Случайный флирт - Кимберли Лэнг

— Лорелея, перешли, пожалуйста, списки.

— Сейчас. — Она добавила подмигивающий смайлик к тексту Донована и нажала на клавишу «Отослать», вложила телефон обратно в чехол и взяла корзинку с хлебом. Наступит день, и она займет место Виви просто для того, чтобы посмотреть, какой вид открывается с этого кресла.

Да, она бунтарь. Теперь ей даже показалось, что она слышит, как смеется Донован. Лорелея пошевелила пальцами ног, не вынимая их из туфель. Сегодня утром она успела заскочить в салон и накрасить ногти на ногах ярко-зеленым лаком. Затем она попросила изобразить на ногтях больших пальцев череп, хотя не планировала сохранять этот дизайн надолго, так как собиралась надеть вечером серебряные сандалии по поводу дня рождения отца, и зеленые ногти с черепом вряд ли будут уместны. Ей очень хотелось послать Доновану фотографию, но еще больше хотелось понаблюдать за выражением его лица, когда он ее увидит.

А это, скорее всего, случится не сегодня. У них обоих семейные обязанности, они живут каждый своей жизнью.

— Как вкусно, мама. — Лорелея уловила едва заметный аромат, который немедленно отозвался в ее желудке. Толстая превосходная креветка, запах чеснока и лимона. Закралось подозрение. Креветки с чесночным соусом — мамино любимое блюдо, но оно попало под запрет из-за ограничений в диете отца, наложенных врачом-кардиологом. Масло — океан растопленного настоящего масла — не появлялось на их столе уже более года. — Произошло что-то, чего я не знаю?

Мать выглядела удивленной.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Ты же теперь не ешь масло, поэтому я удивилась. Почему меня так умасливают? Надеюсь, вы не собираетесь разводиться?

Отец рассмеялся:

— Конечно нет.

— У меня прекрасное настроение, ты сегодня здесь, а это хороший повод ослабить строгие правила, совсем немножко, — добавила мама.

— Отлично. А я-то было заволновалась. — Вполне удовлетворенная ответом, Лорелея подхватила креветку. Фантастика.

— Хотя, впрочем, мы хотели бы задать тебе несколько вопросов…

Отец отложил вилку. Лорелея собралась с духом. Любимая еда плохо сочеталась с серьезным заявлением по поводу «нескольких вопросов», это не предвещало ничего хорошего.

— Ладно. Спрашивайте.

— Мой секретарь хотел бы закончить работу по сценарию торжественного вечера, посвященного моему уходу на пенсию.

Отец говорил, мама улыбалась.

— Я отговорил Джима Нелсона от широкомасштабного пикника, но там будут произносить речи.

— Естественно. Ты занимал руководящую должность почти сорок лет. И вполне вероятно, тебя будут умолять не уходить на пенсию.

— Чтобы все это не затягивалось, — вмешалась мама, — мы решили установить ограничения по количеству тостов, сократили список возможных выступающих.

— Знаю, тебе придется позволить выступить мистеру Нелсону, но держите микрофон подальше от мистера Делакруа. Он говорит много и сбивчиво.

Отец кивнул:

— Мы знаем, Лорелея. Но мне кажется, необходим личностный подход. Я хотел узнать, будет ли у тебя желание.

— Какое?!

Оба рассмеялись, она смутилась еще больше. Мама протянула руку через стол и похлопала ее по руке.

— Сказать тост папе, дорогая.

Родители выжидающе смотрели на нее.

— Я?! Серьезно?!

— Ты будто удивлена, дорогая.

— Я просто не нахожу слов от изумления. Для меня это высокая честь. — Когда она увидела улыбку отца, у нее в груди стало тепло, она почувствовала себя счастливой. — Обещаю не говорить нудно и сбивчиво, не заставлять всех присутствующих рыдать в голос.

— Виви сказала, что тебе можно доверить микрофон.

— Вы спрашивали, хочу ли я сказать, и говорили об этом с Виви? — Теплое чувство остыло. Она не первая, к кому обратился отец. Лорелея постаралась избавиться от неприятного ощущения.