Хочешь быть принцессой? - Люси Монро

– Я рад, – Томазо ослепительно улыбнулся.

Была уже почти полночь, когда король Винсент попросил, чтобы все присутствующие в зале сохраняли тишину.

– Сегодня вы празднуете день моего рождения вместе со мной, – сказал он. – Я благодарен вам. Однако для празднеств есть еще один повод. – Король знаком позвал к себе Мэгги и Томазо. – Эта красивая и очень приятная женщина согласилась стать женой моего сына, – он улыбнулся. – Наша семья приветствует новую принцессу Скорсолини.

Клаудио вручил королю бархатную коробочку, которую тот открыл, вынул из нее маленькую тиару, надел ее на голову Мэгги и поцеловал будущую невестку в обе щеки.

– Добро пожаловать в семью, дочка, – произнес король Винсент.

Раздались аплодисменты. Всем захотелось узнать, когда состоится свадьба. Многие гости заявили, что ожидали объявления о помолвке, как только заметили, какие взгляды бросают друг на друга Мэгги и Томазо.

Мэгги просто улыбалась и принимала поздравления с таким умиротворением в душе, какого никогда не испытывала.

Пусть Томазо и не любит ее, зато проявляет заботу, и будет хранить ей верность.

Томазо и Мэгги легли спать только на рассвете. Глядя в ее глаза, он радовался, что Мэгги смыла косметику с лица.

– Ты сегодня выглядела великолепно, однако я предпочитаю видеть тебя без макияжа, – его голос был хриплым, будто Томазо переполняли неведомые эмоции.

– Спасибо тебе, – она снова улыбнулась.

– Ты такая красивая.

– И ты красивый, – она вздохнула.

Мэгги заслужила похвал, и Томазо решил не оставаться в долгу.

Он считал, что любовь – некая иллюзия, слабость, которой нельзя поддаваться. Только теперь Томазо понял: для того, чтобы любить, нужно быть сильным человеком, таким как Мэгги. Ее поведение было достойно одобрения, она любила его, ничего не требуя взамен.

– Я полюбил тебя шесть лет назад, но оказался слишком глуп, чтобы это понять, – произнес Томазо.

– Что?! – Мэгги широко раскрыла глаза, присела на кровати и сжала простыню на груди.

– Ты сделала мою жизнь совершенной, а я принял это как должное. Встретив Лиану, я страдал от твоего отказа остаться работать у меня, однако решил сохранить нашу дружбу. Моя голова пошла кругом от ее красоты, не стану этого отрицать, но, когда ты пригрозила мне, что уйдешь, я почувствовал какое-то опустошение. Что-то говорит мне: если бы я не позволил тебе уйти, то порвал бы с Лианой. Наверное, я был недостаточно зрел, чтобы понять: то, что мне казалось любовью, вовсе ею не было.

– Не было? – спросила Мэгги.

– Нет, я любил не Лиану, а тебя. Конечно! Как я мог любить кого-то еще? Возможно, Лиана понимала, что мои чувства к ней не настолько глубоки, как должно. Может быть, именно поэтому она искала утешения на стороне. Единственное, что я знаю: я не скучал по ней, когда долго не видел, а по тебе не то что скучаю, просто тоскую. На работе думаю о том, как бы поскорее оказаться дома – с тобой и детьми.

– Я… – Мэгги хотела что-то сказать, но тут же умолкла.

– В ту первую ночь, когда я прокрался в твою постель… я ощутил, словно сбылась моя тайная мечта. Я не мог понять своих действий. Передо мной была только ты, и я желал лишь удержать тебя.

– Но ведь ты сказал, что не любишь меня… я не понимаю…

– Я снова повел себя как дурак. Выходит, шесть этих лет не многому меня научили, – произнес Томазо.

– А когда ты понял, что испытываешь ко мне такие чувства?

– Я думаю, что понял глубину своих чувств, когда ты была в Нассау с Терезой. Я так скучал по тебе и жаждал общаться по телефону! Клаудио спросил меня, не женюсь ли я на тебе ради детей. Я сказал, что делаю это ради себя. Сказал – и сразу понял, что со мной происходит. Только правильных слов для объяснения не находил до сегодняшнего вечера. Ты улыбнулась мне, и все, чего я захотел, так это принести тебя сюда на руках и любить до тех пор, пока ты не дойдешь до исступления от наслаждения.

– Это страсть, а не любовь, – она смотрела ему прямо в глаза.

– Страсть – часть любви. Чувства выражать сложнее, – произнес Томазо.

– Ты испытываешь чувства?

– Настолько сильные, что если бы потерял тебя, то умер бы.

– Ты никогда не потеряешь меня, – ее красивые глаза наполнились слезами, однако она улыбнулась.

– А у тебя вечно буду я, – дал клятву Томазо.

– Пока смерть не разлучит нас.

– До самой смерти… – не сдержавшись, он поцеловал ее.

Мэгги льнула к нему, отдавалась всецело, отчего слезы стали жечь глаза Томазо.

– Я люблю тебя, – прошептал он у ее губ, овладевая ею.

– Я люблю тебя, – ответила она с такой убежденностью, что у него замерло в душе.

Томазо понимал: Мэгги – его половинка. И теперь он до конца своих дней будет благодарить судьбу за то, что встретил самую дорогую ему женщину.