Дрянь такая! - Ирина Мельникова

Я надеялась, что не слишком смахиваю на шахидку-смертницу, иначе пост ГИБДД при въезде на мост мне не миновать.

Автомобили передвигались медленно: в час по чайной ложке. Толчок, короткий рывок, торможение… Толчок, рывок, торможение… Я включила радио. «Машина времени». Андрей Макаревич. «Не стоит прогибаться под изменчивый мир…». Все в тему. И группа, и исполнитель, и песня…

Я стояла в этой бесконечной очереди на полпути к бесславному концу своей супружеской жизни, слушая Макаревича и стараясь забыть о своих горестях. Знакомые улыбались, окликали и махали мне рукой; Я улыбалась и махала в ответ, ловя на себе приветливые взгляды. Надо признать, что в поселке ко мне относились неплохо, хотя я была женой босса, самого большого в нашей округе начальника. Порой мне казалось, что на меня смотрят с сочувствием, но, скорее всего, это было плодом моего воспаленного сознания, и я попыталась занять себя более приятными мыслями. Шоссе, словно пологом, укутывали кроны старых вязов и тополей с густой листвой. Ветви деревьев почти смыкались над головой, вернее, так казалось, но в их пятнистой тени было не так жарко, и здесь среди массы людей и автомобилей я почему-то чувствовала себя более защищенной от невзгод.

«Машина времени» умолкла, а из динамиков полилась песня в исполнении моей любимой певицы, примадонны и просто замечательной женщины. «Позови меня с собой, — пела она, — я приду сквозь злые тучи…». И я подумала, что почти все ее песни, так или иначе, посвящены несчастной любви, и даже нашла в этом слабое утешение; уж если такая женщина, как суперзвезда нашей эстрады, столь глупо ведет себя с мужчинами, то я вполне могу рассчитывать на то, что для меня еще не все потеряно. Даже если я добуду новые доказательства неверности моего мужа.

Тут я вспомнила, что до сих пор не позвонила Людмиле. И даже представила, какие громы небесные обрушатся на мою голову. Я достала сотовый и набрала ее номер.

— Это полнейшее безобразие! — прозвучал в трубке голос Людмилы. — Куда ты пропала? Телефон отключен, по домашнему не дозвонишься. По твоей милости я прозевала две важные для меня встречи. Что случилось? Почему не приехала?

Что случилось? Я только и слышу сегодня: что случилось? Конечно, случилось, иначе я не стояла бы сейчас в этой вонючей пробке. Но по телефону всего не объяснишь, и я сказала:

— Прости, если можешь! Но я звоню тебе из машины. У меня и вправду кое-что случилось. Мне надо с тобой посоветоваться. Если я подъеду завтра с утра? Например, к десяти? Ты сможешь мне выкроить часок-другой?

— Ничего себе! — поразилась Людмила. — Часок-другой! Ишь, как тебя повело, подруга! Нашла себе хахаля, что ли, или Сергея на девке поймала?

Если б Людмила знала, насколько она близка к истине. Но я не стала вдаваться в подробности. Мне их предстояло выяснить сегодня. Или хотя бы часть из них. Я чувствовала кожей, что моя поездка небесполезна.

— Так ты согласна, или нет? — спросила я в трубку.

— Дай подумать… — Людмила помолчала мгновение. — Хорошо. В десять как раз смогу. У меня есть небольшой перерывчик в графике. Но не больше часа. Потом ко мне привалит торговая инспекция.

— Они тебя предупредили? — удивилась я.

— Наивная ты, — рассмеялась Людмила. — Они не предупреждают, а слетаются, как воронье на дохлятину. Просто у меня есть свой источник, который за небольшую мзду сообщает мне о грядущих проверках.

— Мне бы такой источник, — вздохнула я.

— Быстро, в двух словах скажи, в чем твоя проблема, чтобы завтра мне не окочуриться от инфаркта, — деловито предложила Людмила.

— Сережа, — выдохнула я. В этот момент мне показалось, что водители соседних машин с любопытством уставились на меня. Я отвернулась и почти прошептала в трубку: — Кажется, он мне изменяет.

— Ну и дела! — успела сказать Людмила, и тут водители сзади стоящих автомобилей отчаянно засигналили, а кое-кто попытался протиснуться на освободившееся впереди меня место. Оказывается, грузовик покинул меня и значительно продвинулся вперед.

— Все, пока! До встречи! Целую! — Сказала я быстро в трубку. — Перезвоню, когда вернусь. — И включила скорость. До моста оставалось не больше сотни метров. Но прошло еще полчаса, когда я, наконец, его миновала. Как я и ожидала, «Вольво» моего мужа испарился. И я не знала, в каком направлении, поэтому мне ничего не оставалось, как направиться к его офису.