Хочешь быть принцессой? - Люси Монро

– Если я выйду за тебя замуж, то этот брак не будет похож на тот, что был у тебя с Лианой, – сказала она.

– Я тоже так думаю!

– Ты не понял. Я имею в виду, что, не стану терпеть твои привычки трудоголика. Надеюсь, что твоя жена и дети будут занимать наибольшую часть твоего времени.

– А ты станешь ездить со мной в командировки, как в этот раз? – спросил он.

– Если так нам удастся проводить больше времени вместе, то стану. Однако на компромисс придется пойти не только мне. Ты должен находиться вместе с семьей во время таких важных событий, как дни рождения, школьные праздники. И не считай мои требования проявлением занудства. Просто дети и мои чувства главнее зарабатывания очередного миллиона, – произнесла Мэгги. – Ты должен пообещать мне это до того, как я соглашусь выйти за тебя замуж.

– Я думаю, что смогу это сделать, – улыбнулся Томазо.

– Ты должен не просто думать о такой возможности, а пообещать! Я ожидаю, что у тебя будут и выходные, как у всех людей, и, по меньшей мере, два отпуска в год. Кроме того, ты станешь праздновать с семьей Рождество и Пасху.

– Это традиция семьи Скорсолини, однако я почему-то уверен, что у людей всего один отпуск в году…

– Ты принц – и можешь делать, что захочешь. Твоя работа очень напряженная. По меньшей мере, два раза в год у тебя появится шанс отвлечься отдел и показать детям и мне, что мы – самое главное для тебя в жизни! – Мэгги и сама не могла поверить, что требует все это, хотя знала – именно такие условия являются основой крепкой семьи. Она понимала, что, если все это исполнится, ее брак с Томазо удастся.

– Очень хорошо. У меня будет два отпуска в год. Но и я ставлю условие – ты каждую ночь будешь спать в моей постели.

– Для тебя в самом деле это так важно?

– Конечно, а разве тебе это не нравится?

– Теперь нравится, – улыбнулась она.

– Так, значит, мы договорились?

Мэгги подумала, что уже не сможет прожить без него, Анны и Джанни.

– Да, я выйду за тебя замуж, – произнесла она.

Томазо припал к губам Мэгги, однако их поцелуй был прерван детьми, которые хотели узнать, отчего в Китае нет телевизионных программ на английском и итальянском языках.

Следующие два дня Томазо провел в делах и в отель возвращался поздно вечером. На третий день он отвел Мэгги и детей на рынок.

Мэгги с восторгом наблюдала, как принц общался с торговцами, бегло разговаривая по-китайски, покупая приглянувшиеся детям игрушки. Увидев желтый шелковый халат, вытканный розовыми и белыми цветами, Томазо спросил, нравится ли он Мэгги. Когда та кивнула, принц начал ловко торговаться, в результате чего добился существенной уступки. А потом преподнес халат Мэгги, причем с таким напыщенным видом, что торговка рассмеялась и что-то сказала другим женщинам-китаянкам.

– Что она говорит? – спросила Мэгги.

– Она сказала, что такой чистый цветок, вроде тебя, заслуживает множества подарков, и мне не следует ограничиваться только халатом.

– Мне вообще не нужны подарки, – промолвила Мэгги и улыбнулась. – Ты дал мне гораздо большее – двух невероятных детей, которые сделают меня счастливой до конца дней.

– Не забудь и про меня! – произнес Томазо.

– И не подумаю, – строго проговорила она, потянулась к нему и поцеловала в щеку, показывая свою признательность. Увидев, как принц замер и изменился его взгляд, она спросила: – Что такое?

– Ты в первый раз поцеловала меня по собственному желанию.

– Я просто застенчива, – она пожала плечами.

– Однако детей ты обнимаешь и целуешь все время!

Мэгги до сих пор стеснялась Томазо и даже в постели, отвечая на его ласки, не брала инициативу на себя. Она все еще не верила, что он женится на ней и так будет всю жизнь.

– Я стану раскованнее, когда мы поженимся, – пообещала она.

– Договорились.

– Это в самом деле так важно для тебя?

– Да, – ответил Томазо, и Мэгги не стала вдаваться в подробности, пока рядом находились дети.

Однако она не могла не удивляться тому, что Лиана так и не стала любимой женой. Возможно, Томазо требовалась не только женская красота?

Во время рассматривания традиционного свадебного китайского наряда в магазине Томазо спросил, какую свадьбу хочет Мэгги.

– Я должна выбирать? – спросила она. – Я думала, что все королевские свадьбы отличаются большим количеством приглашенных и строгим соблюдением традиций.

Томазо провел пальцами по золоченому шлему, который владелец магазина помогал примерять хихикающей Анне.

– Ты хочешь пышную свадьбу? – осведомился он.

– Я в самом деле могу выбирать?

Джанни издал воинственный клич и разрезал воздух мечом, который нашел на дальней стене. Мэгги ахнула и бросилась к нему, однако владелец магазина опередил ее и принялся показывать мальчику, как следует держать традиционный меч, что-то объясняя на ломаном английском языке.

Томазо прикоснулся рукой к шее Мэгги и ласково провел большим пальцем по ее подбородку.

– Да, у тебя всегда есть выбор. Я не стану заставлять тебя делать то, чего ты не хочешь, – произнес он. – И это говорит человек, который настаивал на том, чтобы я присутствовала на дне рождения его отца, говоря, что это моя работа!

– Я и двух дней не хочу проводить в разлуке с тобой, – признался Томазо.

– Мило!

– О, я далеко не милый человек.

И отчего мужчины всегда цепляются к словам?

– А какой же ты – кислый, как лимон? – шутливо спросила Мэгги.

– Я горяч, как лава, и все, чего хочу, так это прямо сейчас распалить тебя, – прошептал он ей на ухо.

Мэгги вздрогнула – принцу удавалось взволновать ее одним только голосом.

– Давай устроим скромную свадьбу, – запинаясь, произнесла она.

Томазо улыбнулся, выражение его лица было понимающим.

– Я рад, что ты предложила это, – сказал он.

– Тебе не нравится, когда вокруг много людей?

– Скромную свадьбу можно сыграть быстрее.

– Ты боишься, что я передумаю? – спросила Мэгги.

– Я не позволю тебе этого.

– Папа сказал, что ты останешься с нами навсегда, – вмешался Джанни, подошедший к ним. К поясу мальчика был привязан меч, который волочился по полу.

– Да, – быстро подтвердила Мэгги, услышав в его голосе нотку сомнения.

– Папа, Мэгги, смотрите! – крикнула Анна и указала на человека, вошедшего в магазин. На голове у него была прикреплена табличка с цифровой рекламой местного ресторана.