Большое сердце маленькой мышки - Дженни Адамс

Его тело дрожало. Он целовал ее, потому что не мог этого не делать, потому что губы горели. Он целовал ее, потому что хотел убедиться в ее безопасности, в том, что она жива-здорова.

– Извини, что тогда обидел тебя.

Раньше или позже, но ты всегда ранишь того, кого любишь. Вот почему ты выбрал одиночество.

Его голова полнилась этими словами, и он старался, чтобы они не сорвались у него с губ. Сегодняшний инцидент не мог ничего изменить в их отношениях, и он копил силы, чтобы заставить себя отступить.

– Нет. ― Руки Крисси сжались. ― Нет, Нейт, не уходи, пожалуйста.

– Господи, Крисе, мне следует отвезти тебя домой. Если ты останешься…

– Я знаю. ― Ее глаза вспыхнули и засияли. ― Знаю, что случится, если я останусь, Нейт. И я не ухожу.

Теперь лишь одно имело смысл.

– Отведи меня в твою спальню, Нейт. ― Она обхватила руками его лицо. ― Я знаю, что делаю, чего хочу. Все, что у меня может быть, ― это одна-единственная ночь.

Он застонал.

– Я тоже хочу тебя, хочу обнимать и ласкать. Хочу познать тебя. ― Его не отпускала дрожь. Какое-то помешательство.

– Тогда поцелуй меня. ― Эти слова горели в его мозгу, пока они не вошли в спальню и не остановились у кровати. ― Поцелуй меня так, словно не можешь ждать ни секунды.

Он рассмеялся хриплым, надрывным смехом.

– Ты мне нужна. Сегодня ночью… все изменилось. Я изменился. У меня нет сил сопротивляться, Крисси.

– У меня тоже нет сил. ― Линия ее губ сделалась мягче, взгляд потеплел. ― Пожалуйста, не отвергай меня сегодня…

Он застонал, сопротивление теперь уже не имело значения. От первого прикосновения по телу разлилась горячая волна.

– Нейт, да. ― Ее ответ сопровождался тихим стоном, и девушка прижалась к нему плотнее.

Ткань ее платья ничего не скрывала и ничему не препятствовала.

Он запомнит этот стон, эти объятия, вкус ее губ навсегда. В легкие ворвался воздух, и сердце сказало «да, да, да». Ее губы были ласковыми, отзывчивыми и требовательными, они вызывали в нем жажду познать ее всю, чтобы найти в ней нечто большее, чем сама жизнь.

Он еще крепче стиснул ее, затем силой воли заставил себя разжать руки, понимая, что делает ей больно.

– Я не хочу обижать тебя.

– Ты обидишь меня, если уйдешь. ― Она обняла его за плечи и не отпускала. ― Поцелуй меня, Нейт, поцелуй еще раз, и еще раз, и еще.

Крисси видела, как в его глазах загорелся предупреждающий огонек.

Жизнь изменится. Остановись прежде, чем будет поздно.

Впрочем, в душе она знала, что уже поздно.

Я хочу, чтобы это был ты, Нейт. Тот, кого я ждала столько лет. Никого никогда я не буду любить так, как тебя сегодня.

Внезапно внутри ее шевельнулась надежда: все может измениться, и бродяга сумеет вести оседлый образ жизни.

Наивная дурочка! Впрочем, сейчас это ее не волнует.

– Нейт, сегодня наша ночь любви. Однажды мы обманули судьбу, и все, что мы выиграли, ― это время. Молчи. ― Прижав ладони к его груди, она медленно и ласково ощупывала каждый мускул. ― Это должно было свершиться.

– У тебя был шанс сказать «нет», ― прошептал он, покрывая поцелуями нежную кожу шеи и груди. ― Ты оделась не по погоде, ― проворчал он, ощупывая пальцами ключицы и тонкие лямки бюстгальтера.

– Мое пальто подбито мехом. ― Белла шила одежду с тех пор, как родители оставили их. И эта одежда всегда подчеркивала их индивидуальность.

Разгонят ли ее печаль эти жаркие поцелуи?

– Иди сюда. ― Он притянул девушку ближе. ― Ты отважишься вступить на землю неизведанную?

– Да, ― ее улыбка постепенно угасла, и лицо сделалось торжественным. ― Да. ― Крисси расстегнула пуговицы на его рубашке и провела пальцами по груди, играя с волосками.

Нейт прикрыл веки: и сделал глубокий вдох, затем провел рукой вдоль ее позвоночника, по бедрам.

– Сними платье.

В первый раз девушка смутилась.

– Давай погасим свет.

– Ни за что. ― Он пальцем приподнял ее голову за подбородок. ― Я хочу насладиться видом твоего тела, о котором мечтал и которым любовался во сне. ― Он жадными глазами осмотрел ее с ног до головы. ― Ты прекрасна. Позволь мне.

Его ласковый тон убедил Крисси, она кивнула и дрожащими руками расстегнула платье. Легкое серебристое облако из ткани упало к ногам. Нейт осторожно гладил ее плечи, шею, грудь, талию, бедра. Ей захотелось плакать.

– Что с тобой? ― Он прижался к ее рту.

– Ничего. ― И все. Я и не осознавала, как прекрасно это может быть.

Он снова целовал ее жадными губами. Крисси чувствовала, как становится бестелесной, невесомой, и сладкая нега разливается внутри.

– Мы?..

– Мы доставим удовольствие друг другу, я обещаю. ― Он действовал умело и осторожно.

У меня никогда не будет такого любовника, мелькнула мысль, заставив Крисси крепче прильнуть к нему.

Затем она утратила способность думать, лишь чувствовала и наслаждалась. Его движения были столь трогательно откровенны, что не осталось стыда, от удовольствия у нее на глазах выступили слезы и пролились тонкими струйками на щеки, боль оказалась столь сладкой, что оставила после себя только радость познания.