Романтическое приключение - Сара Монк

Диско Дейв выпил не один мартини и, почему-то, предпочитал рождественские песни, но, кажется, всем было все равно, и эта музыка только делала атмосферу более праздничной.

Ровно в десять, как просили виновники торжества, Эрик вынес торт, коржи для которого Алекс приготовил накануне. Специально охлажденный Эриком, он превратился из очень вкусного, но не очень аппетитного бисквита, в сооружение из трех слоев взбитых сливок, мороженого и разноцветных сахарных роз.

— Этот парень — просто чудо! — вздохнула Мэрилин, заметив, как в глазах Эрика, который зажигал свечи, блеснули слезы. — Он так гордится своей работой. — Затем счастливая пара задула свечи под одобрительные возгласы друзей и родных. — Все идет хорошо, правда? Собственно, так и должно быть, если учесть, что мы сутки работали не покладая рук. — И в доказательство праведности своих слов она зевнула.

— Ты не свалишься?

Мэрилин покачала головой:

— Нет. Зато я по-новому понимаю фразу «усталая, но довольная».

— Я бы скорее отнесла это в область секса, — улыбнуласьЛизель.

— Что такое «секс»? — вздохнула Мэрилин.

— А ты понимаешь, что когда-нибудь тебе придется все это объяснить сыну? — сказала Лизель, входя в холл и ища глазами племянника. — Кстати, где он?

— В десять тридцать вечера? — Мэрилин посмотрела на часы и сказала: — В постели, конечно.

— Ты уверена?

— Во всяком случае, я отправила его туда час назад.

Лизель перевела взгляд на длинный стол с закусками. Мэрилин скосила глаза, но ничего не увидела, пока не заглянула под стол, из-под которого выглядывали ноги Алекса и хвост Годрича. Хвост чуть-чуть шевелился. Ноги время от времени отбивали «Пусть идет снег».

Мэрилин подняла скатерть.

На лице сына и на морде пса были крошки и остатки крема от недавно съеденного торта.

Годрич жалобно поджал хвост. Алекс виновато улыбнулся.

Что ж, оба виновника правильно оценивали свое поведение, и, поэтому, Мэрилин ограничилась двумя словами.

— В постель! — пророкотала она, и мальчик с собакой быстро пробежали через гостиную к лестнице, ведущей в башню.

Последний гость отправился спать почти в полночь.

Весь вечер Эрик работал, как Троян, и выглядел немного усталым, поэтому Мэрилин уговорила его, чтобы он шел домой. Но прежде чем уйти, он настоял на том, что приготовит запеканку из риса с овощами и жаркое и оставит все в духовке, чтобы после уборки в столовой сестры смогли поужинать.

Кася закончила мытье посуды и, достав запеканку из духовки, поставила ее на стол перед Лизель и Мэрилин. А сама тоже занялась едой.

Лизель поблагодарила, но тут же удивленно заметила, что у Лоррейн нет тарелки.

— Вы сидите, я принесу, — сказала она и встала, чтобы взять себе тарелку.

После ужина Мэрилин проверила, в постели ли Алекс. И затем сестры расположились на террасе с бокалами вина.

— Как думаешь, почему Лоррейн и Кася недолюбливают друг друга? — спросила Лизель, зевая.

— Не знаю, — пожала плечами Мэрилин.

— Да они даже не пытаются сблизиться.

— Не все ладят друг с другом, Лиз.

— Но они проводят так много времени вместе. Как думаешь, они хотя бы пробовали наладить отношения?

— Может быть, они думают, что дружба не требует усилий? Старайся не старайся — это ничего не изменит?

— В любом случае стоит попытаться, — процитировала Лизель любимое изречение Мэрилин.

— Ты все еще веришь в это?

— Ты твердила мне это чуть не каждый день с тех пор, как мне исполнилось шестнадцать и когда я скулила, готовясь к экзаменам. Ты думаешь, такое возможно?

— Думаю, когда ты проведешь здесь больше времени, ты изменишь свое мнение. Ты так много работаешь, Лиз. Я тебе так благодарна.

— Просто мне это нравится. И я благодарна тебе.

— Нравится, что я притащила тебя сюда, чтобы работать как вол?

— Ты вытащила меня из грязного, пропахшего, выхлопными газами Лондона в одно из самых прекрасных мест на земле и заставила бросить две работы, которые я ненавидела, и дала мне ту работу, которая доставляет мне удовольствие.

Они, молча, смотрели друг на друга.

— Может, обнимемся?

— Непременно!

Мэрилин обняла сестру и крепко прижала к себе.

— Тебе и вправду здесь нравится?

Лизель кивнула:

— Очень. А тебе?

— «Усталая, но довольная». — Она рассмеялась. — И завтра нам надо рано вставать. Так что в постель, как только прикончим наше вино? Да?

— Да, мамочка.