Мои любимые преступнички - Ирина Соркина

аэропорт, получили свою огромную белую сумку и отправились в никуда. Даже сумка сегодня напоминала мне Кернию. Белая, как мои родные снежинки! Родина уже начала звать меня. Но Вилли улыбался, вдыхал свежий осенний воздух, наслаждался природой. Неужели ему не больно? Я смотрела на него и не могла понять, что с ним происходит. Наверное, он не хочет показывать мне своего состояния. Мне тоже нужно отвлечься, ведь теперь новая страна должна стать нашим домом. А там в Кернии остались родители, знакомые, и…бывшие друзья — Кэрн и Лутте. К счастью, моих родителей не было в Кернии, когда мы ломали туннель. Вряд ли бы они нас поддержали. Они уехали в другую теплую страну, Рио-раджи, и к счастью, ещё не вернулись. Наверное, стоит им посоветовать остаться там или перебраться в Сокко, мало ли что может случиться на Родине.

Вилли катил сумку по ровному красному асфальту, а с двух сторон от дороги росли золотые цветы.

— Алла, сегодня вместо снежинки я подарю тебе цветок! — сказал мне муж и уже нагнулся, чтобы сорвать его.

Лучше бы он подарил мне снежинку! Я горько вздохнула, отвернулась от него и позволила слезам вырваться наружу.

— Я хочу в Кернию! Я больше не могу!

Вилли нежно прижал меня к себе:

— Алла, это я во всём виноват! Но мы прорвёмся! Нам здесь понравится, а если нет отправимся куда-нибудь ещё, например, в Рио-раджи к твоим родителям.

Но я плакала без остановки. Я не могла притворяться, что все хорошо, не могла поддерживать мужа. Меня лишили чего-то очень важного. Или я сама во всем виновата? Ведь именно я предложила Вилли осуществить мечту: попробовать стать президентом Кернии. Я уткнулась в грудь мужа, чувство вины просто сгрызало меня.

— Это я один во всем виноват! — успокаивал он меня, но от этих слов становилось ещё больнее. Но я всё-таки справилась с собой. Вилли не должен видеть моих страданий. Я улыбнулась сквозь слезы, и мы отправились искать гостиницу.

Глава 49

Гостиница оказалась за соседним поворотом. Нам она сразу понравилась, маленькое, аккуратное розовое здание. Мне показалось, что оно похоже на снежинку. Нет, это невозможно, я должна прекратить во всем видеть Кернию. Гостиница розовая, круглая и не имеет ничего общего со снежинкой.

Видно, я размышляла вслух, потому что Вилли вдруг вмешался:

— Аллочка, мы с тобой видели много разных снежинок, да и льдинок тоже. Пусть эта гостиница будет розовой снежинкой. И ты так не переживай, здесь тоже скоро будет зима!

— Она будет, — прошептала я, — но не такая холодная, как у нас, не такая снежная, не такая….

Я опять начала всхлипывать. Но Вилли вытер мне слезы, поцеловал, взял под руку, и мы торжественно вошли в здание. Небольшая люстра освещала зал, Вилли усадил меня на маленький кожаный рыжий диван, а сам подошёл к стойке регистрации, где из небольшого окошка выглядывала улыбчивая девочка с длинными черными косичками. Было раннее утро, и кроме нас людей в холле не было. Мне показалось, что девочке на вид лет тринадцать. В Кернии дети в этом возрасте ещё не работали. Керинчане берегли своих детей. Но здесь похоже все было иначе.

Девочка улыбнулась Вилли.

— Вы к нам надолго?

— Посмотрим, — ответил ей муж, — у вас есть свободная комната?

Она кивнула и с гордостью произнесла:

— Всего одна, но зато прямо напротив нее живёт наш бывший президент — Рульг. Он часто гостит в нашей гостинице.

Я схватилась за голову. Нет! Только не президент! Неужели в мире больше не существует других профессий!

Вилли взглянул на меня:

— Тебя что-то смущает?

— Да, нет! Давай хотя бы куда-нибудь заселимся.

Мне не хотелось больше искать, а Рульгу мы вряд ли будем интересны.

Вилли оплатил две ночи, и мы поднялись на второй этаж в нашу комнату. Маленький белый шкаф, небольшая двуспальная красиво застеленная кровать и две пары белых тапочек услужливо стояли возле нее. Я поняла, что не могу видеть белый цвет, он напоминает мне снег, и от этого печаль с новой силой накатывает на меня. Несколько часов назад, мы еще были там в любимом доме, в которой я обожала каждый угол. Там мы встречали гостей, веселились, смеялись, угощали Кэрна и Лутте фруктами… Я поймала себя на мысли, что уже скучаю по нашим друзьям. Нужно забыть, выбросить их из головы! Они враги, особенно Кэрн. Пока я мучалась со своими воспоминаниями, Вилли затолкал сумку в шкаф. Похоже, это было непросто, нашего великана трудно было куда — то пристроить. Я оглядела почти пустую комнату, не раздеваясь, упала на кровать и сразу же заснула.

Дорогие читатели, оставляйте, пожалуйста, комментарии.

Глава 50

Я открыла глаза, в комнате было темно. Как же мне не хотелось вспоминать случившиеся. Я не в Кернии! Не в Кернии! От этой мысли хотелось кричать, плакать, носиться по этажам гостиницы …. Я прервала себя: "Начинаю новую жизнь ради Вилли! Он должен ещё порадоваться! Я не имею права стать нытиком и капризулей. Я не позволю себе сойти с ума!" Я подошла к окну и распахнула шторы, наступил вечер, люди бродили по улице, по дорогам мчались разноцветные машины, а фонари лениво освещали суету города. Я сделала несколько вздохов и почувствовала облегчение. Почему — то мне захотелось, чтобы дверь распахнулась и в комнату вошёл Кэрн и рассказал мне новую сказку. Рука потянулась к телефону, но я резко стукнула себя по пальцам. Безумие! Наваждение! Кэрн — враг! — закричала я и несколько раз повторила эти слова как мантру. Нужно найти Вилли и поцеловать его, тогда все эти мысли оставят меня в покое. Правда, куда пропал муж? Он же тоже не спал почти всю ночь! Мы должны были уснуть в обнимку. Я немного перепугались. Нужно найти его! Я вышла из комнаты и спустилась на первый этаж по красивой расписной лестнице. Вилли сидел в холле и разговаривал с незнакомым пожилым мужчиной. Своей белой пушистой бородой собеседник напоминал сказочного старца. Муж увидел меня и позвал. Интересно, с кем это он беседует?! Новые знакомства, это возможность притупить старую боль. Эта мысль улучшила мне настроение и я уселась на большое оранжевое кресло рядом с Вилли.

— Моя жена, Алла! — представил меня Вилли, — а это Рульг- президент Сокко.

— К счастью бывший, — поправил его Рульг.

Я побледнела. Опять президенты! Опять политика! Я больше не выдержу.

Рульг приветливо улыбнулся мне и сказал:

— Мне тут Вилли рассказал о