Его тайная дочь - Кира Шарм

Видно, еще не привык к чужой боли. Не закостенел.

– Как бы нам этого не хотелось.

Разводит руками.

Я пытаюсь выпить воды, но не выходит.

Зубы ударяются о стакан.

Половина воды разливается на стол и на одежду.

– Ну. Успокойтесь.

Он начинает гладить меня по волосам, как маленькую.

– Послушайте, Лада. При таких переломах это еще очень хороший прогноз. Поверьте мне. У вашего брата есть шанс. И знаете, люди могут и в инвалидном кресле жить почти полноценной жизнью. Многие даже женятся и заводят детей. Ваш брат еще молод. Он справится.

– Да. Наверное, – всхлипываю.

Все его слова доходят до моего сознания слишком медленно.

А лучше бы вообще таких слов не слышать. Никому такого не пожелаю!

– Когда нужно делать первую операцию?

Пытаюсь собраться и вернуться к реальным вопросам.

– Максимум через месяц. Затягивать нельзя. Может быть слишком поздно. А лучше как можно раньше. В идеале дня через три.

– Хорошо.

Киваю. Нужно идти маленькими шагами. Сначала одна операция, потом другая.

А после, может, и прогноз доктора изменится!

– Сколько это будет стоить?

– Вот сумма.

Он показывает мне прайс и у меня все расплывается перед глазами.

Буквы и цифры просто прыгают перед глазами, никак не желая сложиться во что-то связное.

– Сколько?

Но конечную сумму я все-таки увидела.

И очень надеюсь на то, что это просто обман зрения.

Потому что….

Потому что это цена примерно половины нашей с Матвеем квартиры! Где мне взять такие деньги?

– Все верно. Вот эта конечная сумма. Это без реабилитации. Но она уже выйдет дешевле, конечно.

– Спасибо , доктор.

Я беру листок с прайсом.

Зачем-то думаю о том, как странно, что у меня не дрожат руки.

Поднимаюсь на негнущихся, совершенно деревянных ногах и , как зомби, глядя в одну точку, направляюсь к двери.

– Лада. Вам нужно держаться и быть сильной. Иначе вы свалитесь и вашему брату будет некому помочь, – долетает голос доктора мне в спину.

Как в тумане.

– Держитесь. Потому что именно вам придется поддерживать его морально. Не дать скатиться в депрессию. Эмоции очень важны для выздоровления!

- Спасибо. До свидания, – бормочу, даже не оборачиваясь.

Так и глядя перед собой. В никуда.

Даже не захожу к Матвею попрощаться.

Собиралась, но, к счастью, не пообещала ему этого.

Так и иду , как лунатик, вперед.

Ничего перед собой не видя.

А слезы просто текут по лицу.

Что делать?

Наши родители давно погибли. Разбились в автокатастрофе. Черт! И мы с Матвеем же чуть было не повторили их судьбу!

Уже три года прошло. Как мы с Матвеем совершенно одни! И помощи нам ждать неоткуда!

Мы очень долго учились справляться. Это было так непросто!

Мне только исполнилось восемнадцать тогда. Матвею и вовсе было всего тринадцать! Совсем ребенок!

Да и я. Пока родители были живы, я в шестнадцать уже казалась себе безумно взрослой. Но тогда… Тогда, в те страшные дни поняла, что я тоже. Совсем недалеко ушла от Матвея.

Чувствовала себя маленькой и совсем беспомощной.

Все ждала, что кто-то придет и решит все наши проблемы.

Да только приходить было некому!

Тогда почти все сбережения , которые от родителей остались, пришлось отдать представителям разных органов.

Они тогда просто как мухи на мед, на нас с Матвеем слетелись!

Мне очень дорого и непросто обошлось, чтобы опека оставила его со мной, а не забрала в детский дом. Тогда пришлось с ними биться чуть ли не насмерть!

Ведь кем я была тогда?

Просто девчонкой.

Без работы, которую срочно пришлось искать и браться за любую, даже самую черную. Без образования…

Но я победила тогда! Не могла отдать родного брата в детский дом! Даже с ним приходилось бороться, потому что братишка тоже хотел помочь.

Шел устраиваться на работу. Курьером. И даже мести дворы!

Но и за это именно я получала по шапке. Потому что они называли это эксплуатацией ребенка!

Говорили, что я не справлюсь.

А мы вот. Справились.

И Матвей мне все время помогал! Всегда находил какие-то подработки!

А теперь? Как мне справиться с этим теперь?

– Мамочка, папочка, ну зачем вы нас одних оставили? Мне так трудно!

Бормочу просто в пространство. В воздух.

Я часто так делаю. Разговариваю с родителями. Мне их безумно просто не хватает!

А еще…

Еще я верю, что они меня слышат!

И Матвей так делает. Тоже. Слышала, когда проходила несколько раз мимо его комнаты.

А ведь все начало как будто налаживаться!

Мне даже университет почти удалось закончить!

Заочно, правда, но все же! И я учусь прекрасно, преподаватели говорят, что у меня хорошие перспективы. Даже на кафедре предлагали остаться.

Совсем недавно я ночью говорила родителям, что у нас все хорошо! Что они бы радовались за нас и нами бы гордились! А тут….

Проклятая машина с каким-то мажором просто уничтожила все то, что мы с братом таким трудом все эти годы выстраивали!

Он скрылся с места аварии.

И при этом его невозможно найти!

Почему-то нигде не зафиксирован его номер машині, хоть я его и прекрасно запомнила!

Наверняка он уже успел откупиться. Один из тех, кто думает, что им все можно и за это ничего не будет.

Я. Я была за рулем!

Пошла учиться водить. Только-только сдала на права!