Вдова поневоле - Джорджет Хейер

– Важность этой записки трудно переоценить, согласен. Так ты говоришь, ее похитили?

– Нет, я этого не говорил. Я только знаю, что она пропала. Но если бы ты видел, как ведутся дела в конногвардейском полку, ты бы не удивился, что ее могли просто сунуть не в ту папку или еще что-нибудь в том же духе.

– Оказывается, ты строгий критик порядков у конных гвардейцев! – удивленно произнес Карлион.

– Да? Торренс сказал бы, наверное, то же самое, поскольку ты не хуже меня знаешь, что в конные гвардейцы затесалось чересчур много сомнительных личностей. Там процветает взяточничество и злоупотребление служебным положением!

– Сейчас ты опять вернулся к Бедлингтону!

– К нему и некоторым другим. Подумать только, его светлость лорд Бедлингтон! – насмешливо произнес Джон. – И за какие заслуги, позвольте полюбопытствовать, он стал лордом?

– За выдающиеся заслуги на военном поприще, – пробормотал Эдуард Карлион.

– Чушь собачья! – фыркнул Джон. – Личный адъютант Регента! А если точнее, сводник Регента!.. Интересно, с какой стати я так распинаюсь об этом Бедлингтоне? Как ты думаешь, тебе удастся вызволить Ники из неприятностей?

– Да. Хотя Эустаз с радостью навредил бы ему, если бы мог.

– Каким же негодяем был наш кузен! – в сердцах проговорил Джон. – Хотелось бы мне знать, что ему плохого сделал Ники?

– Похоже, Чевиот сегодня вечером вел себя с парнем довольно грубо и бесцеремонно, – заметил Карлион. – Правда, он старался навредить не столько Ники, сколько мне. К счастью, Гринло предусмотрительно отослал сиделку, как только Чевиот начал обвинять нас с Ники во всех смертных грехах. Так что никто этого не слышал.

– А, так в «Быке» был и Гринло? Гринло – дерзкий старик, но на него можно положиться. Я бы многое отдал, лишь бы узнать, что он думает о твоих сегодняшних шалостях.

Карлион улыбнулся.

– О, я, наверное, немного перестарался, поскольку он вспомнил, как помогал мне спускаться с церковного шпиля и как извлекал дробинки из твоей ноги, Джон. Помнишь, мы тогда еще утащили у отца ружье, и я всадил в тебя заряд дроби? Гринло прочитал мне, пожалуй, такую же лекцию, какие ты читаешь Ники.

– Старый наглец! – ухмыльнулся Джон. – Гринло правильно сделал, что отругал тебя! Но, Нед, что будет с этим завещанием? Как ты думаешь, оно законно с юридической точки зрения или его можно оспорить?

– На мой взгляд, достаточно законно. Я бы не стал его оспаривать.

– Естественно, ты бы не стал, но я говорил не о тебе. Самый близкий родственник Эустаза – Бедлингтон. Сдается мне, он может попытаться оспорить это завещание на основании своего близкого родства. Когда Эустаз женился…

– Нет, нет, ты все забыл! В дедушкином завещании есть пункт, в котором говорится, что если Эустаз умрет холостым, имение должно будет перейти ко мне. Попытка сделать сегодняшнее завещание Эустаза недействительным не принесет Бедлингтону никакой пользы.

– Конечно, ты прав! Ты уже думал, кого сделать исполнителем завещания?

– Да, душеприказчиками будем мы с Финсбэри.

– Хорошая мысль – сделать душеприказчиком адвоката, – одобрительно кивнул Джон. – Только должен тебе сказать, мне совсем не нравится твое участие во всем этом деле!

– Надеюсь, мое участие в нем окажется недолгим, – заявил Карлион. Он поставил пустой стакан на стол и встал.

– Знаешь, у меня такое впечатление, что теперь ты повесил себе на шею еще и вдову.

– Ерунда! Как только завещание будет утверждено судом, она получит Хайнунс и, думаю, сможет жить достаточно безбедно, продав его.

– После того, как Эустаз стал совершеннолетним, имением никто не занимался и оно находится в совершенно запущенном состоянии. Боюсь, ей будет очень и очень непросто найти покупателя, – с пессимизмом произнес Джон. – К тому же, десять против одного, что Эустаз оставил после себя большие долги, и бедняжка с немалым удивлением обнаружит, что попала в еще худшее положение, чем раньше. Ты не знаешь, он часто обращался к ростовщикам?

– Точно не знаю, но вполне может быть. Конечно, его долги придется оплатить.

– Только не тебе! – резко возразил Джон.

– Сначала посмотрим, как пойдут дела… Ты надолго к нам приехал, Джон?

– Завтра должен вернуться в Лондон, но я, конечно же, приеду в Холл, раз у Ники все так неудачно получилось.

– Тебе вовсе необязательно возвращаться из-за этого.

– О, я и не сомневаюсь, что ты прекрасно со всем справишься и без меня! – улыбнулся Джон. – Но этому юному негоднику придется давать показания на слушании у коронера, и я не могу отсутствовать в такое время.

Карлион кивнул.

– Как хочешь. Не забудь погасить свечи, когда пойдешь спать. Я уже отпустил слуг отдыхать.

– Мне еще нужно закончить письмо. Доброй ночи, старина!

– Доброй ночи! – Карлион взял канделябр, который стоял на одном из столиков, и двинулся к двери.

Джон опять уселся за стол, но вдруг поднял голову и задумчиво огляделся по сторонам.

– И чего удивляться несносному характеру Ники! – заметил он. – У меня на ноге до сих пор остались шрамы от тех дробинок.

Эдуард Карлион рассмеялся и вышел из салона, закрыв за собой дверь. Джон несколько секунд смотрел на закрытую дверь с легкой улыбкой, потом вздохнул, покачал головой и вернулся к письму.

На следующее утро миссис Чевиот проснулась очень поздно. Ее разбудила служанка, которая принесла чашку шоколада и сообщила, что завтрак будет накрыт в гостиной, расположенной у самой лестницы. Девушка поставила медный кувшин с горячей водой на умывальник и, получив заверение, что мадам справится со своим туалетом и без ее помощи, вышла из комнаты.

Элинор села в кровати и принялась с наслаждением пить маленькими глотками шоколад. Интересно, какие из фантастических событий вчерашнего вечера, подумала она, являются лишь плодом ее воображения? Ее присутствие в этом богатом и уютном доме, казалось, доказывало, что хотя бы какая-то часть их произошла на самом деле. Элинор не могла удержаться от того, чтобы не сравнить свое теперешнее положение с тем, каким оно скорее всего оказалось бы в доме миссис Макклсфилд. Сравнение было не в пользу миссис Макклсфилд, и Элинор, будучи самой обычной девушкой, не могла не насладиться этой разницей.

Допив шоколад, она встала и подошла к окну. Из окна открывался прекрасный вид на большие сады, в которых только-только распускались подснежники. За садами раскинулся парк. Лорд Карлион, судя по всему, был богатым человеком. Элегантность и изящество, которые ее сейчас окружали, являли собой разительный контраст обветшалому дому его кузена.

Миссис Чевиот надела платье строгого серого цвета, набросила на плечи пеструю шотландскую шаль и спустилась вниз. В холле она озадаченно остановилась, не зная, куда идти дальше. Но к ней тут же вышел дворецкий, вежливо поклонился и проводил в уютную гостиную с камином, где горел яркий огонь. Хозяин дома со своими братьями ждал гостью.