Странник с побережья - Глэдис Эллиман

— Здесь недалеко — кафе «Париж», — сообщила Вероник, когда они с Изабеллой вышли на улицу. — Симпатичное и очень уютное заведение. Достаточно романтичная атмосфера. Мы со Стивеном не далее как вчера там были.

Изабелла улыбнулась:

— Эмили именно в Париже встретила свою любовь.

— Именно поэтому мы со Стивеном и пошли туда. Когда мы работаем над новым проектом, то пытаемся создать себе соответствующее настроение. И коль скоро Париж далековато, нужно найти хотя бы маленький уголок этого великого города.

Свободные места нашлись за столиком неподалеку от входа. Дамы заказали кофе, круассаны, масло и апельсиновый джем. Изабелла уселась напротив Вероник и, чуть помедлив, задала вопрос, который живо занимал ее:

— Роль Эмили подразумевает участие в довольно откровенных сценах. Особенно, как я понимаю, это касается экранизации. Как Стивен относится к этому? Как мужчина, а не как режиссер.

— В смысле — не ревнует ли он меня? — Вероник внимательно посмотрела на собеседницу.

Изабелла кивнула.

— С этим проблем нет, — ответила Вероник. — В наших отношениях с самого начала присутствует доверие. Иначе при нашей профессии и быть не может.

— Я понимаю. Вы всегда под прицелом репортеров.

— Именно. — Вероник засмеялась. — Но мне почему-то кажется, что у тебя не все так просто. Я имею в виду отношения с мужчинами. Я прослушала все твои диски. Ты знаешь, и слова, и музыка прямо переворачивают душу. Неужели — чистый профессионализм?

— Я… Я думаю… уже… Но, с другой стороны… — Изабелла прервала свое невнятное бормотание и посмотрела в окно.

— Расскажи мне свою историю, — тихо попросила Вероник. — У меня всякое бывало в жизни. Раньше, до Стивена. Сегодня, когда я увидела тебя у Стеллы, то сразу же подумала, что у тебя неприятности. Может, я что-нибудь подскажу, посоветую…

И тут Изабеллу прорвало. Она начала рассказывать. Об Оливере и разорванной помолвке. О Египте и об уединенном бунгало. Об идее создания мюзикла и, конечно, о Дилане. О его исчезновении. И о своем отчаянии.

Вероник слушала внимательно, не задавая вопросов.

— Сейчас я могу сказать только одно: с Оливером действительно надо было расстаться, — проговорила она, выслушав Изабеллу. — А Дилан… Я думаю, здесь ты не права. Я его, конечно, не видела, но думаю, что он не мужчина на одну ночь. Так мне, по крайней мере, кажется.

В этот момент Вероник замолчала, заметив, что Изабелла ее больше не слушает. Внимание ее приковано к молодой девушке, сидевшей за соседним столиком.

На вид той было не больше двадцати. Тоненькую фигурку облегал узкий плащ. Несмотря на то что в кафе было тепло, девушку колотил озноб. Широкополая шляпа закрывала лицо.

«Где-то я ее видела, — подумала Вероник. — Только мельком. Если получше рассмотреть лицо, я точно вспомню».

Девушка достала из сумки мобильный телефон и набрала номер. Во время разговора она энергично жестикулировала. Потом умолкла, погрустнела и отложила аппарат.

И вдруг произошло нечто непредвиденное. Девушка внезапно обмякла и медленно сползла со стула на пол. Шляпа упала, и светлые волосы рассыпались по плечам.

«Лиза Соммерс! — вспомнила Вероник. — Девушка, которая хотела стать топ-моделью, но не перенесла физических нагрузок».

— «Скорую»! Вызовите «скорую»! — крикнул кто-то.

Только тут Вероник заметила, что Изабелла не в себе. Лицо стало белее мела. Казалось, обморок незнакомки безумно напугал ее.

— Девушка в шляпе, — почти беззвучно проговорила Изабелла. — Это она. Она была с Диланом…

Вероник хотела было что-то сказать, но ей помешало появление в кафе нового посетителя. Ухоженный, спортивный, широкоплечий мужчина с черными как смоль волосами и темно-голубыми глазами. Доли секунды понадобились Вероник, чтобы сопоставить информацию, полученную от Изабеллы, с обликом незнакомца.

Полчаса назад Лиза позвонила брату, сообщила, что у нее хорошие новости. Только поэтому Дилан приехал, хотя и был очень занят.

Открыв двери кафе, Дилан не поверил своим глазам: Лиза лежала на полу. Вокруг суетились официанты. Испуганные посетители привстали из-за столиков. Он понял, что сестра снова потеряла сознание. Лиза тяжело больна, психически больна. Потому что только психически больной человек может так над собой издеваться.