Истинная хозяйка Драконьей усадьбы - Мона Рэйн

Ну вот, спугнула. Проводив старика, я поставила камешек на его законное место и задумалась, где достать ещё. Похоже, кусочки мозаики раскиданы по всей усадьбе так, чтобы усердный человек непременно их нашёл. Значит, надо просто заняться делом.

Но не успела я сделать и шага, как ко мне примчался встревоженный гардокрыл. Остальные роились у ворот, мешая рассмотреть визитёра. Впрочем, по настрою мышек я и так понимала — это не кто иной, как барон Ланвер.

Я не стала с ним даже здороваться. Просто встала перед воротами, скрестила руки на груди и вопросительно приподняла бровь. Несколько секунд мы меряли друг друга взглядами. Наконец он произнёс:

— Я предлагаю прекратить наш обмен любезностями.

— Ха! — вырвалось у меня. — По-вашему, поджечь дом — это любезность?

— У вас нет доказательств, что это моих рук дело.

— Доказательств нет, но есть полная уверенность, так что завтра ждите новой порции... кхм... любезностей.

Ланвер нервно облизнул губы.

— Любой, кто встречал Селестию Трен, поймёт, что вы не можете быть родственницами. Я не знаю, как вам удалось околдовать Хартманна…

— Вас только это беспокоит? Что я не похожа на свою тётушку?

— Скорее, что вы самозванка.

Я шумно выдохнула и взялась за створку ворот.

— Идёмте.

Ланвер, с подозрением оглядев меня и тучу гардокрылов за моей спиной, заколебался, но всё же шагнул вперёд.

— Следуйте за мной. Шаг в сторону — и мыши атакуют.

Гардокрылы угрожающе окружили барона с двух сторон, сопровождая за мной в сторону колодца.

Близко к магическому источнику я подходить не стала. В трёх шагах от него остановилась и повернулась к Ланверу, надеясь, что магия места уже вернула мои настоящие черты.

И судя по изменившемуся лицу барона, не ошиблась. Блондин широко распахнул глаза, а его губы разомкнулись от изумления. Было приятно видеть, как с его лица слетела маска надменности и презрения.

— Теперь вы верите, что я — настоящая наследница?

— Верю, — тихо ответил барон, разглядывая меня.

— И отказываетесь от притязаний на усадьбу до завершения моего испытания?

— Отказываюсь.

Он хотел что-то добавить, но потом сделал шаг назад и лёгкий поклон.

— Простите. Я должен идти.

То-то же. Гардокрылы проводили гостя прочь, а я наконец-то почувствовала облегчение от того, что больше не надо ждать подставы от зарвавшегося соседа.

Осмотрев фронт работ, я решила заняться прудом. С магическими делами на сегодня было покончено, так что пришлось вооружиться граблями и вручную доставать прибившиеся к берегу сухие ветки и листья, покрытые тиной. Заодно соорудила для этого добра компостную кучу в конце участка. В следующем году пригодится.

Мои старания увенчались успехом. Пытаясь достать со дня увязшую в иле корягу, я чуть не свалилась в воду. Зато, когда деревяшка наконец поддалась, сквозь поднявшуюся муть успела заметить блеск очередного камешка. Пришлось разуться и заткнуть подол за пояс, чтобы достать своё сокровище.

Поставить его на место я не успела, меня снова позвали к воротам гардокрылы. Откинув с лица выбившуюся прядь, я направилась туда.

У ворот снова стоял барон. Только заметив, как изменилось его лицо, я осмотрела платье, обнаружив, что в одном месте подол не до конца расправился и открывал мои ноги до колена. Приведя себя в порядок, я приблизилась к воротам, с вопросительным видом. Я-то думала, мы уладили все вопросы.

— Я пришёл попросить прощения.

Ланвер достал из-за спины бархатную коробочку и протянул её к решётке.

— Это в знак моего раскаяния. Прошу вас, примите.

24

Видя, что я не спешу хватать его подношение, барон раскрыл коробочку. На алом бархате лежал изящный браслет — три ряда крохотных бриллиантов в светлом металле.

Я поморщилась.

— Уберите, Ланвер. Мне не нужны ваши подарки.

— Зовите меня Айрек.

К чести барона, он не стал настаивать и убрал коробочку в карман.

— Могу я по крайней мере помочь вам с починкой фасада? У меня есть люди…

— Я уже наняла работников.

— Тогда позвольте оплатить материалы и работу.

Тут меня взяли сомнения. Подачки Ланвера мне точно были не нужны. Но с другой стороны, он напакостил — пусть сам и платит. Тем более у меня не так много средств.

— Договорились, — кивнула я. — За оплатой пошлю к вам.

Ланвер слегка улыбнулся, убирая белокурый локон со лба. Надо признать, что нормальные человеческие эмоции шли ему куда больше надменной маски. Но попрощавшись, я тут же выкинула его из головы. Не будет больше мешать — и хорошо. У меня хватало забот и без него.

Достаточно того, что пришлось выпроваживать расшалившихся гардокрылов, залетевших в дом. Память о безвременно почившем пироге ещё была жива, так что я просто схватила метлу и особо не церемонилась, пока не выгнала всех на улицу.

Трудовой день был окончен, выловленный из пруда камешек занял своё место в узоре вокруг колодца. Меня ждали душ, размеренная готовка и приятный ужин. Хотя, ужинать в одиночестве, если честно, порядком надоело. Кто бы мог подумать, что еда становится вкуснее, когда есть приятная компания?

А на втором этаже меня ждал приятный сюрприз: ещё одна приоткрытая дверь. Она вела в небольшую уютную спальню в светлых тонах. На окнах не было занавесок, мебель укрывали чехлы, а пол — слой пыли. Но я всё равно была довольна. Завтра наведу порядок и перееду сюда из каморки под лестницей. И буду жить, как полноправная хозяйка, а не как прислуга.

Утром после завтрака я снова перебинтовала руку, пряча метку, и занялась своей новой комнатой. Под чехлами нашлись кровать с резным изголовьем, туалетный столик с зеркалом, которое я тут же с отвращением занавесила обратно, шкаф для платьев, которых у меня особенно и не было, небольшой письменный стол со стулом, прикроватный столик и комод.

В комоде нашлись лёгкие голубые занавески, которые я прополоскала в тазу с водой и повесила сушиться в саду, погрозив любопытствующим гардокрылам.

Закончив возиться с мебелью, я