Когда ты станешь моей - Лиза Хигдон

Но в данную минуту ее беспокоило вовсе не собственное прошлое, а настоящее подруги. Лаура была сама не своя. Она то краснела, то бледнела и почему-то прятала глаза.

– Ну и что у тебя новенького, дорогая?

Вместо ответа Лаура с деланным оживлением воскликнула:

– До чего же ты сегодня рано! Я не ожидала застать тебя в гримерке!

Селия погрозила ей пальцем:

– Не заговаривай мне зубы, дружочек. Я тебя насквозь вижу. Выкладывай!

– О чем ты?

– Имей в виду, меня не проведешь! Кого, интересно знать, минувшим вечером Локвуд угощал ужином в нашем «Ангеле»? И кто уехал оттуда с ним вместе в карете с плюшевыми сиденьями?

Лаура опустилась на груду полотняных декораций, сваленных в углу каморки.

– Макфин выгнал меня вон.

– Да что ты говоришь? Вот ведь мерзавец! Но ничего, не переживай, дорогая. Быть может, это и к лучшему. Поживешь у меня, покуда не найдется более приличное пристанище, чем та убогая дыра, которую ты у него снимала.

– Боюсь, пристанище для меня уже нашлось. – Зеленые глаза с тревогой обратились к Селии.

– Блеск! – Селия отбросила заячью лапку и захлопала в ладоши. – Побьюсь об заклад, что тут не обошлось без Локвуда!

– Он предложил мне покровительство.

– Ничего удивительного. Я так и думала, что этим все закончится. Ты ему сразу понравилась.

– Неправда! – горячо запротестовала Лаура и поудобнее устроилась на темно-лиловом бархатном занавесе, источенном молью. Некогда он отделял сцену от зрительного зала. – Локвуд вовсе не жаждет сделать меня своей любовницей. Я стану только его компаньонкой, спутницей на балах и раутах.

Селия прищурилась:

– Не выдумывай!

– Но я говорю правду! Прошлую ночь я провела одна в гостевой спальне. Никто меня не побеспокоил, благодарение Богу!

– В доме Локвуда?

– Нуда, в Мейфэре. В элегантно и роскошно обставленной комнате с зажженным камином. Знала бы ты, как мне там понравилось!

– Могу себе представить. – Селия с плутоватой усмешкой склонила грлову набок. – Дорогая, имей в виду, если Локвуд и не посягнул на тебя минувшей ночью, рано или поздно он это сделает. Никто не оказывает девушкам покровительство за просто так.

Лаура понурилась. Потеребив подол платья, она пробормотала:

– Боюсь, ты права. Мне и самой это приходило в голову.

Что-то в ее тоне насторожило Селию. Уж не обидел ли ее Локвуд? Не обошелся ли с ней пренебрежительно и высокомерно в первый же вечер знакомства? С содержанками не церемонятся.

– Выше голову, милая! С такой внешностью, как у тебя, с твоими манерами ты найдешь другого покровителя, когда пожелаешь. И если Локвуд тебя чем-то задел, то…

– Нет-нет, – перебила ее Лаура. – Он ничем меня не обидел. Просто я не уверена, что поступаю правильно.

Наклонившись вперед, Селия дружески потрепала ее по плечу.

– Решение принимала не ты – сама судьба все за тебя решила. Ведь иначе ты просто умерла бы с голоду, глупышка. Это вопрос выживания, и только. И запомни: душа твоя всегда будет свободна. Она не принадлежит никому, кроме тебя самой, что бы там ни думали мужчины, которые берут наши тела на содержание.

– Надеюсь, ты права, – прошептала Лаура, еле сдерживая слезы. Селия вспомнила собственные горькие слезы, которые она проливала в ночь, когда граф лишил ее невинности. Ей было всего пятнадцать, но она оправилась от физических и моральных страданий на удивление быстро. И с тех пор сомнения в правильности выбранного пути никогда не смущали ее душу. Она уверилась, что знает, как устроен мир, и умела этим пользоваться.

– Рада, что Локвуд держался с тобой достойно. Выходит, я в нем не ошиблась. У жены его весьма скандальная репутация, а больше ничего худого в связи с его именем я, признаться, не слышала.

– Вот и расскажи мне все, что знаешь о его жене. Селия, нахмурившись, укоризненно покачала головой:

– Дорогая, запомни: такие, как он, никогда не женятся на девушках вроде нас с тобой.

Лаура мучительно покраснела.

– Я и сама это знаю.

– Ладно, не сердись. Еще бы тебе не знать. – Она поднялась с табурета и вынула из комода свой театральный костюм. – Эта особа живет на денежки Локвуда в Вене. Крутит то с одним, то с другим, нисколько не таясь. Говорили, это Локвуд ее отослал, чтобы не мозолила ему глаза. А еще я слыхала: дескать, она сама сбежала от него с очередным любовником. А еще прежде в особняке Локвудов убили грабителя. Он влез к ним в надежде чем-нибудь поживиться. Конечно, злые языки стали утверждать, будто это был не кто иной, как один из приятелей леди Элинор. Якобы она его приревновала и зарезала собственной рукой. А кое-кто считает убийцей и Локвуда. В общем, дело замяли, но с тех пор мадам живет за границей.

Лаура вздрогнула, как от удара. Щеки ее покрыла бледность.

– Да не переживай ты так! – усмехнулась Селия, прилаживая на голове парик. – Если бы твой Локвуд и впрямь был убийцей, его противники виги до сих пор кричали бы об этом с конька каждой крыши в Лондоне. Их ведь хлебом не корми, дай только позлословить о ком-нибудь из стана тори.

В дверь постучали. Служитель крикнул, что занавес вот-вот поднимут.

– Надеюсь, так оно и есть, – убитым голосом пробормотала Лаура.

– Да успокойся же ты наконец, дружочек! Локвуд богат и хорош собой. Все твои невзгоды остались позади, поверь!

Лаура вымученно улыбнулась. Селия всегда была к ней добра. Она и лгала-то по доброте сердечной.

Стоило подругам выйти из театра, как ледяной ветер едва не сбил их с ног. Селия набросила на голову капюшон роскошного плаща, отороченный мехом. Она поискала взглядом карету, которую должен был прислать за ней Белгрейв.

– Я подвезу тебя, милая, – пообещала она Лауре, но в это мгновение откуда-то из сумрака возник лакей в зеленой с золотом ливрее и церемонно произнес:

– Пожалуйте сюда, мисс Ланкастер.

Лаура узнала в нем Чарлтона, того, кто – она в этом нисколько не сомневалась – уложил ее вещи в саквояж и дорожный мешок в лачуге Макфина. Это он доставил розы в гримуборную.

– Благодарение Богу, – с чувством произнесла Селия. – Ты поедешь домой как настоящая леди. В карете, с лакеем!

Экипаж, присланный за Селией Белгрейвом, казался детской игрушкой в сравнении с вместительной каретой, запряженной четверкой лошадей, которая ждала Лауру. На дверцах роскошного экипажа красовались гербы Локвуда.

Лаура замедлила шаг. Еще немного, и она ударилась бы в бегство. Селия угадала, какие чувства переполняют ее душу, и схватила ее за руку, горячо зашептав на ухо:

– Не будь идиоткой, дорогая! Это в любом случае лучше, чем драить полы или нянчить визгливых младенцев в богатом доме!