Притворись моей на 7 дней - Анастасия Сергеевна Малышева

Стас недоверчиво покачал головой и промолчал, подумав о том, что фотография из подобного места будет неплохим подтверждением отношений. Ещё раз проговорил это мысленно — напомнил себе, что стоит всё же относиться чуть серьёзнее, чем к обычному свиданию.

Автобус полз по дороге медленно — поднимался в горку. Вероника продолжала прижиматься к плечу то ли не замечая, то ли специально, поддерживая заданные на день роли.

Негромко вещала экскурсовод, рассказывая другой парочке, что находится за окном.

Слушать их было не очень удобно — слишком тихо, — но и самим разговаривать было не очень удобно. Или, скорее, не было ничего, что им требовалось бы срочно обсудить.

И всё же, нужную остановку Стас встретил с облегчением.

Хотя его нельзя назвать болтуном, молчание с Вероникой воспринималось неправильно. Как если бы у них было огромное множество тем для разговора, но ни один из них не решался начать беседу.

Глупость, конечно, но до невозможности упорно возвращавшаяся в голову на протяжении всей поездки. Пусть даже та была не такой уж долгой, это всё равно напрягало.

Выйдя из автобуса, Стас с облегчением выдохнул и, помедлив, протянул Веронике руку. Больше в шутку, конечно же. И нескрываемо изумился, когда девушка сжала его ладонь и невинно улыбнулась.

Они отошли в сторону от автобусной остановки, перешли дорогу, выходя из-под деревьев, и остановились, рассматривая представший перед ними наконец во всей красе холм. Стас был несколько озадачен — отчего то он был уверен, что автобус едет дальше, ближе к вершине. Но сейчас перед ними возвышалась практически настоящая гора: крутые склоны, редкая трава и какие-то кусты. И ведущего наверх пути поблизости не наблюдалось.

Но Веронику, казалось, это совершенно не смущало. Она смотрела на гору, по недоразумению названую холмом, с искренним восторгом. Даже руку крепче стиснула, как будто удерживая саму себя от того, чтобы ринуться вперёд.

— Пойдём искать подъём? — задумчиво уточнил Станислав.

— Пойдём… Но, может, лучше фуникулёр?

Вероника указала на правую часть склона, где было видно неспешно поднимающиеся сиденья.

Мужчина задумчиво пожевал губами и выдохнул.

— Возможно обычный подъём там тоже где-то неподалёку. В любом случае идём туда. В крайнем случае, там наверняка подскажут что, как и куда дальше.

Девушка лишь усмехнулась, вновь позволяя себя вести.

Они медленно шли вдоль дороги, и Стас не мог отделаться от мысли, что у него дежавю. Повторялась ситуация, что и пару часов назад, когда они почти так же шли к храму Зевса. Только сейчас их пальцы были переплетены, прямо как у настоящей парочки. И окружали их сейчас не дома, а только лишь деревья и кусты — даже дорога дальше рассчитана исключительно на пешеходов.

— Как думаешь, что это? — Ника указала на кусты, выше по склону.

— Выглядят как кактусы… Может, кактусы?

Вероника искренне рассмеялась, и Стас не удержался от улыбки. Хотя он просто затупил, но реакция девушки ему понравилась. По-настоящему понравилась, а не как подтверждение чего-либо.

Нельзя сказать, что у горы были углы, тем не менее тротуар, по которому они шли, вдруг расширился, превращаясь в небольшую площадь. И вот здесь народа было гораздо больше.

Небольшая кафешка со столиками снаружи, и рядом приличная очередь к фуникулёру. Лестница, к слову, шла чуть левее фуникулёра, и убегала вверх достаточно круто, забирая при этом в сторону — параллельно канатной дороге. И при этом она была практически пустая.

— Итак. Что ты выберешь?

Стас с Никой остановились неподалёку и теперь внимательно рассматривали оба варианта.

Лестница привлекала отсутствием очереди, но настораживала крутизной. Это себя Станислав знал хорошо и считал, что подъём не составит труда, а вот в Нике он настолько уверен не был. Да и в целом сомневался в том, насколько правильным будет тащить девушку по лестнице. Вряд ли это прибавит им понимания, а ей любви к его методам и предпочтениям.

— Фуникулёр? — задумчиво произнёс Станислав.

— Лестница!

Они произнесли слова одновременно и переглянулись.

— С фуникулёра ты сможешь полюбоваться видами ещё и на холм.

— А на лестнице мы в любой момент сможем остановиться, и точно так же полюбоваться, просто с другого ракурса, — с улыбкой предложила Ника.

— Ты уверена? На фуникулёре будет быстрее.

— А мы разве спешим? — девушка наклонила голову набок и прищурилась.

Хитрый взгляд, лёгкая полуулыбка, ладонь, которая по-прежнему сжимала его собственную — не вызов, но провокация, близкая к флирту. Но, гораздо легче, невесомее, чем те подначки, которыми раньше увлекалась Нинель. И — не напрягает.

Внутри не сжалась пружина, не поднялся протест. Даже наоборот, на лице появилась ответная улыбка — такая же лёгкая, почти не заметная, и совершенно расслабленная.

В действительности, подъём оказался не так сложен, как предполагал мужчина.

Крутыми оказались лишь первые пару пролётов, которые они преодолели достаточно легко. И солнце сейчас припекало не так уж сильно, и ветер освежал, позволяя не бояться теплового удара или чего-то ещё. А потом и лестница стала более комфортной: ступени шире, сам подъём не такой крутой, а в паре мест даже попадались лавочки с крышей, увитой зелёным плющом. Видимо как раз для тех смельчаков, что переоценили свои силы.

Склоны горы-холма были усыпаны в основном кустарниками. Но дальше, в стороне виднелись и заросли невысоких деревьев, густо усыпанных цветами, чей сладкий с нотками цитруса аромат долетал даже до шествующих по лестнице.

Стас подозревал, что подход к неизвестной плантации находится где-то с другой стороны, но им всё-таки было не настолько любопытно, чтоб возвращаться и идти туда. К тому же, самым интересным для них было узнать, что это за деревья, а это совершенно точно не стоило того — вряд ли там могло быть что-то интереснее плодов, но для них сейчас ещё слишком рано.

Наверху лестницы ждала ещё одна мини-площадь. Шумная, заполненная снующими туда-сюда восторженными парочками. Некоторые фоткались, некоторые обнимались, некоторые рассматривали высеченную на камне карту с подписями на греческом, а то и древнегреческом языке.

— Ну что? Храм или местный театр?

Вместо ответа Вероника потянула Стаса ближе к ограде, к месту, откуда открывался вид на город.

От него действительно захватывало дух.

Домики, улицы и ездившие по ним машины отсюда казались совершенно игрушечными. Ненастоящими почти. Словно они вдруг стали великанами и ничего вокруг не существует, кроме них самих.

Вероника выпустила руку, вцепляясь в заграждение и с нескрываемым восторгом глядя на город. Стас, совершенно естественно, даже не задумавшись, положил руку на её спину, чуть выше талии — поддерживая и придерживая, — но и его взгляд при этом был устремлён лишь на