Волшебство с ароматом кофе - Виктория Серебрянская

— Разделяемся! — скомандовал капитан. — Половина идут с Пеком на юго-восток, вторая половина со мной и герцогиней на юго-запад. Смотрим и прислушиваемся внимательно: нам нужно максимально восполнить запасы пресной воды и всего, что попадется съестного. Если находим источник пресной воды, выпускаем синий сигнал. Если встретится какая-то опасность и потребуется помощь — красный. Пек, я тебе амулеты с зарядами дал… — Боцман кивнул. А Линнарт смерил его тяжелым взглядом и вдруг попросил: — Не геройствуй в случае чего! Возвращайтесь. Жизнь всяко дороже. Может быть, Дойлу удастся разобраться с преградой, и тогда мы сможем продолжить путь…

Судя по голосу, капитан в это не верил.

Мне было интересно, как определяется север и юг. Я знала лишь способ со мхом. Но вряд ли в этих местах он растет. А компаса я ни у капитана, ни у боцмана не заметила. Но при одном взгляде на напряженное, замкнутое лицо Линнарта, прикусила язык. Потом спрошу. Если все будет хорошо…

Первым в нашей группе шел дюжий матрос с огромным кухонным ножом в руках. Про кухонный нож шутка, конечно. Я знала, что эта штука называлась мачете. И ею, из-за размеров и остроты, было удобно прорубать дорогу для остальных. Я шла в цепочке предпоследней, перед замыкающим группу матросом. И в мои обязанности входило слушать и смотреть. Но что можно было увидеть в сплошной стене девственной растительности, десятилетиями развивавшейся как ей заблагорассудится? И в которой только-только прорубили проход? Правильно, ничего. Так что я шла, периодически спотыкалась, материла про себя собственную дурость, отмахивалась от мелкого тропического гнуса, так и норовящего залезть в глаза, рот и нос. После мужчин дорога была уже более-менее проходимой. И это сыграло со мной злую шутку. Я потеряла бдительность и когда земля вдруг ушла у меня из-под ног, даже не пикнула. Испугаться тоже не успела, свалилась на спину и с огромной скоростью заскользила куда-то…

Идущий позади меня матрос даже пытался меня поймать — я успела заметить мелькнувшую в воздухе надо мной смуглую руку. Но у него ничего не вышло. Меня словно какая-то чуждая сила мгновенно опрокинула на спину. А потом она же придала такого ускорения, что зелень по бокам от меня превратилась в ровную и однотонную стену. От странной, неестественной скорости у меня перехватило дух. И даже слыша за спиной крики команды, я не смогла на них отозваться. Любой звук надежно застревал в горле.

Дорога показалась мне очень короткой. Я еще не успела толком испугаться и сообразить, что по законам физики такое перемещение в пространстве нереально. А значит, в дело снова вмешалась магия. Только и успела заметить, что девственный лес передо мной услужливо расступается, как скольжение вперед с дикой скоростью уже прекратилось и я смогла перевести дух…

Спустя непродолжительное время опасливо села там, куда меня вынесло из леса, и осмотрела в первую очередь себя: вот здесь магия даже не подумала вмешиваться. Подол юбки подо мной задрался едва ли не на голову, что, впрочем, было неплохо, хоть волосы защитило. За пряжку левого сапога зацепилась веточка с каким-то скромным беленьким цветком. Потянувшись, я выдернула ее, поднесла к лицу и машинально понюхала, даже не подумав о том, что цветочек может быть ядовит. Чай не дома, в известном мне мире нахожусь! Хотя оправдание моей безалаберности было весомое: в тот миг, когда я тянула веточку к лицу, я заметила перед собой здание. Вернее, дворец из белого мрамора, сильно заплетенный зелеными лианами…

На верхних этажах величественного здания зелени было мало: лишь отдельные, самые нахальные лианы дотянули сюда свои плети. А вот первый этаж практически полностью скрывался за зеленой завесой. Но даже видя жалкие фрагменты беломраморных колонн, я могла с уверенностью утверждать, что это именно тот дворец, который мне снился. Следовательно… Следовательно, кому-то нужно, чтобы я в него вошла и куда-то там приткнула найденную жемчужину.

— Вот же ты зараза! — тихо, но с чувством высказалась я, с досадой шлепнув ладонью по земле рядом с собой. — А по-другому нельзя было?.. Там же капитан и матросы с ума наверняка сходят, не зная, что со мной случилось и куда я пропала! Хоть дай им как-то знать, что со мной все в порядке!..

Я умолкла, сама себя оборвав на полуслове, осознав, как выглядит мой монолог со стороны. Дуркой попахивает, не иначе.

В этот миг я вдруг осознала еще одну важную вещь: голосов своих спутников я не слышала. А значит, какой бы короткой мне ни показалась дорога, я сейчас находилась очень далеко от моряков. Или же, подумалось в следующий момент, снова вмешивается магия и блокирует для меня возможность слышать команду. Или их от меня. Стало одиноко, страшно и… холодно.

Немного так посидев, жалея бедную-несчастную себя, я нехотя поднялась на ноги. Сиди не сиди, а что-то делать надо. Недаром в моем мире существует пословица про лежачий камень, под который ладе вода не течет. Никогда раньше не задумывалась над ее смыслом. А вот сейчас почему-то пришло на ум… Наверное, потому, что я поняла: остров, или не остров, а кто-то другой, намеренно притянул корабль в эту ловушку и внушил мне мысль отправиться на берег. По какой-то причине я должна была пройти в найденный дворец и куда-то там воткнуть жемчужину…

Вход во дворец, несмотря на сплошную завесу из зелени, нашелся очень быстро. Меня, похоже, вынесло из леса прямо напротив него. И стоило лишь доковылять до плетей лиан, медленно и лениво покачивающихся на ветерке, как я углядела высоченный арочный проход, заканчивающийся резной дверью словно из мультиков про тысячу и одну ночь.

Двухстворчатая дверь открылась без проблем, едва я ее толкнула. Даже ручку дергать не пришлось. А вот потом начались мои скитания. И пусть я была одета не в легкие полупрозрачные одежды, как в моем сонном видении, бродила я столько же, сколько и во сне. А может, и больше. Коридоры и галереи сменяли друг друга. Там, где вместо окон были открытые проемы, внутрь любопытно заглядывала растительность, укоризненно покачивая листвой. Я не знала, что мне нужно искать. Наудачу тыркалась во все попадающиеся навстречу двери. Но они были заперты. А внутреннее чутье гнало меня дальше.

Один раз я наткнулась на широченную и величественную лестницу из белого мрамора. И даже застыла от восхищения на некоторое время у ее подножия: лестница слегка изгибалась, как стан восточной танцовщицы во время танца, перила из того же мрамора были настолько искусно выточены, что казались застывшей пеной