Барабаны осени - Диана Гэблдон

— Да! — Она с пылом выхватила перо. — Да, смогу. Я уже рисовала его прежде.

Джейми подвинул к ней бумагу и чернильницу.

— В типографии ведь смогут сделать копии рисунка? — уточнила я, потому что вертикальная морщинка между его бровями вдруг стала глубже.

— Что?.. Ах да, конечно. Если линии будут четкими, сделать ксилографическую гравюру не проблема, — рассеянно пояснил Джейми, не отрывая взгляда от листа перед Брианной.

Иэн спихнул Ролло со своих колен и подошел ближе, с непонятным волнением заглядывая Брианне через плечо.

Закусив нижнюю губу, Брианна накладывала на бумагу быстрые ровные линии. Высокий лоб, прядь густых темных волос, черные широкие брови. Она рисовала Роджера в профиль: крупный, но не крючковатый нос, чувственные губы, широкий квадратный подбородок. Густые ресницы, обрамляющие глубоко посаженные глаза со смешливыми морщинками в уголках. Волевое и привлекательное лицо. Добавив аккуратное ухо, Брианна перешла к линиям черепа. Еще пара штрихов — и портрет завершили длинные волнистые волосы, забранные в низкий хвост.

Увидев рисунок, Иэн сдавленно простонал.

— Что такое? — встревожилась я, но он уже смотрел не на портрет, а на Джейми, причем вид у него был на удивление затравленный: как у поросенка, насаженного на вертел.

Я обернулась — и точно такое же выражение увидела на лице Джейми.

— Что, черт возьми, происходит?!

— Мм… ничего.

Он судорожно сглотнул и дернул уголком губ — раз, другой, словно у Джейми начинался нервный тик.

— Черта с два! — Я перегнулась через стол и схватила его за запястье, чтобы проверить пульс. — Джейми, что с тобой? Тебе плохо? В груди болит?

— Это мне плохо… — Иэна шатало. — Кузина… только честно. Вот этот парень, — он ткнул пальцем в набросок, — и есть Роджер Уэйкфилд?

— Да, — в замешательстве ответила та. — Иэн, ты в порядке? Ты что, отравился чем-нибудь?

Он тяжело рухнул на лавку рядом с ней, уронил голову на руки и застонал.

Джейми осторожно высвободился из моей хватки. Даже в красноватом свете очага я видела, как он бледен.

— Значит, мистер Уэйкфилд… А у него, случайно, нет другого имени?

— Есть, — хором ответили мы с Брианной. Я замолчала, предоставив право говорить ей, а сама пошла в кладовую за бутылкой коньяка: меня мучило страшное подозрение, что он нам пригодится.

— …Его усыновили. А настоящая фамилия — Маккензи, — как раз говорила Брианна, когда я вернулась. Она хмуро переводила взгляд с отца на двоюродного брата. — В чем дело? Вы что-то знаете о Роджере Маккензи?

Джейми с Иэном обменялись потрясенными взглядами. Иэн громко закашлялся.

— Ну же? Что такое? Вы его видели? Где?!

Джейми стиснул зубы, явно подбирая слова.

— Ну да, — осторожно начал он. — Видели. На горе.

— Что?! На какой горе? На этой горе?! — Брианна вскочила, чуть не опрокинув скамью. В ее глазах лесным пожаром полыхали страх и волнение. — Где он? Он жив?!

— Э-э… — словно оправдываясь, заговорил Иэн. — Видишь ли, он сказал, что лишил тебя девственности…

— Он, ЧТО? — Брианна изумленно вытаращила глаза.

— Ага, твой па спросил его, просто чтобы удостовериться, и он признался…

— Ты — спросил его?!

Брианна, упираясь кулаками в стол, одним движением развернулась к Джейми.

— Ну да. Это… это было ошибкой.

— Да уж не сомневаюсь! А теперь отвечай, черт возьми, что вы с ним сделали?!

Щеки у нее побелели, в глазах засверкали горячие синие искры.

Джейми глубоко вздохнул и посмотрел Брианне в лицо.

— Это все твоя служанка. Лиззи. Она сказала, что ты ждешь ребенка и что над тобой надругался некий тип по имени Маккензи.

Брианна разинула рот, потом захлопнула его, так и не сказав ни слова.

Джейми продолжил, уже увереннее:

— Ты ведь и сама говорила, что тебя изнасиловали.

Брианна отрывисто, точно марионетка, кивнула.

— Ну так вот. Иэн с девочкой были на мельнице и слышали, как Маккензи о тебе расспрашивает. Они предупредили меня, и мы с Иэном перехватили его на поляне чуть выше ручья.

— Что вы с ним сделали. Что?.. — сдавленно, через силу, прошептала Брианна.

— Драка была честной, — встрял Иэн. — Я хотел его застрелить, но дядюшка запретил, он решил сам с ним разобраться.

— Ты его избил?

— О да! — уязвленно отозвался Джейми. — Ради бога, женщина, а что еще мне оставалось делать с мужчиной, который так с тобой обошелся? Да ты и сама, позволь напомнить, недавно жаждала его крови.

— Вдобавок он тоже неплохо отделал дядюшку Джейми, — услужливо подсказал Иэн. — Я же говорил, драка была честной.

— Иэн, сделай милость, помолчи! — Я плеснула в стакан коньяку и подвинула его Джейми.

— Но ведь он… он же не… — Брианна искрила, точно горящая петарда — и вот она взорвалась, грохнув кулаком по столу: — ЧТО ВЫ С НИМ СДЕЛАЛИ?!

Джейми моргнул. Иэн вздрогнул. Они обменялись испуганными взглядами.

Я положила руку Джейми на плечо и, не в силах скрыть дрожь в голосе, озвучила назревший вопрос:

— Джейми… ты его убил?

— О, нет. Я отдал его ирокезам.

— Успокойся, кузина, все не так страшно. — Иэн похлопал Брианну по спине. — Мы отдали его живым.

Брианна сдавленно всхлипнула и опустила голову к коленям. Лицо у нее побелело и стало одутловато-влажным, как внутренняя сторона устричной раковины. Ее не тошнило, она не упала в обморок — но вид у нее был крайне нездоровый.

— Хотя мы собирались, — нервно признался Иэн. — Я уже приставил пистолет к его уху, а потом решил, что лучше пусть дядюшка Джейми сам вышибет ему мозги…

Брианна поперхнулась, и я торопливо поставила перед ней миску — на всякий случай, — а сама зло прищурилась, глядя на парня.

— Иэн, не думаю, что стоит рассказывать сейчас все подробности.

— Нет, стоит. — Брианна выпрямилась. — Я хочу знать, это мое право.

Она медленно, точно против воли, повернула голову к Джейми.

— Зачем? — прошептала она и сорвалась на визг: — ЗАЧЕМ?

Джейми отошел к очагу, словно пытаясь очутиться как можно дальше от портрета Роджера Маккензи Уэйкфилда. Судя по лицу, ему очень не хотелось отвечать — и все же он проговорил, глядя ей прямо в глаза:

— Я собирался его убить. И остановил Иэна лишь потому, что смерть от пули показалась мне слишком легкой.

Джейми набрал полную грудь воздуха, а пальцы, цеплявшиеся за край каминной полки, побелели. Он неловко дернул кадыком.

— Поэтому я решил сперва все обдумать. Оставил Иэна сторожить его, а сам ушел в лес… Немного прогулялся, потом сел, чтобы успокоить сердце… Этот тип должен был осознать, что ему конец — но я бы не вынес, если бы он опять заговорил. Он и так сказал слишком много. Его слова все время крутились у