие-то следы уборки. Окна Желтой комнаты выходили на юг. Через них в комнату лился бледный солнечный свет и придавал ей веселый вид. Элинор сняла шляпку и мантилью и положила их на кровать.

– Как бы там ни было, но миссис Барроу, похоже, рассудительная женщина, раз выбрала для меня эту спальню, – заметила она. – Кстати, что это за молодая девушка, которую вы привезли из Холла, милорд?

– Я не знаю, как ее зовут, но миссис Рагби подумала, что эта девушка может вам здесь пригодиться. Она очень послушная. Вы, конечно, сами выберете себе слуг, а пока она будет вам прислуживать.

Элинор была очень тронута такой заботой и поблагодарила лорда Карлиона:

– Вы очень добры, милорд. Но раз уж мы заговорили о слугах, объясните, пожалуйста, как им платить жалованье?

– Оно будет выплачиваться из денег, вырученных от продажи имения вашего покойного мужа, – равнодушно ответил Эдуард Карлион.

– Но насколько я поняла, имение уже все заложено и перезаложено…

– Пусть это вас не беспокоит. Будет создано достаточно фондов, чтобы покрыть необходимые расходы.

– Вот оно что… – с некоторым сомнением произнесла миссис Чевиот.

В этот момент Барроу прервал их беседу, войдя в комнату и строго сообщив:

– Раз мистер Эустаз умер, над дверью нужно повесить мемориальную табличку с его гербом.

Карлион быстро повернулся. Пожилой дворецкий стоял на пороге и угрюмо смотрел на них.

– Нужно повесить мемориальную табличку, – повторил он.

– Все это ерунда! – покачал головой лорд Карлион. – Хайнунс находится в сельской местности, и я не вижу ни малейшей необходимости для такой демонстрации приверженности традициям.

– Когда умерла госпожа, – упрямо стоял на своем Барроу, – мы прикрепили мемориальную табличку, как положено.

– Ну, тогда, пожалуйста, и сейчас повесьте над дверью! – попросила Элинор.

Барроу с одобрением посмотрел на новую хозяйку.

– А дверной молоток перевязать крепом, миссис? – поинтересовался пожилой дворецкий.

– Конечно!

– Ну, вот и хорошо, – кивнул Барроу и отправился выполнять поручения.

– А вы решительная женщина, – заметил Карлион.

– Я просто женщина с понятием. Зачем обижать этих людей?

– Мой кузен с превеликим отвращением встречался с соседями и очень редко посещал балы в Сассексе, поэтому я думаю, вас не будут беспокоить гости.

– Надеюсь, вы правы, сэр! – ответила миссис Чевиот.

Они вновь спустились на первый этаж и прошли в библиотеку. В камине уже горел огонь, на столе стояли кофейник и чашки. Карлион отказался от угощения, а Элинор села, за стол и налила себе кофе. Его светлость подошел к письменному столу и выдвинул один из ящиков. Ящик был набит бумагами, и после беглого взгляда он закрыл его со словами:

– Мне придется приехать сюда через день-другой с адвокатом и просмотреть все эти документы. Будет лучше, миссис Чевиот, если вы не станете трогать бумаги, которые могут вам попасться в доме.

– Хорошо, – спокойно кивнула Элинор. – Если вы душеприказчик этого кошмарного завещания, в чем я почти не сомневаюсь, то, наверное, запрете стол на замок.

– Пожалуй, вы правы, – согласился Эдуард Карлион, – но так как, судя по всему, этот ящик не запирается, я положусь на нашу порядочность. Мне кажется, здесь мы не найдем никаких неприятных документов. – Он вернулся к девушке и протянул руку. – Сейчас я должен вас покинуть, мадам. Можете не сомневаться, ваше письмо мисс Бекклс будет отправлено без малейшего промедления. Надеюсь, уже через несколько дней она будет жить с вами в Хайнунсе.

Элинор благодарно пожала его светлости руку и сказала слегка дрожащим голосом:

– Благодарю вас. Но вы же ненадолго оставите меня здесь одну?

– Вы правы. Если вам понадобится моя помощь, пошлите кого-нибудь в Холл, и я немедленно приеду. Смерть кузена добавила мне изрядно хлопот, и я, возможно, буду вынужден отлучиться на день-другой. Завтра утром я пришлю к вам Ники, чтобы проверить, как у вас дела. До свидания! Поверьте мне, хотя я и бесчувственный человек, но прекрасно понимаю, в каком долгу перед вами.

После ухода лорда Карлиона у миссис Чевиот немного испортилось настроение. Что теперь делать, думала Элинор, и каким будет конец этого необычного приключения? Эти размышления помогли ей успокоиться и взять себя в руки. Раз уж она согласилась жить в этом запущенном доме, то должна по крайней мере сделать все, что в ее силах, чтобы навести в нем порядок.

Придя к этому решению, Элинор позвонила в колокольчик. Прошло несколько минут, прежде чем она вспомнила, что проволока порвана. Ей пришлось самой отправляться на поиски слуг. Так миссис Чевиот впервые попала на кухню.

Кухня в Хайнунсе оказалась старомодной. Элинор с удовлетворением отметила чистоту, царящую во владениях миссис Барроу. Она нашла на кухне обоих Барроу. Вместе с ними находились служанка и конюх, который сразу стушевался и быстро ушел.

Миссис Барроу оказалась дородной женщиной приятной наружности. Увидев новую хозяйку, она сразу же встала и сделала реверанс.

Элинор решила, что будет лучше с самого начала ничего не скрывать от Барроу, и вскоре обнаружила, что им все известно о ее фантастическом браке. Миссис Барроу представила ей девушку и отправила ее куда-то с поручением, а потом сложила руки на фартуке и принялась ждать, что скажет новая хозяйка Хайнунса,