Случайный флирт - Кимберли Лэнг

— У меня села батарейка.

— И конечно, больше ни у кого не оказалось телефона? Вот это да!

— Лорелея…

— Не стоит. Видишь ли, я не твоя мама и не требую от тебя отчета. Просто рассчитывала на небольшое понимание.

— Как положено.

— Именно. Больше не задерживаю. До свидания.

Она с отвращением швырнула телефон в сумку и буквально упала на кушетку. Да, она имеет право на элементарное уважение. Правда, теперь придется провести вечер в одиночестве.

Ванна, книга, кровать. Самоуничтожение. Она начнет с бокала вина.

Донован смотрел на телефон не отрывая глаз. Она дала ему от ворот поворот? Потому что у него не было времени позвонить? Боже мой, он же не в игрушки играл. У некоторых людей работа превыше всего. А он позвонил, как только смог.

Как оказалось, этого недостаточно.

Пробки росли, и он пребывал в самом скверном расположении духа, когда добрался домой. Включил телевизор, налил себе вина и устроился перед экраном, стараясь сосредоточиться на новостях спорта, но это скоро наскучило. Он перевел взгляд на ноутбук, решил немного поработать и вдруг осознал, что впервые в жизни испытывает отвращение к работе.

Скорее всего, в глубине души он сейчас предпочел бы заняться чем-то другим. С Лорелеей. Это шокировало.

«Я же не спрашиваю, как ты распоряжаешься своим временем. Но и ты должен с уважением относиться к моему времени».

Просто вежливость, просто хорошие манеры.

Лорелея, конечно, права, обидевшись, хотя ему это в новинку. Он предпочитал беспорядочные связи, так проще. Отношения с Лорелеей более неопределенные, но по какой-то причине Донован никак не мог забыть ее слова. Он вздохнул и взял телефонную трубку…

Через сорок пять минут его телефон зазвонил, и он почувствовал облегчение.

— Как тебе удалось раздобыть цветы с доставкой в такое время?

По крайней мере, она не отказалась их принять.

— Знаю нужных людей.

— Я тоже знаю нужных людей.

— Но я знаю владельцев цветочных магазинов, обязанных мне.

Донован услышал, как Лорелея фыркнула.

— Похоже, ты зря использовал такой удобный случай.

— Думаю, нет. Мне кажется, цветы — прекрасный предлог, чтобы улучшить отношения.

— Цветы превосходные. Но ты еще не прощен.

Он напомнил себе, что Лорелея имела право обижаться. Однако нужно как-то смягчить ее. Уже то, что она разговаривала с ним, приняла цветы, — очень хороший знак.

— Прошу меня простить. Ты права. Я был очень груб. Уверяю тебя, я хорошо воспитан. — Лорелея промолчала, он добавил: — Я отвык отчитываться, где нахожусь и что делаю, с тех пор, как уехал из дома родителей.

— Вполне достойное извинение.

Донован понял: она уступает ему.

— Нет ничего хуже непринятого извинения, и я уже достаточно наказан за то, что строил из себя этакого ханжу.

— А ты думал, я смогу принять подобное извинение?

— Нет. Я слишком уважаю тебя.

— Вот как? — В ее тоне прозвучал скепсис.

— Конечно. Иначе мы могли бы стать друзьями.

Последовала пауза.

— А мы не друзья?

До этого момента Донован всерьез об этом не задумывался. Прекрасный повод подумать, кто они на самом деле.

— Мне бы хотелось так думать.

— Меня это вполне удовлетворяет. Извинения приняты.

К облегчению примешивалось еще что-то, Донован пока не понял.

— Так ты готова пообедать теперь?

— Да.

— Я заеду за тобой через пятнадцать минут.

— В этом нет необходимости.

Прежде чем он спросил, раздался звонок в дверь.

— Подожди, пожалуйста, минутку.

Открыв дверь, Донован увидел Лорелею.

Она улыбнулась и положила телефон в сумку.

— Привет.

Донован прислонился к дверному проему.

— Так все это было просто для того, чтобы приструнить меня?

— Нет. Я готова была простить тебя еще до того, как принесли цветы. Решила, что у меня есть немного времени.

— Так у нас все в порядке?

— Думаю, да.

Донован впустил Лорелею в дом, она снова улыбнулась и бросила сумку. Он закрыл дверь.

— Ты не умираешь от голода?

— Пожалуй, могу немного потерпеть.

— Отлично. — Лорелея положила руки на его талию и поднялась на цыпочки, почти коснувшись губами его губ. — Думаю, сначала надо поцеловаться и помириться.

— Что эти мужчины вытворяют с приборами? — нахмурилась Лорелея, изучая пульт управления. — На этой штуке больше кнопок, чем в кабине космического аппарата.

Пока она разбиралась с пультом, он отвечал на письмо своего редактора, но увидел, как она рассматривает пульт.

— Всего-то пять кнопок сверху. Более чем достаточно.

— А почему тогда здесь пятьсот кнопок?

— Я пользуюсь только пятью верхними.

— Не важно. Я уже забыла, что хотела посмотреть. — Она бросила пульт в противоположный конец дивана.

Это был совсем обычный, очень уютный, спокойный вечер. Не то, к чему Донован привык. За два прошедших дня они переместились в уютную, спокойную зону. Но там был не только секс, большую часть ночи Донован работал над публикацией, а Лорелея отсылала электронные письма.

— Я подумал, ты готовишься к большому событию.

— Так и есть, но особо себя не утруждаю.

— Почему?

— Готовлюсь к передаче дел. На пятьдесят процентов показуха, умение улыбаться и слушать. Мне не нужна тщательная подготовка. У меня получается улыбаться и показывать себя.

Донован похлопал ее по ноге.

— Хорошо, что ты нашла свой истинный талант.

Лорелея показала ему язык.

— Знаешь, я поняла, никому в действительности не нравятся бесконечные кривляния и разглагольствования, навязывание своего мнения.

— Мне платят именно за это.

Лорелея усмехнулась.

— Значит, ты завоевываешь друзей и помогаешь им влиять на других.

— Но у меня достаточно друзей, мне не нужны новые, — парировал он.

— Однако ты самоуверен.

Донован пожал плечами, Лорелея устроилась в углу дивана и положила на него ноги. Ногти на ногах были покрыты ярко-синим лаком.

— Голубые? — спросил Донован.