Белая колдунья - Барбара Картленд

Гарри был весьма привлекательным молодым человеком двадцати трех лет. Он только что окончил Оксфорд и теперь намеревался искать место в министерстве иностранных дел.

«Она может найти себе кого-то и получше», — подумал маркиз и тут же удивился: с какой стати его должны волновать сердечные дела обыкновенной деревенской девушки?

Центром беседы гостей была Флора.

—Я слышал, — задумчиво сказал сэр Ричард, — что вы открываете школу в замке. Думаю, за такое достижение вы достойны награды!

—Это оказалось не так уж трудно, как могло бы показаться, — ответила Флора. — Главным было не стеснить его светлость. Бальная зала и музыкальный салон, библиотека и картинная галерея остались в единоличном распоряжении хозяина.

Все рассмеялись над ее комментарием.

— И конечно, вы оставили ему часовню, — добавила пожилая дама. — Жаль, что она недостаточно велика, а то бы дети могли молиться там каждое утро перед уроками.

—Я об этом не подумала, — призналась Флора.

— Вам очень повезло, что в замке есть часовня. Наша церковь находится в миле от дома, и для самых пожилых домочадцев приходится выделять один из наших экипажей, потому что пешком идти очень далеко.

— Нам вдвойне повезло. Замок может похвастаться двумя часовнями, — вмешалась бабушка маркиза.

—Две?! — воскликнула леди Карсон. — Как такое возможно?!

— Вижу, вы живете в наших местах недавно, поэтому и не слышали о часовне в зарослях кустарника, — ответила вдовствующая маркиза.

— Как интересно! — восхитилась леди Карсон. — Расскажите нам о ней!

— Ее построил шестой граф. Он был скандалистом и распутником, но к старости покаялся в своих грехах. Это был последний граф, потому что его сын стал первым маркизом,

— Надеюсь, нам не придется следовать примеру графа, — рассмеялся начальник полиции.

— Граф Уильям истово замаливал свои грехи, — продолжила рассказчица. — Он построил себе небольшую хижину, рядом с которой возвел красивую часовню.

— Как удивительно! — поразилась леди Карсон.

— Его семья по-прежнему жила в замке, но сам он проводил каждую ночь в хижине и почти весь день преклонив колени молился в часовне.

— Какая потрясающая история, — вздохнув, произнесла леди Карсон. — Я бы хотела увидеть эту часовню. Она разрушена?

— Вовсе нет, — последовал ответ. — Во всяком случае, год назад была цела. За ней всегда ухаживала жена главного садовника. И хотя я и не интересовалась в этот свой приезд в замок, но думаю, она по-прежнему каждую неделю украшает алтарь цветами.

Флора знала, о чем говорит пожилая леди. Девушка несколько раз бывала в этой часовне. Ее проектировал один из самых известных архитекторов своего времени. Он уделил особое внимание витражным окнам и алтарю из итальянского мрамора.

—Вы когда-нибудь проводите там службы? — спросила маркиза Локейди.

Он покачал головой.

—В замке часовня намного больше, она вмещает всю прислугу. А по праздникам люди ходят в приходскую церковь в конце парка. — Он помолчал, потом добавил: — И конечно, именно в большой часовне отпевают всех членов нашей семьи перед погребением.

—Я подозреваю, что и венчание всех членов семьи тоже проводится именно в ней? — мягко спросила Локейди.

Маркиз притворился, что не услышал вопроса. Он повернулся к леди Карсон и заговорил о лошадях, поинтересовавшись, хорошо ли ездит верхом их сын.

—Мы все надеемся, что вы устроите скачки с препятствиями или стипль-чез, потому что у вас самые подходящие для этого угодья, — ответила она. — Или об этом еще рано говорить?

— Вовсе нет, — отвечал маркиз. — Я обязательно обдумаю ваше предложение и сам с удовольствием приму участие.

— Но тогда вы, несомненно, выиграете, милорд, — обронил Гарри Карсон. — Справедливости ради вы должны будете дать фору остальным участникам!

—Я подумаю, — ответил маркиз. — Но поскольку нужно будет вручать призы, постараюсь сдерживать себя, если буду близок к победе!

Они говорили о лошадях до самого конца обеда. Потом вдовствующая маркиза встала и обратилась к леди Карсон:

—Думаю, дамам пора оставить джентльменов за их портвейном. Надеюсь только, что они не засидятся и вскоре присоединятся к нам.

—Мы не заставим вас долго ждать, бабушка, — пообещал маркиз.

Пожилая леди повела дам в гостиную. Флора подошла к окну. Она знала, что маркиз отдал распоряжение включить фонтан перед окнами гостиной, рассчитывая, что он будет замечательно смотреться в лунном свете.

И он не ошибся.

В тот вечер взошла полная луна, и яркие звезды усыпали небо. Они словно подсвечивали мощные струи воды, бьющие вверх. Этот фонтан был гораздо эффектнее того, что украшал ее сад. Девушке показалось, что с этими струями, как и в ее фонтане, в небо возносятся людские молитвы.

Вдруг рядом с ней раздался голос:

— Скажите, мисс Ромилли, как давно вы знаете маркиза? — Это была Локейди.

Флора инстинктивно уловила, что вопрос прозвучал как-то язвительно, а от задавшей его женщины исходит какая-то недобрая энергия.

—Я знаю его недавно, хотя мой отец знал его отца, — ответила Флора. — Но я смогла немного помочь ему исправить последствия тех неприятностей, которые произошли, пока он был в отъезде.

—Мне кажется, здесь нашлось бы немало других людей, которые охотно сделали бы это для него, — ехидно заметила Локейди.

Флора не ответила, и после некоторой паузы Локейди продолжила:

—Наверное, мне следует посвятить вас в нашу тайну. Его светлость и я обручены. Но весь прошлый год я была в трауре по мужу, и было бы неприлично нарушить его и слишком быстро снова выйти замуж.

—Я понимаю. Примите мои поздравления и наилучшие пожелания.

—Я хочу, чтобы вы ясно поняли, — понизив голос почти до шепота, произнесла Локейди, — что Айвор принадлежит мне, поэтому вы только понапрасну потеряете время, если будете преследовать его. — В ее тоне было столько злобы, что Флора на мгновение оцепенела, но тут же, овладев собой, ответила:

— Надеюсь, мне никогда не придется преследовать мужчину, особенно того, кто обручен с другой женщиной.

— Рада слышать, что вы столь благоразумны. Но имейте в виду: то, что я вам сказала, — это секрет. Мы должны еще немного подождать, прежде чем сообщим об этом семье Айвора. И конечно, моей семье. Просто оставьте Айвора в покое, — прошипела она и, повернувшись, направилась к дивану, где расположились старшие дамы.

Она села рядом с ними и стала восторгаться замком.

—Должно быть, ваше сердце было разбито, — сказала она бабушке маркиза, — когда муж умер и вам пришлось уехать отсюда. Мне всегда казалось несправедливым, что жены аристократов, теряя мужей, в большинстве случаев теряют и свои дома.