Жена генерала - Катерина Александровна Цвик

Пока я наслаждалась вкусом, принц предложил испробовать заморское лакомство всем сидящим за столом, а потом внимательно вгляделся мне в глаза. Как-то слишком уж внимательно.

— Эмма, может, сейчас вы передумаете и решите отправиться со мной в Кахет? Мы уедем прямо сейчас, и я обещаю, вы не пожалеете о своем решении!

Под его странно-испытующим пристальным взглядом шоколадное наваждение схлынуло. Он что, думает, что я продамся за конфету?! Высокого же он обо мне мнения. Поэтому ответ получился довольно резким:

— Ваше угощение очень вкусное, ваше высочество, а ваш гарем, я уверена, всем хорош, но буду с вами честна: я не готова стоять в очереди в вашу спальню.

Отчего-то мужчина не торопился отвечать на мой выпад, а продолжал всматриваться мне в глаза:

— Вы уверены? — наконец, вкрадчиво спросил он. — Я предлагаю вам уехать со мной, стать моей женщиной.

Подобная настойчивость удивила, но больше всего меня обеспокоил его взгляд. Будто я должна была ответить что-то совсем иное. Он точно знал, что должна была, но я говорила не то.

— Уверена, — нахмурилась и увидела, как зло и стремительно он обернулся к Азире, которая смотрела на меня, не скрывая улыбки и торжества.

Да что здесь происходит?! В голове застучали панические молоточки, сердце забухало с утроенной силой, а потом пропустило удар, потому что в это мгновение я поняла: самое ужасное, из-за чего я переживала последние дни, что так тревожило и не давало спать по ночам, только что свершилось.

Но что?! И как?!

Взгляд упал на резную коробку, стоявшую в середине стола. Я вспомнила, как сильно меня потянуло к шоколадной конфете, как невероятно сильно мне ее захотелось, именно ту, что в середине, и никакую другую. В голове пронеслось сказанное мною же в трансе «Другая колдунья ворожит», и я тяжело сглотнула.

Принц тем временем переводил острый взгляд прищуренных глаз с меня на Азиру.

— Что вы мне дали? — осипшим голосом спросила я.

Желваки на скулах принца заиграли, крылья орлиного носа затрепетали, выдавая его напряжение.

— Азира… — он ухватил сидевшую рядом женщину за предплечье и сжал с такой силой, что она поморщилась, но улыбаться не перестала и что-то тихо зашипела ему в ухо.

Но сейчас, в минуту сильнейшего напряжения, я сумела расслышать ее слова:

— Ты сам попросил, чтобы колдунья сделала так, чтобы она стала твоей. Так вот, сегодня же генерал сам от нее откажется, и она никому не будет нужна! Ей ничего не останется, кроме как отправиться с вами в Кахет или в монастырь. А я уверена, эта хитрая тварь выберет вас. — И тут же громко, чтобы услышали все, ответила на мой вопрос: — А что тебе дали? То же самое, что и всем — попробовать конфеты, — и на ее губах появилась воистину змеиная улыбка.

Я же ощутила, как наливается жаром тело и заныло внизу живота. Я судорожно втянула ртом воздух. Это не укрылось от взгляда принца, и он сжал руку Азиры еще сильней:

— Что с ней происходит? — прошипел он сквозь зубы.

— Скоро узнаете, мой принц, — рассмеялась ему в лицо женщина. — Вам понравится. Зачем вам дети от снулой северянки?

— Эмма, что с тобой? — заметила мое состояние Эльна. — Тебе плохо?

— Да, — прохрипела я, делая усилие, чтобы не согнуться пополам от боли в животе. — Плохо. Мартину… позовите Мартину.

В этот момент в гостиную вошел слуга, хотел объявить нового гостя, но его бесцеремонно отодвинули, и в комнату быстрым шагом вошел генерал. Он увидел меня и глаза его расширились — видимо, я побелела, как полотно. По крайней мере, мне так казалось.

— Эмма! — он бросился ко мне, встал на колено и взял мою руку.

«Поздно, мой генерал. Ты не успел», — пронеслось у меня в голове.

— Серж, — уже прошептала я. — Мартина. Позови Мартину… — и, не сдержавшись, застонала, заваливаясь боком на диван, не в силах терпеть боль.

— Эмма больна?! — сквозь шум в ушах услышала я визгливый возглас Азиры. — Чем она больна?! Это не заразно?! Ваше высочество, вы обязаны сейчас же увести меня отсюда! А вдруг у нее оспа?!

Тут же вокруг загудели, загалдели, зашумели отодвигающиеся стулья, и только прохладная рука Сержа, крепко сжимавшего мои пальцы, не давала окончательно потерять самообладание.

Меня отравили. На виду у всех. Поманили зачарованной конфеткой…

Как смешно и банально. И как больно. Как же больно…

Глава 22 

Генерал Серж эн Даркен

Мужчина вышагивал по комнате, в которой остались только мачеха и отец Эммы. В кармане его кителя лежала странная, полная тревоги записка девушки, и жгла ему грудь. Он не успел! Она его звала на помощь, а он не успел.

Прочитав записку, он удивился, даже подумал поначалу, что это очередные бабские уловки, но потом опомнился. Какие уловки? Зачем они Эмме, когда у них свадьба через два дня, и у нее сейчас дел столько, что вдохнуть некогда.

Он не понимал, почему женщины уделяют столько внимания свадебным приготовлениям. Неужели нельзя сделать обычный бал и не забивать себе голову всякой ерундой? Но это же женщины! Пусть занимаются своими финтифлюшками, раз им это так нужно.

И тут эта записка. У него и самого дел по горло, ведь сразу после свадьбы он с молодой женой и своими людьми тронется в путь. Но проигнорировать записку, написанную в таком тревожном тоне, он не смог. Немного задержался, чтобы раздать распоряжения, и отправился в путь.

А уже почти у самого дома Эммы его чуйка на опасность внезапно взвыла дурным голосом. Именно она не раз выручала его в самых сложных и опасных ситуациях. Невольно он пригнулся и вильнул на лошади вбок, будто прячась и пытаясь уйти от стрелы. Но на него никто не нападал, только прохожие посмотрели с опаской, а тревога внутри росла и росла. И чем ближе он подъезжал