Ради неё и тебя - Ивето Витко

— Всё давай, — вставая из-за стола, попросил Карпов.

Хозяйка вышла в соседнюю комнату, а Макар, ожидая её, прислонился к дверному косяку.

— Отдыхай, — сказал он Насте.

— Я у Надежды спрошу. Может она мне работу придумает, — поделилась своими планами Анастасия.

— Хорошо, — разрешил Карпов, а потом строго предупредил. — Если позвонит тебе кто-нибудь, не отвечай на звонок на всякий случай.

— Я не дура! — закатила к потолку глаза Настя.

— Знаю. Это я так. На всякий случай, — остудил её Карпов, наблюдая, как возвращается Надя с кучей одежды.

Когда Макар вышел в коридор переодеться, Надежда, проводив его взглядом, вздохнула:

— Хороший мужик. Жалко, что столько горя хлебнул. Ты уж не обижай его.

Макаровой очень хотелось расспросить Надю о том, что значили её слова, но в комнату заглянул Карпов.

— Там вода на газу кипит, — сказал он хозяйке.

— Это я поставила воду посуду мыть и забыла, — спохватилась Надя.

— Можно я помою посуду? — вскочила из-за стола Настя.

— Если есть желание, то помой, а я пойду скот кормить, — разрешила Надежда.

— Развлекайся, Настёна, — улыбнулся Карпов. — Я — на огороде.

Глава 19

Настя помыла посуду, а затем взялась помогать Наде готовить ужин. Макарова чистила и жарила картошку, нарезала колбасу, солёные огурцы, после — смотрела с детьми телевизор.

Пахом и Макар тем временем закончили работу на огороде, параллельно вытопив баню и отправились мыться. Пока мужчины парились в бане, Надя и Настя накрыли на стол.

Придя из бани, Пахом сразу направился к столу:

— Ой, Надюша, расстаралась! Хороший стол накрыла. Молодец. Не стыдно перед гостями. А что ж ты водочки не поставила?

— Пахом, одна бутылка на двоих — и всё, — строго предупредила Надя.

— Давай, давай, неси уже. Не трещи! — поторопил жену Соловьёв.

Надежда вышла на кухню, где стоял холодильник, и вернулась с бутылкой водки, которую утром Макар купил в столичном магазинчике.

— О, пшеничная! — воскликнул Соловьёв. — В наш сельский магазин такую давно не завозили. Значит ты, Карп, привёз. Спасибо! Уважил старого друга. Давайте-ка все за стол. Надя, детей зови.

Семья Соловьёвых, Настя и Макар сели за стол.

— Может ты тоже хочешь в бане помыться? — спросила хозяйка Настю.

— Не люблю баню, — отказалась Макарова.

— Зря, Настенька, не желаешь попариться, — разливая водку, изрёк Соловьёв. — Баня всю хворь из организма выводит. Давайте за здоровье выпьем.

— Что ж ты, Пахом, себе и мне налил водки, а дамам не предложил, — упрекнул хозяина Карпов.

— Моя жена непьющая. А ты, Анастасия, выпьешь беленькой? — Соловьёв жадно смотрел на бутылку водки, стоящую на столе.

— Нет, спасибо. Я водку не пью, — отказалась Макарова.

— Извиняй. Других алкогольных напитков в доме не держу, — хохотнул Пахом.

— Я компота за здоровье выпью, — решила Настя.

— И я, — поддержала её хозяйка.

Сперва ужин протекал довольно хорошо. Хозяин суетился, просил гостей не стесняться и пробовать то одно, то второе из блюд, стоящих на столе, однако после того, как бутылка водки опустела, Соловьёв, грозно глянув на жену, безапеляционно потребовал:

— Надька, неси вторую!

— Где я тебе возьму? — попыталась противостоять мужу Надежда.

— Будто не знаешь, где хранишь! — возмутился Пахом. — Сама принесёшь или мне сходить?

Надя осуждающе покачала головой, но вышла на кухню и принесла вторую бутылку.

— По одной, и на этом — всё, — предложил Карпов.

— Ты что выпить со мной не хочешь? — взвился Соловьёв. — Обижаешь меня! Как помощь понадобилась, так пришёл, а выпить брезгуешь! Скажи: брезгуешь?

Карпов подал свою рюмку:

— Не брезгую. Давай выпьем.

Дальше всё стало плохо. Соловьёв пил одну за одной, не обращая внимания на то, что остальные сидящие за столом этого не одобряют. Разговор не клеился.

— Вот сидим мы, выпиваем, — вдруг сказал Пахом после очередной выпитой рюмки, — а ребятки-то мертвы. Не выпьют. Помнишь, Макар, Блондиничка, Вепря, Худого, Девятого. А помнишь того молоденького, которого мы "Неделькой" звали, потому что он всё повторял: "Ещё неделька и домой." Помнишь его?

— Я всех помню, — хмуро отозвался Карпов.

— Давай помянем мужиков. Земля им пухом.

Соловьёв налил себе и Карпову полные рюмки, и они выпили их до дна.

— Давай сразу ещё по одной, — Соловьёв протянул руку к бутылке.

— Уже выпили. Хватит, — вдруг резко сказала до этого молчавшая Настя. — Вы детей пугаете.

— Дети, спать. Бегом! — приказал Соловьев.

Мальчишки вскочили и опрометью выбежали из комнаты. Соловьёв пьяно покачал головой и обратился к Насте:

— Тебе, Анастасия, Макар рассказывал, что у нашей бригады девиз был "Мы — бизнес-партнёры смерти." Как тебе? Север придумал! — глаза Соловьёва загорелись.

— Хватит Пахом! — потребовал Макар, заметив, как Надя украдкой вытерла выступившие слёзы.

— Ты мне рот, Карп, не затыкай! — стукнул по столу кулаком Соловьёв. — Я тут хозяин. Давай выпьем!

— Пахом, угомонись уже, — не выдержала Надя.

— Вали, нафиг, с пляжа, Надька! — крикнул Соловьёв жене. — Весь кайф своим нытьём портишь. Дай с другом посидеть, расслабиться.

— Пахом, иди спать, — дрожащим голосом попросила жена. — Гости в доме, а ты упился в усмерть.

— Молчать! — перешёл на визг хозяин дома, вставая из-за стола и, покачиваясь, выходя в коридор, на ходу поясняя, — Сейчас перцовой водочки принесу. Берёг для особого случая.

— Извини, Надя. Не надо было мне у вас появляться, — тихо сказал Макар, когда Соловьёв исчез на кухне.

— Не в тебе дело. Он бы всё равно напился. С тобой или без тебя, — обречённо махнула рукой Надежда.

— Почему вы терпите это? — возмутилась Настя.

— Ничего, ничего, — успокоила Настю жена Соловьёва. — Ты же видела: Пахом тихий, если трезвый, а вот напьётся и выступает. Утром прощения вымаливать будет, а вечером опять напьётся, потому что ему стыдно за себя. Так и живём.

— Давно начал пить? Работает где-нибудь? — хмуро распрашивал Карпов. — Он же мне, когда