Верните, где взяли, или Попаданка для дракона - Лана Морриган

– А вы еще не продали гувернера? – брезгливо поинтересовалась тетушка, с алчным блеском в глазах смотря на Лею. – Глупая и совершенно бессмысленная трата денег. Эти зверушки давно себя изжили. Да и потом, Алиета, дорогая, – она положила свою пухлую ручонку на руку моей матери, – я начинаю переживать за Айзека. Вместо того чтобы подумать о создании собственной семьи, он спускает баснословные суммы на говорящего зверька. Твоей Зизи это все равно не поможет стать утонченной леди. Такими, как мы, нужно родиться.

Утонченная – это она себе польстила и окончательно перегнула палку, позволив такое высказывание в сторону моей сестры. Впрочем, сегодня лишним было все, что вылетало изо рта тетушки. И настала пора поставить ее на место.

– Запомни, моя спелая вишенка, – на долю секунды опередила меня с высказыванием Лея, обращаясь к Зинель и нарушая образовавшуюся тишину за столом. – Истинная леди с достоинством воспринимает чужое невежество и завистливые реплики. Мы на них лишь снисходительно улыбаемся и одним лишь преисполненным собственного достоинства взглядом ставим оппонента на место, – мягко улыбнувшись Зизи, гувернер бросил уничижительный взгляд в сторону тетушки, после чего оскалился в улыбке.

Зря именно в этот момент Гейбл набила рот эклерами. Подавилась.

– Спасибо за завтрак, но, к сожалению, мне уже пора, – воспользовался я моментом, подмигнув сестре и поднимаясь из-за стола. – Матушка, отец, – почтительно кивнул я родителям, с неохотой попрощавшись и с сестрой матери. – Тетушка.

Едва я вышел за пределы столовой, как прямо на ходу сменил внешность на неприметного Донована, личину которого придумал для присутствия на этапах отбора, и переместился на площадь.

С минуты на минуту невесты начнут выходить из порталов и пытаться выполнить задание.

Глава 19. Позвольте мне дышать

– Ой, мамочки, – пищала я, ухватившись за спинку кровати. – Ой, мамочки! – вцепилась сильнее, стараясь удержаться на ногах. – Может, хватит?! – возмутилась я. – Позвольте мне дышать!

– Если леди удается так громко разговаривать, значит, корсет затянут недостаточно туго, – выдала одна из служанок, в очередной раз дергая за шнуры.

– Я поняла, – я дернулась всем телом. – Хорошая леди – мертвая леди.

– Боги Первородных с вами, леди Станислава. Мы же хотим придать вам привлекательности.

– А привлекательность состоит в том, чтобы у леди вылезли глаза? – буркнула я.

– Вам нужно выдохнуть, – наседала служанка. – Талия станет совсем тоненькой.

– Она у меня и так не толстенькая, – ответила я, еще больше надувая живот.

– А ваша грудь, – младшая из девушек подошла так, чтобы я ее видела и приложила ладошки у ключиц, – станет еще заманчивее. Леди Лиора Великолепная для этого даже использует специальные подушечки.

– А ну цыц! – оборвала ее вторая служанка. – То, что происходит в спальне леди, остается только в ее стенах. Ясно?

– Ясно…

М-да, а здешние девушки ничем не отличаются от наших. Что уж греха таить, и у меня были бюстгальтеры с “подушечками”. Только вот счастья они мне так и не принесли, если не считать тех моментов, когда я снимала это орудие пыток.

Надеюсь, хоть в другом мире красивая грудь поможет в достижении своей цели. А я ее достигну! Мне нельзя проигрывать. Если у соперниц на кону стояло замужество, то у меня – жизнь!

– Затягивайте, – произнесла я на выдохе. – Я должна быть самой красивой.

– Вот это правильное настроение, леди. Вы такая хорошенькая. Такая тоненькая. И волосы у вас красивые, и глазки выразительные. И все это без магии. Наш принц будет очарован, – расхваливала служанка, лишая меня кислорода.

– Я оч… оч… очень на это надеюсь, – выговорила с третьей попытки, пока женщина закрепила корсет и спрятала лишние ленты под нижнюю юбку.

– Осталось немного, – подбодрила она меня, когда я повернулась к ней лицом, чуть приподнимая руки, чтобы не мешать надеть на меня атласный верх.

– С ума сойти, – прошептала я, приноравливаясь дышать поверхностно. Ощущения были такими, словно меня придавило каменной плитой.

– Ну вот, – женщина отошла и осмотрела меня с довольной улыбкой. – Мы еще никогда не одевали такую красавицу. Так ведь, Милашка? – она обратилась к своей помощнице.

– Правду говорите. Чистую правду, – закивала девушка.

– Спасибо, – ответила я, покачиваясь в неудобных туфельках. Я могу с полной уверенностью сказать, в этом мире удобную обувь или презирали, или не умели шить. Как я буду проходить в них испытание, если мне стоять удавалось с трудом?..

– Удачи вам, леди, – пожелала мне Милашка. – Ой, – пискнула она, отскакивая от двери.

Створка лихо распахнулась, впуская Анфису.

– Уве фсе, фт оли? – спросила она, держа в зубах какой-то сверток. – О-о-оф, – протянула животинка, плюхаясь на попу. – Моя флаткая кавамелька, ты фсех фразишь фвоей квафатой!

– Что-что? – спросила я, рассмеявшись.

– Тьфу, – Анфиса выплюнула сверток и произнесла: – Говорю, моя сладкая карамелька, что ты всех сразишь своей красотой. Клянусь всеми богами, – она перевела взгляд на слуг: – Моя леди благодарит за помощь. Вы можете идти.

– Что ты с ними так грубо? – спросила я, когда дверь закрылась.

– Во время отбора надо держать ухо востро, моя зефирка. Ты не представляешь, на что способны соперницы ради выигрыша. Не будь доверчивым пирожочком. Ну-ка, дай взгляну, во что тебя одели. Хм… хм… – Анфиса бегала вокруг меня. – Хм… ну не поскупились. Не поскупились. Подними юбочку, моя сахарная паутинка. О боги! – лавандовые копытца вспорхнули в воздухе. – Снимай это немедленно. Так и знала. В этих кандалах только ноги ломать, – зверушка подбежала к свертку и принялась активно его трепать. – Фот! – воскликнула она, когда по блестящему полу разлетелись туфельки на низком каблуке. – Переобувайся.

– Ой, спасибо, – я с удовольствием скинула неудобную обувь и нырнула я мягкие балетки.

– Благодарить меня будешь позже, моя сладкая булочка. Мне тут со секрету шепнули, что сегодня участницам придется побегать.

– Побегать? Не так я себе представляла задания отбора.

Отфыркиваясь, Анфиса собрала с пола остатки бумаги.

– Кто-то подошел к отбору с фантазией, моя сливочная ириска. И немудрено, все же решается судьба королевства.

– Сейчас ты лишаешь меня уверенности. Где я? И где