Змеиное гнездо - Виктория Холт

– Как Алестер Макрей. Да, он видный мужчина и, как говаривают в гостиных, «завидный жених», а это означает, моя дорогая, что у него накоплено приличное состояние. Должна признать, твой отец гораздо более благоволит ему.

Я смотрела на нее в ужасе.

– Не думаете же вы…?

Она пожала плечами.

– Любящие родители занимаются будущим своих дочерей, ты же знаешь. И твой отец не исключение.

– О, Зилла, – вырвалось у меня. – Он не вправе. Джеми и я…

– Понимаю, он сделал тебе предложение, так?

– Пока мы должны ждать.

Она кивнула с серьезным видом, а потом вдруг улыбнулась.

– Если отец будет возражать, – жестко сказала я, – я не позволю ему нам помешать.

– Конечно-конечно, дорогая. Ты напрасно так тревожишься. В конце концов все уладится. Не забывай, что ты взяла меня к себе в помощницы.

Алестер Макрей вместе с другими друзьями отца снова обедал у нас. Как прежде, он сидел рядом со мной, и мы по-дружески болтали. Он был интересный собеседник, не чопорный, как отец, и как будто хотел все обо мне знать.

На другой день он пригласил нас провести конец недели у него в загородном доме.

Зилла сообщила мне, что отец принял приглашение и что идея превосходна.

В самом деле, мы приятно провели время в замке Глисон. Мне очень понравилось место. Дом был невелик, стар, сложен из серого камня и даже имел башню с зубцами, поэтому я решила, что он вправе называться замком. Замок стоял фасадом к морю, и из окон его открывались живописные картины. Алестер явно гордился своим внушительным поместьем. Размеры его владений поразили меня, когда в экипаже мы ехали от станции к замку.

Алестер искренне радовался нашему приезду. Оказывается, отец впервые за все годы их дружбы был здесь. Конечно, это многое значило.

Я с удовольствием осмотрела замок рука об руку с его хозяином и выслушала рассказ об истории этих мест и роли, которую некоторые члены семейства сыграли в конфликтах между регентом Мореем и его сестрой, королевой Марией, и в стычках с извечным врагом Шотландии. Меня привел в восхищение выносливый скот хайлендской породы, который я видела на пастбищах. Местность была величественной и внушала благоговение.

Но в особенности поразил меня уютный замок. Мне отвели комнату в башне; несмотря на то, что стояло лето, пылал камин.

– Ночами бывает холодно, – объяснила экономка. Я узнала, что она родилась в замке; ее родители были слугами семьи Макреев, а теперь ее сын работал на конюшне, а дочь – в доме. Вокруг царила безмятежность. Меня не удивило, что Алестер гордился своим поместьем.

Обед подали в столовой, куда вы попадали прямо из прихожей, вероятно сохранившей тот вид, какой она имела испокон века, – каменный пол из плитняка, беленые известью стены, на них старинное оружие. В столовой было темновато из-за того, что окнами служили небольшие по размерам амбразуры.

– Когда собирается большая компания, мы накрываем стол в прихожей, – пояснил Алестер, – но столовая удобнее, если гостей немного.

– Какая жалость, – сказала я, – что вы бываете здесь так нечасто. Мне кажется, большую часть времени вы проводите в Эдинбурге.

– Вы правы. Дело есть дело. Но я сбегаю сюда при первой возможности.

– Я могу вас понять.

Он внимательно посмотрел на меня.

– Я очень рад, что вам пришлось по сердцу это место. Мне нравится играть роль лорда, но по большей части имением занимается управляющий.

– Вы хорошо устроились в обоих мирах, – заметил отец. – Ваш дом в Эдинбурге тоже далеко не из худших.

– Однако своим домом я всегда считал и считаю этот. После обеда Алестер спросил меня, езжу ли я верхом. Я ответила, что к великому сожалению никогда не садилась на лошадь.

– В Эдинбурге нет для этого условий.

– А в сельской местности лошадь необходима.

– Должно быть, прекрасно мчаться галопом по вересковым пустошам и вдоль берега моря, – сказала я.

Он улыбнулся и наклонился ко мне.

– Вы не позволите мне поучить вас?

– Это было бы замечательно, но за один раз я мало чему научусь.

– Основным приемам верховой езды научиться нетрудно. Конечно, чтобы хорошо управляться с лошадью, нужна практика. Но что-то подсказывает мне, что вы будете хорошей ученицей.

– Один урок не слишком продвинет меня, – рассмеялась я.

– Это только начало.

– О чем вы тут секретничаете? – спросила Зилла.

– Мисс Девина и я собираемся на урок верховой езды.

– Чудесное предложение! Перед тобой открываются новые возможности, дорогая Девина.

– Мисс Девина считает, что не сумеет многому научиться за один урок.

– Кто знает, – вкрадчиво заметила Зилла, – может статься, будут и другие.

С утра я уже сидела на небольшой лошадке, выбранной для меня за кротость нрава, и сжимала в руках поводья; Алестер держался чуть позади. Он выглядел безупречно в костюме для верховой езды. Экономка и для меня разыскала амазонку. Та принадлежала сестре Алестера, изредка наезжавшей в замок.

– Она носилась верхом с утра до ночи, – сказала мне экономка. – Эта семья всегда была чуть помешана на лошадях. Но сейчас у сестры хозяина дети, и кататься ей некогда. Уверена, что она обрадовалась бы, увидя на вас свой любимый костюм.

Амазонка оказалась очень кстати. Она была мне чуть велика, но сидела хорошо и выполняла свое предназначение.

Надо признать, урок мне понравился. Мы шагом ездили по выгулу. Зилла и отец, наслаждавшиеся красотами сада, подошли ближе и несколько минут наблюдали за моими успехами. Оба казались очень довольными.

К концу урока Алестер сказал:

– Вы прекрасная ученица. Завтра устроим еще один урок.

– Но завтра мы уезжаем.

– Надеюсь уговорить вашего отца задержаться на день. Почему бы нет? А во вторник поедем вместе в город.

За завтраком Алестер сказал отцу:

– Ваша дочь скоро будет чемпионкой по верховой езде.

Я засмеялась.

– Вы преувеличиваете, мне негде практиковаться.

– Вам нужно просто еще раз приехать сюда… и поскорее, чтобы вы не забыли пройденного. В наших силах это устроить.

– Вы великодушны сверх меры, – начал отец. Алестер протестующе поднял руку.

– Прошу вас… я получаю огромное удовольствие. Вас устроит конец не ближайшей, а следующей недели?

Отец колебался. Зилла украдкой посмотрела на него. Он повернулся к ней и сказал:

– Как ты смотришь на это, дорогая?

– Великолепная идея, – воскликнула она.